Гурген Баренц

Гурген Баренц

Четвёртое измерение № 10 (214) от 1 апреля 2012 г.

Подборка: Стихи – игра на щелобаны

* * *

 

Прогуливаюсь по городу

В своей любимой розовой сорочке,

Которая отлично бы спелась

С кадиллаком Элвиса Пресли.

А прохожие пялятся

Да шушукаются меж собой:

«Посмотрите, идет голубой».

Вот дальтоники!

 

* * *

 

От меня ушла моя Муза.

Ушла, ничего не сказав,

Без каких-либо объяснений,

Не оставив прощальной записки.

 

Люди добрые,

Люди недобрые,

Если вдруг вы ее повстречаете,

Будьте вежливы с ней, будьте ласковы.

Не повторяйте моих ошибок.

Удержите ее всеми правдами,

А неправдами – не удержите.

 

Ее отличительные приметы:

Крылата и очень обидчива.

 

* * *

 

Временами мой шёпот

Избавляется от земного притяжения,

Разрывает слои атмосферы,

Прорывается в космос

И доходит до мира,

О котором мне ровным счетом

Ничего не известно.

 

Голоса того, другого мира,

То и дело приходят в мой мир,

О котором они знают

Все до мельчайших подробностей.

Голоса того, другого мира

Легко проникают в мой шепот

И растворяют его в себе.

 

Я доподлинно знаю – однажды

Мой шёпот сольется, смешается

Со вселенским сознанием,

Ему станет известно все то,

Что известно другим голосам

Другого, далекого мира.

 

А когда он захочет вернуться

На родную планету,

К знакомым, родным голосам,

Чтоб рассказать секреты мирозданья,

Вдруг выясниться: это невозможно.

Земное притяжение всесильно

В границах и пределах зоны действия.

 

Мой шёпот успокоится и станет

Одним из голосов другого мира.

 

* * *

 

Мне нравится

Читать твои глаза,

Читать, читать –

Страницу за страницей.

В них повесть жизни

Вьётся, как лоза,

В них между сном и явью

Нет границы.

 

Мне нравится

Читать твои глаза.

Я эту книгу

Знаю и не знаю.

В ней – пенье птиц,

В ней – благодать лесная...

Заснула книга.

Смолкли голоса.

 

* * *

 

Пчёлы исчезли:

Плачу по пчелам.

 

Птицы исчезли:

Плачу по птицам.

 

Берегите поэтов!

Если поэты исчезнут,

Будет некому плакать

По пчелам, по птицам...

 

* * *

 

С неба упала три яблока.

«Я вам рассказывал сказки.

Значит, первое яблоко – мне», –

Сказал глава государства.

«А я эту сказку раскрасил

Во все цвета радуги,

И раскрашенной она стала

Съедобной и удобоваримой,

Так что мне тоже

Причитается яблоко, –

Сказал премьер.

С третьим яблоком вышла проруха.

Для господ олигархов

Это яблоко стало

Предметом раздоров и споров.

Мне, как обычно, досталась

Только дырка от бублика.

«Все нормально, довольствуйся малым», –

Сказал глава государства.

«Довольствуйся тем, что имеешь», –

Согласно кивнув головою,

Сказал премьер.

«Тебе и этого много», –

Сразу забыв о раздорах,

Дружно гаркнули олигархи.

И вот я брожу по городу,

Руки держу в карманах,

И в каждом кармане – по кукишу.

Слабое, но все же – утешение.

 

* * *

 

Зимою даже солнцу

Не встаётся.

Оно все тянет,

Тянет с пробужденьем...

С постелью неохотно

Расстаётся.

Хомут на шее –

Это восхожденье...

 

* * *

 

Дочери Ане

 

За тридевять земель,

За океаном,

Живет кровиночка-дочь.

За тридевять земель,

За океаном,

Горит свеча,

И она согревает мне душу.

 

* * *

 

Литературный труд – не труд.

Стихи – игра на щелобаны.

Сердца поэтов слезы льют.

Цена слезам – листочек банный...

 

* * *

 

Никогда не просил у Бога

Легкой жизни.

Время придет – попрошу

Легкой смерти.

 

* * *

 

Все подъезды обоссаны,

В лужах вовсе не дождь...

Лезет рифма «опоссумы»,

От нее не уйдёшь.

 

Все подземки загажены...

Чей он брат? Чей он друг?

И куражится, кажется,

Тем, что все сходит с рук.

 

Что за тварь неопознанно

Оставляет следы?..

Это люди-опоссумы.

Вот и с рифмой – лады.

 

* * *

 

Небоскребы Нью-Йорка,

Подобно Атлантам,

Подпирают небо.

Небоскребы Нью-Йорка,

Накинув пастушьи бурки,

Наблюдают, как мирно пасутся

Стада облаков.

 

* * *

 

Как-то вижу:

Огромный лохматый кобель

Безуспешно пытается

Взгромоздиться на маленькую,

Совсем малолетнюю сучку.

Та то и дело рычала,

Огрызалась, скулила и лаяла...

Это было – ну просто насилие!

И я, как последний дурак –

Наверное, черт меня дернул –

Решил обуздать хулигана.

И вот – вы только представьте,

Эта неблагодарная тварь, –

Я говорю о шавке, –

Оказалась самой стервозной

Из всех сучек на свете.

Она вдруг взялась защищать

Своего амбала-хахаля,

И они, заключив перемирие,

Вместе ринулись на меня...

 

И вот теперь – весь искусанный –

Хожу по врачам для инъекций.

А они так болезненны!

Вот так всегда и бывает:

Из-за дурной головы

Отдувается бедная задница.