Сергей Сутулов-Катеринич

Сергей Сутулов-Катеринич

Четвёртое измерение № 4 (4) от 15 июля 2006 г.

Город ZERO

Вокальный цикл

 

Сергей Сутулов-Катеринич (стихи)

Евгения Сафронова (музыка)

 

1. Райский ад (02:00)

2. Семь звёзд (03:38)

3. НЛО: неопознанный любимый объект (02:39)

4. Город ZERO (03:00)

5. Ожидание чуда (01:28)

6. Фотография над облаками (03:16)

7. Элегия (02:55)

8. Сим-Сим (03:20)

9. Грамматика Востока (01:52)

10. Дорога (06:47)

 

Райский ад

 

Посвящается той самой мамбе…

 

Ты – не ангел. А я – не дьявол.

                        Заруби на смешном носу.

Семь румяных, но кислых яблок

                        я из рая в ад унесу.

 

Семь недель немоты – без ямба.

                        А хорей, как хорёк, юлит…

Ты – змея!.. Африканская мамба –

                        на жаровне чужой земли.

 

Плачет ангел. Смеётся дьявол...

                        Рассуди: кому вопреки

Оживает орёл двуглавый,

                        оглашая твои грехи?!

 

Семь часов – тоски и халявы:

                        коронуют тебя, а мне

Ради нескольких строк корявых

                        отменять хоровод комет.

 

Я – не ангел. А ты – не дьявол...

                        Объясни: из каких стихий,

Прилетает дракон трёхглавый,

                        извергая мои стихи?!

 

Семь минут до рассвета. Зяблик

                        зачастил невпопад… Заря

Умывает дворцы и базары,

                        стадионы и лагеря.

 

Сущий дьявол и мнимый ангел

                        настороженно дышим в тени.

Фотовспышки весёлый магний

                        на секунду подарит нимб...

 

Плотоядно зевнёт наяда:

                        «Райский ад легко отрицать…»

Приглядись: наши лица рядом –

                        в золотом пожаре кольца.

 

Семь звёзд

 

Студент. Студентка. Рождество.

Ожог судьбы.

                  Дрожат тюльпаны.

Семь рыжих звёзд

                            в бокал упали.

Шесть грёз в тетради –

                                 шесть стихов.

 

Дипломы. Танец «поплавков».

Мираж метели. Тополь древний.

Семь синих звёзд

                           горят на рейде.

Пять снов небесных –

                                пять грехов.

 

Сентябрь. Лукавство.

                                Сватовство.

Капризы роз. Сумбур обмана.

Семь пьяных звёзд –

                             на дне стакана.

«Четыре года – псу под хвост!»

 

………………………………

 

Весна. Восторги васильков.

«Прощён...» – «Святая...»

                                   Свадьбе жарко!

Семь юных звёзд

                          порхают в парках

Три ночи – стайкой светляков.

 

Любовь. Интриги двойников.

Работа. Дети...

                     «Мы – в Париже!»

Семь ясных звёзд

                          на нитку нижут

Две жизни вечных дураков.

 

Старик. Старуха. Рождество.

Улыбки тень.

                    Озноб свирели.

Семь мудрых звёзд

                              уже согрели

Один денёк и сто веков...

 

НЛО: неопознанный любимый объект

Песенка о сентиментальном путешествии

 

Сыграй на скрипочке, мной нарисованный,

                  мой окольцованный

                                    Январский Май!

Карета сонная скрипит рессорами,

                  лошадки цокают –

                                    помчимся в Рай!

 

Тебя увидела, потом услышала,

                  судьбою меченный

                                    и вкривь, и вкось…

Ни взгляда долгого, ни звука лишнего,

                  рифмач наверченный,

                                    заветный гость!

 

Сыграй на дудочке, мой неожиданный,

                  мной ожидаемый

                                    и муж, и брат!

Душа спасаема, покуда живы мы…

                  Тропа кинжальная –

                                    в запретный Ад.

 

Тебя, наверное, друзья невинные,

                  враги старинные

                                    погрызли всласть…

Хотя неверная вчера покинула,

                  грозит кикимора:

                                    «Я не сдалась!»

 

В игре на скрипочке, мой неосознанный,

                  мной неопознанный

                                    объект, сгорай!

Карета ржавая? Зима морозная?

                  Давай – на розвальнях!

