Галина Кравец

Галина Кравец

Четвёртое измерение № 18 (43) от 1 июля 2007 г.

Подборка: Лица в божьем зеркале

 * * *

 

А для памяти нет расстояний.

Срока давности тоже нет!

Перекрашено красное знамя

В никому не знакомый цвет.

И, размахивая бесшабашно

Этим знаменем над головой,

Мы кидаемся вновь бесстрашно

С непонятною целью в бой.

Нет бы жить, варенье помешивать

Да вязать для друзей носки…

В лес ходить, будто в гости к лешему,

И рождать по ночам стихи.

Нет бы жить да детишек баловать,

Да с любимым встречать рассвет.

Нам осталось чуть-чуть, без малого…

А покоя в душе всё нет!

 

Нежность

 

Утром розовое платье

Примеряет небосвод.

Ты ещё в ночных объятьях –

Это так тебе идёт!

Поволока с глаз не спала,

И движенья не резки.

Вновь ты за ночь отлежала

Паутинки вдоль руки…

И волною набегая

Плещет нежность через край.

Утро. Женщина нагая.

Маленький уютный рай.

 

Красный зонт

 

Красный зонт и красные сапожки –

Это я под серый дождь ныряю.

А дома в заплаканных окошках

Равнодушно на меня взирают.

Никогда, ничем я не нарушу

Равновесье созданного рая.

Сквозь тебя пройду неравнодушно,

От любви и страха замирая.

 

* * *

 

Смотрю Кандинского.

Как жаль!

Мне не дано понять такое:

Невнятных образов спираль

Нежданно выгнется дугою.

Бред сумасшедшего? Мазня?

Или таланта наважденье?

Мы, непонятное казня,

В себе уничтожаем гения.

 

Несексуальные фантазии

 

Хоть иногда но думай обо мне.

И я пойму, почувствую, узнаю,

И мысли перепуганною стаей

Взметнутся в ночь, когда я, обомлев,

Застыну вдруг, чай мужу наливая…

Хоть иногда, но вспомни голос мой,

Когда, дрожа, твой номер набираю,

И трубку телефонную бросаю,

И замираю, и уже не знаю,

Хочу ли снова встретиться с тобой…

Ну хоть однажды – напиши письмо,

А лучше приезжай желанным гостем.

А впрочем, нет! Я словно псина с костью,

С тобой расстаться не смогу. Клеймом

Твой поцелуй меня прожжёт насквозь!

 

Цыганочка и апельсин

 

По вагонам шли цыгане,

И девчонка лет пяти

С именем, что держат в тайне,

Повстречала апельсин.

Круглый рыжик-апельсин

Как прилип к ладони дерзкой.

Взгляд беспомощный и детский

О прощении просил.

Так желанен плод бесценный

В яркой шубке золотой,

Весь облизанный мгновенно,

Прижимается щекой.

Пылко пляшет озорница

И гадает по руке, –

Неумытая жар-птица

В бескупейной суете.

Апельсин в ладони липкой

Спит оранжевым клубком.

Голоском нежнее скрипки

Пела девочка потом.

И ушла в преддверье ночи,

Предсказав судьбу впотьмах,

По-цыгански напророчив,

С апельсином на руках!

 

* * *

 

Оле Третьяковой

 

Так вкусно ломтиком луны

Закусывать воспоминанья.

Живут поэты без признанья –

Под гнётом собственной вины.

…Сочится соком апельсина

…Той дольки лунной островок.

…И там, где мы уже бессильны,

...Нам не поможет даже Бог!

Мы все на грани бытия

Едва ли вспомним о невечном.

Нам путь очерчивает млечный

Границы собственного Я.

...Земли пределы покидая,

…Не зная свой дальнейший путь,

...Мы в ожиданье замираем,

...Но жаждем крыльями взмахнуть.

 

* * *

 

В люльке месяца качаю

Нежность глупую свою.

Хочешь кофе или чаю?

Я сейчас тебе налью…

Будешь с сыром бутерброды?

Или мёд добавить в чай?

Незаметно мчатся годы…

Хоть считай, хоть не считай!

