Эдуард Струков

Эдуард Струков

Четвёртое измерение № 10 (502) от 1 апреля 2020 г.

Подборка: Резервация для нарратива

Пушкин. Спас

 

Русское лето, лесная симфония –

мерин, телега, дорога, жара.

С дедом на вызов мы едем в Афонино,

редкие гости у них «фершала».

Рады сельчане.

Вкушаю вельможею

яблок дарёных налив золотой,

жёлтые капли под белою кожею

как гематомы.

У деда запой.

В каждой избе наливают.

Обрадован,

дед пропадает надолго в сельпо,

Пушкина «Сказки» несёт мне наградою.

Граждане нас провожают толпой.

Ель с укоризной качает макушкою,

мерин плетётся домой – кое-как –

и, вне сомнений,

заслушавшись Пушкина,

с кладбища машет вослед вурдалак.

В бархате неба,

подсвеченный звёздами,

тает таинственный иконостас...

 

...Всех нас спасёт

Тот, которому воздано.

Тот, что для вечности 

Пушкина Спас...

 

Стоянка поезда одна минута

 

Два фонаря, обшарпанный вокзал

Да заспанная тётка-проводница.

Одну минуту поезд простоял

На станции, где выпало родиться.

Ни детство не припомнилось никак,

Ни прелести фабричного барака...

И тихо плыл вагон в полночный мрак,

И дождик за окошком грустно плакал.

 

От ветра замерзая на снегу,

Сбежавший из домашнего уюта,

Я в юности боялся – не смогу

Успеть забраться в тамбур за минуту,

И суждено мне будет навсегда

Остаться злой судьбою обделённым,

И снились мне большие города,

И я бежал по шпалам за вагоном.

 

Но ровно жизни линия легла.

Тепло в купе, и я бы ехал вечно...

 

...Сдаю постель. Улажены дела.

Что ждёт меня на станции конечной?

 

Разговор по скайпу

 

Доченька! Мама освоила скайп!

Плох интернет? Не проходят пакеты?

Вот, говорит, а про что – поди знай...

Нынче приедешь? А будущим летом?

 

Что ты сдавала? Как? И-эл-тэ-эс?*

А получила что? Семь с половиной?!

Ты ж моё золото! Тут из невест

Местных ты выглядишь самой завидной.

 

Русская девочка – доктор наук,

Учит студентов китайских в Пекине!

Видела всех твоих школьных подруг,

Кто – в педагогах, а кто – в магазине...

 

Да, и вторых нарожали уже!

Как-то живут, не скребут по сусекам,

Нет, кабала нынче дело мужей.

Только и слышно – кредит, ипотека...

 

Что с комбинатом? Вокруг – будыли...

Кто побогаче, давно уж уехал.

Доченька! Ты ж там за краем земли,

Как ты одна там? Да что ты всё смехом...

 

Папка? Таксует, базар да вокзал.

Бабка всё так же, давление скачет.

Сто лет протянет – наш доктор сказал.

Нет, моя милая, что ты, не плачу...

 

Ты не вернёшься, наверно, сюда?

Завтра в Гонконге, сегодня в Сеуле...

Не было лета – дожди, холода...

Так и живём вот. И тут обманули...

 

Если ты встретишь кого-то – решай!

Что? С Эквадора есть? Из Пакистана?!

Мама всех примет... Целую! Прощай!

Доча! Молюсь за тебя неустанно...

 

...Возненавидев веселье подруг,

На полсекунды от чувств обессилев,

Плачет девчонка, обняв ноутбук,

Маме лишь нужная в новой России...

___

* IELTS (англ. International English Language Testing System)

– международная система оценки знания английского языка.

 

Свиристель

 

Стынет лунный остов. Звёзды как монисто.

Правлю за погостом к елям серебристым.

Настом под полозья мне простор расстелен.

В чаще грянусь оземь – стану свиристелем.

Сок ядрён у клёнов. Плачет за овином,

Январём калёна, сладкая калина.

Полетим ватагой от рябин к омелам

Хвастаться отвагой воробьям несмелым.

 

В дом войду с мороза, обожжённый стужей:

– Что ты сразу в слёзы?! Или муж не нужен?