                                    И прямо – в Рай!

 

Твои прозрения потомки праздные

                  сочтут химерами,

                                    но век – велик.

Мои признания сомнут маразмами

                  и полумерами:

                                    народ столик…

 

В игре на дудочке, мой окончательный,

                  мной опечаленный,

                                    и мёд, и яд…

Пока ручались мы семью печатями,

                  любовь отчалила

                                    из Рая в Ад. 

 

Город ZERO

 

Не знать о городе. Не помнить

Церквей, трамвайного кольца…

Закрытые глаза наполнить

Сияньем твоего лица.

 

Не слушать города. Не слышать

Его пропойц, убийц, калек…

И тихо улыбаться: свыше

Дарован серебристый смех.

 

Не стынуть в городе.

                                 Не мёрзнуть –

Ещё один прощальный круг…

Озноб пронзительный

                                  и звёздный –

Прикосновенье тёплых рук.

 

Не знать о городе. Не ведать,

Что жаден, жалок,

                             нежен, груб…

Загадка? Проигрыш? Победа? –

Прикосновенье робких губ.

 

Не говорить о нём ни слова

Друзьям, жене. Но по ночам

Внимать сначала, вновь и снова

Твоим застенчивым речам.

 

Ожидание чуда

 

Фраза-призрак,

                        отведав свободы,

Колесит по морям-океанам:

«Я любил Вас...» –

                         зеркальные своды –

«Я губил Вас...» –

                         соврут окаянно.

 

Полувсхлип...

                Несказанное имя

Умыкает «Голландец Летучий»,

И заветные звуки другими

Заменяет угодливый случай.

 

Он любил Вас,

Елена, Лаура

В шалашах, кабаках, лазаретах...

Он губил Вас,

                    пророк и придурок,

Растворяясь в неверных рассветах.

 

Ожидание чуда едва ли

Обернётся двойным интересом:

Дульсинея тиранит Идальго,

И Наталья флиртует с Дантесом.

 

Полувскрик...

                  Бесконечны догадки:

Пенелопа? Ирина? Надежда?

Он любил Вас,

                      прекрасный и гадкий,

Он губил Вас,

                    жестокий и нежный.

 

«Я люблю Вас!» –

                       на берег Тамани

Выбегает застенчивый мальчик.

Он не знает,

                   что море обманет,

Как и та, что в тумане маячит.

 

«Ты убил мя!..» –

                       прибой Сахалина

Повторяет чужие печали.

И седая русалка Марина

Опустевшую шлюпку качает.

 

Фотография над облаками

 

Холст сиреневого неба

Провисает…

                Исаакий

Золотой горбушкой хлеба

Искушает на закате.

 

Роль летающего мима

Выбираю,

               привыкая

Биографию любимой

Сочинять за облаками.

 

Сон лукавый и печальный

Бесконечен…

                  Неужели

Завитыми куличами

Ублажит скупой Блаженный?

 

Фрак, похожий на спецовку,

Примеряю…

                 И небрежно,

Исчезая на Дворцовой,

Появляюсь на Манежной…

 

Мир бензина и озона

Обжигает…

                 На Тверскую

Приземляться нет резона –

Купола в Неве тоскуют.

 

Миф наивный и жестокий

Симметричен…

                     Белый ангел

Разноцветные восторги

Снегопадом умывает.

 

Фильм протяжный, эпатажный

Интригует…

                 Рыжий демон

На асфальте кистью влажной

Вопрошает: «Гела, где мы?!»

 

Лики века, кольца дыма

Замелькают…

                   И – на память! –

Фотография любимой

Проплывёт над облаками.

 

Элегия

 

Из печального далека

Долетело эхо разрыва –

Удивилась наивная ива,

Занавеска качнулась. Слегка.

И вальяжные облака

Кувырком покатились

                                  по склонам,

Оживляя пейзаж заоконный,

Отутюженный на века.

 

Изумрудные вензеля

Угадай в отсыревшей сирени,

Где мерцает в плену светотени

Призрак серого соловья...

Это – мы, это – ты, это – я,

Испугавшись внезапного эха,

Растеряли жемчужины смеха

Безмятежного бытия.

 

Одиночество ледника,

Потревоженное случайно

Зычным криком

                       и свистом тайным

Волоокого старика?!

