Юрий Стоюшкин

Юрий Стоюшкин

Четвёртое измерение № 19 (187) от 1 июля 2011 г.

Подборка: Пунктиры белёных стволов…

Зима городская

 

Ты сегодня ручная,

Как зима городская.

Ты добрее, чем звери

После ленча в вольере.

 

А вчера бушевала,

Как метель у вокзала.

Вспоминала дурдом

И былое и нети.

Упрекала во всём,

Что случилось на свете.

 

Отобрала коня,

Слёз наплакала лужу

И послала меня

В тридевятую стужу.

 

Всё равно, дорогая,

Я тебя обожаю.

И, как вольная птица,

Я спешу возвратиться,

Когда слышу в пурге

Позывные: «К ноге!»

 

Как прекрасно идут снега

 

Как прекрасно идут снега,

Не колеблясь, неотвратимо,

Совершая свои бега

От небес до третьего Рима.

 

Как военно идут снега,

Гордо, яростно, убеждённо,

И лежат города побеждённые

На земле у снегов в ногах.

 

Как послушно идут снега,

Равнодейственно, без запинки,

И не слышно писка снежинки

Из-под зимнего сапога.

 

Как надменно идут снега,

Не желая со мной общаться,

Почему же тогда от счастья

У меня на глазах слеза.

 

Как бесшумно идут снега,

Отстраняясь от городского,

От земной суеты и рёва.

И никто не видит сигнал

И не слышит Божьего слова.

 

Заполярные частушки

 

*

Если есть у земли край,

То мы на краю.

Если есть на земле рай,

То мы не в раю.

 

*

Заполярная земля,

А поют про это

Девять месяцев зима,

А потом всё лето.

 

*

Девять месяцев носил

Под тоску гитарную

В небе сполохов настил,

В сердце ночь полярную.

 

*

Ночью ходят корабли

И стреляют ядрами

В снег, идущий вдоль земли

Снежными зарядами.

 

*

Бродят, только позови,

Здесь предания

И парит ночной залив,

Как в предбаннике.

 

*

Это кольский колорит,

Всё промчалось мимо.

Только в гавани грустит

Лодка «Хиросима».*

 

---
*Хиросимой подводники называют знаменитую атомарину К-19,

которая до сих пор ждёт утилизации в Полярном.

 

Снеготерапия

 

Когда январская стихия

Угомонится на ночлег,

Какая снеготерапия

Смотреть на падающий снег.

 

Какое редкое везение

Со снегом сосуществовать.

Какое снегонаслаждение

Его движенье понимать

 

До самых сокровенных истин.

Всем правилам наперекор

Мы проникаем за кулисы,

Туда, где Главный режиссёр.

 

Какое умиротворенье

Присутствовать среди чудес,

Когда свои стихотворенья

Даруют небо, снег и лес.

 

Но, даже, если из России

В любые райские края

Уедем, снегоностальгия

Нам всё равно не даст житья.

 

Крещенский сочельник

 

В Крещенский сочельник

Жизнь без суеты.

Девки снег собрали,

Чтоб белить холсты.

 

Крещенский сочельник –

Голодный вечерок.

В небе месяц полный,

Будет водоток.

 

Значит, ждать разливов

Здесь на три версты,

А пока на нивах

Белые холсты.

 

Старый Новый год

 

Васильев день. Зимы серёдка.

Опять под шубою селёдка

И новогодние пиры.

Такие правила игры.

 

C утра туманы раздражают,

Но это значит – к урожаю.

Живую ёлку жалко

Выбрасывать на свалку.

 

Когда с утра твоё окно…

 

Когда с утра твоё окно

На треть завалено сугробом,

Не говори мне, ради бога,

Что всё закончилось давно.

 

И не пытайся опорочить

То, что со мною и во мне,

Твои глаза морозной ночью

И поцелуи на лыжне.

 

Как аккуратно небосвод

Деревья одевает в хлопья.

Я остаюсь в твоих холопьях,

Поскольку не решён кроссворд.

 

Русская зима

 

А вас не тянет погулять,

Увидев, минус двадцать пять,

По белым улицам зимы,

Когда столбом стоят дымы.