Дочка в люльке спит. И млею

Я от нежности своей.

Жизни речка обмелеет

Без любимых и друзей.

И бреду я вброд по речке,

Обмелевшей как-то вдруг…

Мама! Я твоё колечко

Для дочурки сберегу!

Дай мне знак!

Колеблет пламя

Дуновение в ночи.

С той поры, что ты не с нами,

Даже мёд слегка горчит…

 

Обнажённое

 

Через себя перешагнуть

И выскользнуть из оболочки,

Как из нейлоновой сорочки

Невестой к жениху на грудь.

Ладони от лица отнять

И, улыбаясь отраженью,

Невольно повторять движенья

Упавших звёзд. И обладать

Не обнажённостью души,

А утончённостью обмана.

И в утренних лучах туманом

Растаять, тайно согрешив.

Поблажек от судьбы не ждать.

В себя как в зеркало, глядеться.

И в край заманчивого детства

Так нагишом и убежать.

 

* * *

 

Синий аквариум...

Глупая рыбка

Тычется носом

В слепое стекло...

Прошлое в прошлом,

Ныне всё зыбко,

Может, и будущее

Истекло?

Может, спираль

Времён и мгновений

Новый виток

Прервала невзначай,

И у обрыва

Столпотворенье

А мы не знаем.

Живём... Пьём чай...

 

Больше никто… никогда...

 

Вот и настала пора притворяться и лгать:

Зеркалу лгать, что оно отражает неверно.

Утром стараться пораньше с кровати вставать,

Чтоб не заметил никто, как ты выглядишь скверно!

Вот и настала пора одеваться в меха,

Кутаться зябко и жарко дышать на ладони.

Грешные мысли укутать в одежды стиха,

Жить, наслаждаясь, а грустного больше не помнить.

Вот и настала пора шелковичных трудяг,

Алых шелков и десертов лимонно-воздушных.

В прошлом остались любимые песни бродяг,

Искры костра и гитара в ладонях послушных.

Вот и настала пора, когда некогда ждать,

Думать и медлить, в минутах считать расстоянья.

Туфли на вырост не мерить и не покупать

Нас не заставит ни мама, ни строгая няня.

Больше никто… Никогда… Ни запретов, ни встреч.

Только одни расставания… Больно? Поплачьте!

Пробуйте чувства в слова, как в одежды, облечь.

Словно тела, в нежный шелк осторожно запрячьте…

 

Осколки

 

*

 

Эхо спит

в ожидании звука

твоих шагов.

 

*

 

Изо всех сил

Плыву против течения.

Я никогда не умела плавать...

 

*

 

Словно язык в колоколе,

Мысль в голове.

Бьётся.

 

*

 

День прошёл без тебя,

Пустой и бесцветный.

Все краски украли твои холсты.

 

*

 

Я научилась жить,

Выйдя из тени твоей.

Сколько солнца вокруг!

 

*

 

Громом звонок телефонный.

Вспыхнет сознания свет.

Мозг просыпаться не хочет…

 

*

 

Задерну шторы.

День вчерашний

Отгорожу хотя б на ночь.

 

*

 

А если не впускать рассвет

И шторы плотные задернуть

Быть может «завтра» не придет?

 

*

 

Когда отражение в зеркале

Дополнит собою меня,

Станет ли полной картина?

 

Неделька

 

В воскресенье воскресать,

Восставать из трудных буден

Через лень и трусость. Будем

Души совестью кромсать.

В понедельник понятых

Приведут по наши души.

В зеркалах – глаза старушек

Ярче юных и пустых.

Вторник – ветреный пострел

Вереницей дел поманит.

Не поможет, так обманет

И оставит не у дел!

Серединка от среды

Станет бубликовой дыркой.

А суббота срочной стиркой

Пьяной пятницы пятнистой.

Подождём и мы, когда

Тропкой выведет среда

На четверг по кличке «Чистый».

Квадратура четверга…

Червоточинка на грани

Черной горечью изранит

Сдобный привкус пирога.

Круг недельный завершён.

Дни летели, словно птицы,

Отражая наши лица

В божьем зеркале большом…