Или домысел дурака:

«За горою закат догорает –

Это значит: война умирает,

Умирает наверняка?!»

……………………………..............

Из печального далека

Долетело эхо разрыва –

Удивилась наивная ива,

Занавеска качнулась. Слегка.

 

Сим-Сим

 

Виртуальная реальность.

Ирреальная страна.

Сексуальна,

                   но астральна

Виртуальная жена.

 

Зазеркальная свобода –

Сизари и соловьи.

Антология разброда.

Анатомия любви.

 

Леонардо гениален:

«Догоняй,

               месье Дега!»

Улыбается Гагарин:

«Не найдёте ни фига!»

 

Вертикаль горизонтальна.

Алогичны письмена.

Георгин «Индира Ганди»

Пеленает времена.

 

Виртуальные скитанья.

Фараон Рамзес, вели

Пирамиду строить тайно

Восхищенному Дали.

 

О морали – аморальный

Мусульманин О.Хайям…

Маргарита,

                 Мастер,

                            вам ли

Ассистировать князьям?!

 

Золотыми берегами –

Заповедная страна! –

За Высоцким бродит

                                Гамлет:

«По бокальчику вина?»

 

Рио-Рита.

               Нотабене.

Ностальгия.

                  Се ля ви…

Ай да Пушкин –

                     ай да сбрендил

И женился по любви.

 

Виртуальная пирушка.

Не умри Сен-Санс!…

                              Сим-Сим…

Ай да Пушкин!

                      Ай да Пушкин!

Ай да Пушкин,

                      сукин сын!

………………………

 

Муравьи и динозавры.

Ковыли и кобели…

Арифметика азарта.

Кибернетика любви.

 

Грамматика Востока

 

ОНА:

– Когда умру от нежности к тебе –

Твоим стихам, мелодиям, заскокам,

Закружится над кряжем Коктебель,

Опознавая душу по осколкам.

Когда умру от жалости к тебе…

 

 

ОН:

– Когда умру от ревности к нему –

Его ухмылкам, фразам, междометьям,

Циничные потомки не поймут,

Кого, за что, зачем и чем отметим?!

Когда умру от зависти к нему…

 

ОНА:

– Смешны попытки пережить тебя,

Минуя мины и шипы ошибок…

Дрожащие мундиры октября

Горят в рубцах рябиновых нашивок.

Грешны попытки пережить тебя…

 

ОН:

– Когда умру от жалости к тебе –

Твоим кашне, «Порше», кашпо, баштану,

Весёлая ватага кобелей

Процессию проводит под Бештау.

Когда умру от верности тебе…

 

ОНА:

– Когда умру от подлостей его –

Бульварных, куртуазных, виртуальных,

У Воланда случится торжество

С участием персон маниакальных.

Когда умру от пошлостей его…

 

ОН:

– Грешны попытки пережить тебя,

Срывая крыши и свинец стоп-кранов…

Пиратствуют в пространствах букваря

Крутые пожиратели романов.

Грустны попытки пережить тебя…

 

ОНА:

– Когда умру от верности тебе –

Губительной, язвительной, жестокой,

Старательная стая голубей

Начнёт зубрить грамматику Востока.

Когда умру от нежности к тебе…

 

Дорога

Фуга для двух голосов

и трубы архангела Гавриила

 

ОН:

– Дорога по кругу –

                             меж адом и раем,

Дорога, которую

                           мы выбираем…

 

ОНА:

– Покажется долгой,

                                покажется вечной –

Дорогой, дорогой,

                            дорогой без встречи…

 

ОН:

– Дорога по кругу –

                             меж раем и адом:

Нежнейшая ругань.

                               Ни сноса, ни лада…

 

ОНА:

– Последняя фуга

                           смертельного Баха –

Дорога друг к другу –

                               дорога на плаху.

 

ОН:

– Так Чёрту хотелось:

                                  устроить засаду

И духу, и телу –

                      у райского сада…

 

ОНА:

– Так Богу угодно:

                            меж адом и раем

Устроить погоду,

                          в которой сгораем…

 

ОН:

– Струна лицедейства

                                   почти отзвучала.

 

ОНА:

– Сначала – надейся…

 

ОН:

– Надеюсь, сначала?!

 

ОНА:

– Вы – плут, Вы – повеса:

                                      в загуле, в запое…

 

ОН:

– А помнишь, как вместе

                                      брели к аналою?

