Рустам Карапетьян

Рустам Карапетьян

Четвёртое измерение № 19 (331) от 1 июля 2015 г.

Подборка: То, что с нами случилось

* * *

 

В Трою

Входили по трое,

Прикрывая друг друга.

И казалось порою,

Что тени к нам тянут руки,

Что вот-вот грянут с крыши

Стрелы дождём смертельным.

Сердце дрожало мышью.

А тут ещё – эти тени...

 

Но обошлось. Проникли.

Всё оказалось вздором.

Без единого крика

Вырезали дозоры.

И, устыдившись страха,

Липкого, как в могиле,

Взяли мы город махом.

 

И никого не щадили.

 

* * *

 

Упал барометр. В окно.

Но жизнь прекрасна.

Ведь навсегда теперь на нём

«Предельно ясно».

Пусть гром гремит, а этот чёрт

Всё отрицает.

Но мы то верим: он не врёт,

А прорицает.

 

* * *

 

Тьмы вавилонских многогранников,

Укрывших судороги людей,

Провозглашают эру пряников

На смену сумеркам плетей.

Но как с начала века водится

И предначертано концом,

Вознесены надёжным Отисом

Те, кто не спрошены Отцом.

Они Эдем отстроят набело,

Оставив в дольных удилах

Техничек, дворников да ангелов,

Которые не при делах.

И с горней самой колокольницы

Так грянет манною вещей,

Что если небо не расколется,

То, значит, нет его вообще.

 

* * *

 

Бесконечность деля на нуль,

Наступаем на те же грабли.

Снова Эйяфьятлайокудль

Беспокоит Кетцалькоатля.

 

За собой самим вдогон

Змей струится быстрее пули.

И коптит ключевской огонь,

Грея замыслы Вицлипуцли.

 

Даже Этна пошла вразнос

Под влиянием Аколмистли.

И целуется Смерть взасос,

Выжигая дурные мысли.

 

* * *

 

Барахтаясь нелепо

И помощи не ждя,

Карабкаешься в небо

В царапинах дождя.

А подвернётся случай,

Не на смерть, а на жизнь,

За солнышковый лучик,

Попробуй удержись.

Ведь если хватит силы

И цепкости земной,

Вдруг запылают крылья

За пепельной спиной.

 

* * *

 

Расползаются ветхо снега,

Но какая-то в небе тоска.

И какая-то зябкая тень

В наступающей вновь маяте.

Та синица, что лучше в руках,

Заблудилась, видать, в облаках.

И душа, не дождавшись чудес,

Чуть дыша, смотрит искоса в лес.

 

* * *

 

Давали только тем

С конфетами кулёчки,

Чей папа был убит.

 

А мой отец был жив,

Хоть где и неизвестно.

И я его любил.

 

Но было всё ж обидно.

 

* * *

 

Улыбаясь всем широко,

Он идёт, неся свой успех.

У него развязан шнурок.

И мы верим: се – человек.

А навстречу Брежнев-Хрущёв

Свой несут улыбчивый лик.

Это тоже люди ещё,

Но уже не с этой земли.

Стали звёзды ближе на миг,

Словно крылья выросли, но,

Чуть вздохнув обиженно, мир

Снова нас утянет на дно.

 

* * *

 

Пока сидел на стуле

За стареньким столом,

Вдруг люди все заснули,

Забылись мутным сном.

Лежат они вповалку,

Тихонечко сопя.

Мне их немного жалко,

Но жальче всех – себя.

Тоскливо так снаружи

И холодно внутри.

И не с кем мне покушать,

И не с кем покурить.

Сижу один на стуле,

Глаза рукой прикрыв.

Не знаю вот: засну ли

В родимый коллектив?

 

* * *

 

Здесь также душно и темно,

Как до и после революций.

И сквозь закрытое окно

До сквозняков не дотянуться.

Отсюда все давно ушли,

И мухи бледные издохли.

Лишь солнца луч стоит в пыли,

Как зыбкий памятник эпохе.

 

* * *

 

Дворник улицу метёт.

День.

Неделю.

Месяц.

Год.

А над ним струит эфир,

А вокруг несётся мир.

Стали цены выше ростом,

Но зато зима теплей.

Дети выросли до взрослых,

Завели себе детей.

Наступает океан.

Сотрясает кучу стран.

Пропадает самолёт.

Дворник улицу метёт.

А над ним струит эфир,

А вокруг бушует мир.

Стало как-то всё непросто

От песков и до снегов.

Дети выросли до взрослых,

Превратились в стариков.

Эпидемия бурлит.

Долбанул метеорит.

Пугачёва не поёт.

Дворник улицу метёт.

По асфальту мерно водит

Он растрёпанной метлой.

Ведь в любую непогоду,

В день любой,

И в год любой

Хоть и мусорится быстро,

Всё равно должно быть чисто.

Утирая честный пот,

Дворник улицу метёт.

 

* * *

 

Если сели вы в синий автобус,

А приехали в красном трамвае,

Значит, где-то в памяти пропуск,

Значит, что-то упущено вами.

 

На трамвае катайтесь том красном

И автобус ищите тот синий.

Но учтите – возможно, ужасно

То, что с вами случилось меж ними.