* * *
...а я живу не по Христу...
мой путь давно уже расхристан...
не знаю я, как строят пристань...
и как на пристани той ждут...
а я давно забыл уют...
в его привычном измеренье...
мениски стерты, и колени
болят от этого... вот тут...
не иглы боли - что мне боль...
я демонство избрал судьбою...
и если слышу: «Бог с тобою...» –
о толстокожье словно моль,
слова те призрачные бьются...
но чаще... мне вослед смеются...
полночный демон - просто ноль...
когда смыкаются пространства,
когда не выстонать себя...
эх, жаль, что жил не по Христу...
уже, наверное, не пустят...
и позади - до эха - пусто...
и впереди...
что, Бог
судья?...
* * *
а я живу не по Христу...
в изгнанье диком - рядом с вами...
споткнетесь об меня - я камень,
из голых жил, из голых струн...
от камня - твердь, от тверди - суть,
ударить словом - бросить камень,
но слову больно - слово с нами,
и боль стекает по кресту...
да, я живу не по Христу...
когда ходил над облаками,
до солнца доставал руками,
и с неба собирал росу...
я звезды жменями кидал
на исполнение желаний,
и вопреки несчастной карме
любовь мне говорила «да»...
была война - я убивал,
убитых всех считал врагами,
но совесть хлещет не словами -
убийцу не спасут слова...
клеймо такое не смывают,
года не вылечат греха,
я слово Божье не узнаю,
предав до крика петуха...
найдутся новые слова,
и вновь предам за оправданье,
и вся невинность станет данью,
и злым пророчеством молва...
и слово за слово сойдет,
и в бой пойдет на слово слово.
и это будет так не ново,
и слово - каждому свое...
да, я живу не по Христу...
голодный дух не справит тризну...
а от греха, что назван жизнью,
разит бессмертьем за версту...
и вдаль по призрачной канве
на грани бытия и смерти...
родная мать вослед окрестит.
и вспомню я, что человек...
* * *
Левий Матвей:
Мне сорок лет.
Свидетель.
Соучастник.
В тоске есть мудрость,
Что тогда тоска?
Хотелось изменить все то, что в Божьей власти,
Но каждому дано несение креста.
Пройти свой бренный путь,
Ни разу не согнувшись,
Не сможет человек.
Столовому ножу
Не стать стилетом душ - он режет хлеб - не души,
А хлеб привык давно к горячему рожну.
И если гул затих, я выйду на подмостки,-
И свету расскажу, и станет верить свет...
И вырвется душа, и тленом станут доски...
И выведет рука на небе:
«Смерти нет!»
И вечные слова останутся на небе,
И буду в каждый дом посредством слова вхож,
И будет человек заботиться о хлебе,
И будет возвращен на кухню смертный нож.
* * *
...а кроме свиста, дерущего душу, предательски вспоминается
толстый ствол хвойного дерева, скорей всего это был кедр (горы на Алихейле
покрыты кедровником), за который меня толкнул с криком: «Куда лезешь, пацан,
пригнись!» – какой-то среднестатистический дембель... это было в декабре
84-го... мой первый счастливый случай...
а еще был конец апреля 86-го... кишлак... с виду абсолютно безопасный... до такой степени
безопасный, что мы фраернулись провести занятия по обучению
молодняка... яблоневый цветущий сад... на краю сада что-то типа сторожки... из нее
выскакивают несколько духов... со мной двое новоиспеченных разведчиков... что
делать?... конечно, погоня... отстреливаются... и «эти», конечно, свистят... вдруг сад
резко обрывается... мы вылетаем как из облака из этого цветущего яблоневого сада на обрывистый берег горной
речки... в воде в десяти шагах стоит дух со вскинутым автоматом... тут уж я
ору: «Ложись» – и как-то успеваю, падая, толкать пацанов и одновременно
стрелять... очередь духа прошла выше... кто-то из нас в него попал... через три дня
я был в Ташкенте... еще через три - дома...
конечно, все не так... но приходя в кабинет полковника и на рынок в мясной ряд к
рубщику мяса... я говорю «салам, бача!» – пароль остался прежним... а через неделю:
...страшное слово «Афганец»?.. толпа вывалила с дискотеки... валит по
улице... вдруг несется с ревом Нива и лоб в лоб врезается в
жигуленка... переворачивается на крышу... в Ниве пьяная компания... из приоткрытого
окошка льется шампанское... в жигуленке - мужик, откинулся... на заднем сиденье
двое детей... дети плачут, но живы... мужик без признаков
жизни... паника... визги... и шок... толпа крепчает... пробираюсь в центр... я знаю,
что надо делать... возглас моей девчонки: «Пропустите его, он в Афгане служил!» – и
толпа отступила... и можно было работать... искусственное дыхание рот в
рот... массаж сердца... когда приехала скорая, мужик снова жил... и слава Богу...
гожи мы еще, бача... а зубами скрипеть потом будем... надо жить!..
* * *
...не выпить чаши, не проливши свет...
...себя судить - нет повода закланьям...
...фатальных сцен создатель... но эстет...
...ведь всякий случай в сущности фатален...
...оружие в твоих руках как щит...
...но грозен щит пришедшему с оружьем...
...и даже тень твоя порой кричит...
...но и молчит, когда тому быть нужно...
...не выдай естество свое... молчи...
...все сущее - твое предназначенье...
...от желчи - желчь... но кровь живых крушин -
живая краска... кисть - в руках знамений...
...не выпить ночи, не проливши свет...
* * *
...есть общее у звезд и в крике птиц -
...угаданная суть и недоступность...
...сбиваешь ноги, слепнешь от страниц,
сгораешь, постигая эту мудрость...
...и твой огонь... он тоже отражен...
...в былом... и так прозрачны вехи...
...что их не замечая нарожон
...спешат и успевают на потеху...
...ночное небо, и седой ковыль...
...и тропы, уходящие в известность...
...бескрайнее в коротком слове «быль»...
...и в каждом миге замкнутая вечность...
...есть общее у слов и в крике птиц...
* * *
...лишенный бремени не может не летать...
...глядящий ниц, не думает о небе...
...ребенка не гнетут его лета...
...а старец не изюмин ищет в хлебе...
...но чист и притягателен ручей...
...покуда скор и нет ему преграды...
...шуты страшнее верных палачей...
...увечье достается им в награду...
...за будущие шутки, хлесткий смех...
...но суть шута - веревка господина...
...длина ее - и подвиги, и грех...
...смирение и страх - все в ней, единой...
...лишенный бремени не сможет и летать...
* * *
...
не выпить чаши, не проливши свет...
но выпитая чаша дарит вечность...
...
обеими руками держит смерть
бутылочку, в которой жизни млечность...
не выпить жизни, не познавши смерть...
...
есть общее у звезд и в крике птиц...
такая же внезапность, мимолетность...
...
давая шанс, играет с каждым блиц,
но знает этих блицев безысходность...
есть смерть у звезд и в каждом крике птиц...
...
лишенный бремени не сможет и летать...
пред правдой смерти меркнет даже мудрость...
...
но слово вымолвили жесткие уста...
и умершее сердце встрепенулось...