 

ОНА:

– Вы – бездарь, я – прима:

                                        меж адом и раем –

Дорогою длинной.

                            Пейзаж повторяем?!

 

ОН:

– Ты стерва, супруга!

                                  Какие рулады?!

Дорога друг к другу –

                                меж раем и адом…

 

ОНА:

– Покажется долгой,

                                покажется вечной –

Дорогой, дорогой, дорогой

                                           без встречи…

 

ОН:

– А если ты – в миле?

                               А если ты – в горе?

 

ОНА:

– Послушайте, милый,

                                 навеки мы в ссоре!

 

ОН:

– Дорога, блудница,

                                меж адом и раем

Пускай тебе снится

                              до самого края…

 

ОНА:

– Я – фея! Я – солнце!

Вы – дамский угодник!

Куда Вы несётесь,

                           тупой второгодник?

 

ОН:

– Шаг – влево, шаг – вправо

                                        и прямо – с обрыва!

– Ты – дрянь,

                   ты – шалава,

отрава, крапива!

 

ОНА:

– Знакомая песня:

                           «Меж раем адом»…

 

ОН:

– А если воскреснем?!

 

ОНА:

– Без «если» – не надо!

 

ОН:

– Ты – ад солнцепёка

                                  и рай звездопада.

Дорога, сестрёнка,

                              меж раем и адом

Покажется долгой,

                             покажется вечной…

 

ОНА:

– Дорогой, дорогой, дорогой

                                              без встречи…

 

ОН:

– И всё-таки снова: меж раем и адом…

 

ОНА:

– Ни звука, ни слова,

                                 ни фразы не надо!

 

 

Музыка речи, или Город Zа горизонтом

 

I

 

Что объединяет Музыку и Слово? Что делает общим пространства обитания высказанного и исполненного? Звучание – скажете вы. Человек – добавлю я.

Его поэзию разбирают на цитаты. Его стихи звучат по радио, украшают собой телеэфиры, обожаются поклонницами, ценятся почитателями, публикуются в газетах и журналах, облюбовывают страницы авторских книг «Дождь в январе» и «Азбука Морзе». Ими дышит небо в разную погоду, им отдают должное барды, то и дело очаровываясь оригинальным сочетанием смысловой полновесности текстов и ажурности их звукового ряда.

Да, чего только не пережили стихи Сергея Сутулова-Катеринича… Казалось, все ими изведано, во всех ипостасях они побывали. Ан, нет! Произошло событие особенное, запоминающееся, и без слова поэтического (катериничского) не обошедшееся.

Именно тогда, 8 мая 2006 года, известное в народе изречение «один в поле – не воин» стало сущей правдой для доказательно весомой фигуры современной русской поэзии. Чтобы убедиться, что понятие веса подразумевает не только маститость и мастерство поэта, но в случае Сергея Сутулова-Катеринича, приобретает иной смысл – выберите верный вариант ответа в нижесказанном.

Поэт Сергей Сутулов-Катеринич широко известен в поэтических кругах как:

1. Испанский Бык;
2. Тамбовский Волк;
3. Гудзонский Ястреб.

(Ключи: за ответ 1 прибавьте своему IQ пять баллов, за ответы 2 и 3 отнимите пять баллов у IQ и отдайте их тамбовскому волку и гудзонскому ястребу.)

Ликуйте, интеллектуалы от поэзии, ибо Испанским быком Сергей и сам себя называет, и таковым не единожды был поименован в работах Махатмы российских поэтов, который на «гражданке» носит имя Юрия Беликова…

Итак, есть Испанский Бык, настороже держащий Слово. И есть Музыка. … Не ждите, что появится Тореадор.

 

II

 

Её знают многие. Её произведения известны всем. Всем, живущим магией театра. Всем, кто после третьего звонка по мостику музыкальной темы доверчиво переходит от действия к действию, от акта к акту. Музыкальные шедевры этого композитора являются не только жемчужинами постановок Ставропольского театра драмы имени Михаила Лермонтова, - они известны, популярны и с удовольствием исполняемы в концертных залах и на эстрадных площадках Ставрополя и края.