 

Когда закрыты школы

И вымерзли глаголы,

Что с паром вылетают

И тут же умирают.

 

Не греют из клеёнки

Китайские дублёнки.

Лишь русская овчина,

Надёжна как мужчина.

 

Мы на катках тогда катались…

 

Мы на катках тогда катались

И из-за вас до крови дрались.

 

Шпана Советского Союза

Девчонкам резала рейтузы.

 

Свистели милиционеры,

Гоняя юных кавалеров.

 

Здесь, у динамовских сугробов,

Любить поклялся я до гроба.

 

Напоминает о былом

Губа, пробитая коньком.

 

Февральский снег

 

«Февраль. Достать чернил и плакать!»

Чернила помнят старики.

Опять в сугробах снега мякоть

Созрела, чтоб лепить снежки.

 

А утром выйди и послушай,

Природа восстает с колен

И проникают в наши души

Сырые ветры перемен.

 

Февральский снег совсем не страшен,

Как слово Божье, с высоты,

На золото воскресших башен,

На православные кресты.

 

Наедине с зимой

 

Зимой, деревья украшая,

На отдых села птичья стая.

 

Порхая весело горстями,

Делились птицы новостями.

 

Слегка раскачивая ветки,

Вели беседы и беседки.

 

Они кричали в зимнем дыме

Ветвям, что надо быть живыми.

 

Потом взлетели чёрным роем

И нас оставили с зимою.

 

Оттепель

 

Здесь зимою одни стволы,

Но, за сеткой идущих слёз,

Вижу смуглое тело ветлы,

Вижу светлые души берёз.

 

Зимнее настроение

 

Намедни было всё не мило,

Стояла скука за окном

И небо на душу давило

Большим чугунным утюгом.

 

Но вот, с утра, моя подушка

Мне шепчет нужные слова.

Убрали за ночь гнёт с кадушки,

Разглаженная синева

 

Шатрами украшает небо.

Я понимаю, Боже мой,

Что целый век с тобою не был,

Прелюбодействуя с хандрой.

 

Когда в душе и в небе ясно,

Когда живёшь с тобой и для,

Как удивительно прекрасна

В нарядах зимняя земля.

 

Гений может слукавить порой…

 

Как летом роем мошкара

Летит на пламя,

Слетались хлопья со двора

К оконной раме.

Борис Пастернак

 

Гений может слукавить порой,

Хлопья снега, сравнив с мошкарой.

Разве скажешь, что хлопья и льдинки

Невесомые эти пушинки,

Что сегодня клубят за окном,

Окружая мой город и дом.

 

Но гипноз золотого стиха

Исключает возможность греха.

И летящее хлопьев блаженство

Дополняет его совершенство.

 

Конец зимы

 

Мне февраль за окном прошептал,

Что, увы, завершается бал,

Новогодний, блистательный, зимний,

Что уже собирают корзины

И другие свои причиндалы

Балетмейстеры этого бала.

 

Рассказал, что слабеют морозы,

Им вчера прописали глюкозу,

Но, кому помогали капели,

 

Душ Шарко, от простуды лекарства.

И поэтому, даже метели,

Не способны подняться с постели.

Распадается зимнее царство.

 

Неужели нельзя догадаться,

Что полезнее им простужаться.

 

Последний день зимы

 

В последний день зимы

Зима сняла пимы

И, под журчанье вешнее,

Пошла домой не мешкая.

 

Лишь на сырой дороженьке

Видны босые ноженьки,

А на сучке пимы.

До будущей зимы.

 

* * *

 

Однажды – увидишь с балкона –

Исчезла зима, как беда.

«Всё стало опять голубым и зелёным»

И нам не уйти никуда

 

От ветров, ласкающих сосны,

От жёлтых нехитрых цветов.

От этих просторов бесхозных,

Открывшихся после снегов.

 

От наспех покрашенных лавок,

От нашего свинства зимой.

От общероссийской забавы –

Авралом убрать за собой.

 

Возникнут, как будто Чурлёнис

Коснулся кистями холстов,

Холодная прелесть черёмух,

Пунктиры белёных стволов.

 

Свинцовые воды разливов

Стоят у порога теплиц.

Украсила небо курсивом

Цепочка неведомых птиц.