Композиторская работа со словом очень сложна. Один и тот же текст можно положить на десятки различных мелодий, но из массива музыки выделить одну, органичную авторскому поэтическому строю, - под силу не многим. Как прочувствовать музыку речи, не пойти с ней в разлад, и – добавить что-то свое звучанию стихов? И не на стыке ли двух… да чего угодно – миров, культур, личностей, эпох, пластов искусства, рождается истина. Отважный шаг в этом направлении сделала Евгения Сафронова – композитор, музыкальный редактор театра, а теперь и один из авторов проекта «Город ZERO».

Так как внутренне сложные процессы внешне и, особенно со стороны, зачастую кажутся простыми, в наших силах перелистнуть полгода кропотливой работы Евгении Юрьевны: над выбором текстов, написанием музыки, приглашением музыкантов и исполнителей, репетициями в то немногое свободное время, что предполагалось отдать близким и им не досталось. Только терпение и труд – понятно мне – перетерли неподъемное Время в зерна разумного, доброго, вечного.

Что такое «Город ZERO»? Не обиталище ли пустоты, подразумеваемой значением зияющего ноля в названии. Не сквозящая ли разъединением взвешенность заледенелых душ в неопределенности бытия. В мире и так достаточно одиночеств, а тепла – не хватает. С такими вот размышлениями подошла я в указанный день к дверям отреставрированной, «свеженькой» мечети, что мирно размещается на улице Морозова. Поднялась по знакомой лестничке на второй этаж: в неузнаваемо белом, просторном зале в ожидании гостей замер рояль; гитара, флейта и скрипка покоились в футлярах. Да три ряда стульев переминались с ноги на ногу, - непоседы. Прошло не более четверти часа, зал заполнился заинтригованными зрителями. Действо началось…

Ведущая постановки, замечательная, любимая всеми актриса Ставропольского театра драмы Светлана Колганова, представив зрителям создателей проекта «Город ZERO», пригласила Сергея Сутулова-Катеринича ответить за совершаемое. Что он с виртуозностью, быкам присущей, и сделал. Сообщил всем, что мужчина и женщина существа с разных планет – в том ключе, мол, и толкуйте сию композицию, и возможно ли что-то, единящее сих персонажей –… А напоследок прочитал стихотворение «Райский Ад», которое уже своим названием дезориентировало мысли и чувства сидящих в зале. И так вот ошарашено и зачарованно, настороженно и доверчиво воспринималось зрителями все вечное и сиюминутное в жизни города Z.

 

III

 

Это была действительно Музыка. Настоящая, та, что поднимает и уносит, и ты покоряешься ей, и сопереживаешь, и понимаешь. С ней явилось и Слово. Знакомое многим по прочитанным стихам, и – новое, иное – потому что песней стало. Это не попса, не стилизация. Это оригинальность в истоке своем. Невозможно остаться в стороне, не поддаться воздействию настоящего в искусстве. Великолепно исполнили артистка Ирина Баранникова и заслуженный артист России Виктор Ананьин партии Женщины и Мужчины – обитателей города ZERO. Запомнилась своей кристальной искренностью минорная «Элегия», покорила тонкостью устройства ироничная баллада «Сим-Сим», «Семь звезд» согрели самые сокровенные уголки души. А «Дорога» – целая музыкальная поэма, непростой путь к пониманию и любви, через метания, контрасты, экспрессию отречения... Песенные номера перемежались с чтением стихов: дары Речи умолкшей Музыке. Всего прозвучало семь песенных и два стихотворных произведения. (Плюс к ним – ну никак не минус! – авторский вариант «Райского Ада»). Целый инструментальный ансамбль, состоящий из фортепиано (Евгения Сафронова), скрипки (Евгения Ханова), флейты (Юрий Исаев), трубы (Сергей Ледовской) и гитары (Иван Строганов) вел голоса исполнителей по улицам города Z.

И я поняла: «Город ZERO» – это жизнь. Не где-то там, вне реальности, с вымышленными масками персонажей, а здесь, с каждым из нас, в каждом из нас. С любовью и болью, разлукой, счастьем встреч, нежностью и обидой, панцирем непонимания и половодьем прощения. Все было живым! Речь, музыка, голоса… Не потому ли зал остался в легком замешательстве, когда все завершилось. После аплодисментов и вручения цветов участникам и авторам композиции зрители не спешили покидать зал. В чем тут секрет? Может, все мы, соучаствуя, незаметно для себя стали жителями города ZERO? А от родного надолго не уходят.

 

Елена Луговая