Растопляй-ка печку да звени ухватом.

Жизнь моя – копейка, незамысловата...

Вот бы стать богатым, хватким да весёлым,

Бражничать по хатам да гулять по сёлам.

Путь давно накатан. Надоело, братцы!

Может, нам со сватом на разбой податься?

 

Эх, посвиристелим! Сват – весёлый парень.

Бором запустелым с дамой едет барин.

Засапожник выну: – Поделись-ка лаской!

На сугробе стынут капли крови барской.

Из-под старой ели леший смотрит сумно:

– Что ж не пожалели, братцы, толстосума?

– Спьяну – лютый зверь я. На руки плесни-ка!

На крови созреет во бору брусника...

 

...Жалко, выдал случай.

Сват считал, что леший.

Сват – мужик везучий, он давно повешен.

– Спой, кандальный, что ли?

– Мы своё отпели...

Не поют в неволе боле свиристели.

 

Беглый

 

За стеной острога – злая зелень мая.

Дальняя дорога, сторона глухая.

Дикая природа – сопки да маньчжуры.

Тигры ночью бродят над рекой-Амуром.

Кончилась Россия – ни полей, ни пашен.

Скован, обессилен, сам себе я страшен.

С высоты утёсной в рек разливы – махом!

Грянуться бы оземь, обернуться птахой...

 

Смолоду любил я буйное веселье.

Дали мне бы крылья – глупым свиристелем

Я летал бы пьяным, спал да куролесил –

Сыт хмельным дурманом, тароват да весел.

Дружно, хоть несладко, жили мы с Натальей –

Семерых по лавкам завести мечтали,

Силы не жалея, промышлял извозом.

Зря дружил со сватом, вечно нетверёзым.

 

Сват мой был отчаян, слыл в селе смутьяном.

Барина случайно мы убили спьяну,

И – как заводилу – свата в петлю сразу.

Выжил я насилу, каторгой наказан.

Молод да приметен, приучился к нарам –

Кандалы да плети в каторгах недаром.

Много было спето песен под метели...

За зимою лето – годы полетели.

 

Разорвал мне душу журавлиный клёкот –

Никому не нужен я в краю далёком,

Сердце беспокоят криком птичьи стаи,

Изошёл тоскою по родным местам я.

Изревись белугой – дело не поправишь.

Ночь – моя подруга, а туман – товарищ.

Спите, караулы! Путь я выбрал долгий –

С берегов Амура по лесам до Волги.

 

...Вот село родное. На Покров – пороша.

Волком серым вою – дом давно заброшен.

По погосту тщетно я брожу, как пьяный.

Холмик неприметный позарос бурьяном.

Как жилось ей, милой, кто ж теперь узнает?

Увела в могилу лихоманка злая.

Головой качает леший из-под ели:

– Ты пошто в печали?

– Всё просвиристелил...

 

В тягости да скверне жить ещё так долго!

Мне б хоть каплю веры – я пошёл бы к Богу.

Я, виной измучен, в монастырь подался б...

Всё-таки везучим сват мой оказался.

Шепчет он, неладен:

– Жить – себе дороже!

Через балку в хате перекинь-ка вожжи.

В петлю, как Иуда – враз, и полетели!..

 

...Поживём покуда. Вожжи-то – истлели.

 

Простая женская история

 

Девочка гаммы играет в квартире,

Стонет дешёвое фортепиано.

Март её манит полётом валькирий,

Дарит волшебное меццо-сопрано...

Мир добротой и покоем наполнен,

Дворники щурятся из подворотен,

И наслаждается солнечным полднем

Кот на завалинке дома напротив.

 

Девушка клавиши ласково тронет,

Музыка льётся почти невесомо.

Лето в истоме, и август на троне –

Вечно бы слушала марш Мендельсона!

Воображение сердце пугает

Близостью сказки, таинственно-зыбкой,

Где Маргарита, став ведьмой, нагая,

Бал Сатаны открывает с улыбкой...

 

Женщина в зале грустит у рояля,

Чёрные клавиши гладя на ощупь.

Гости вчерашние дивно играли.

Шуман? Рахманинов? Что-то попроще...

Дождь за окном, и красотка-рябина

Жмётся к забору, ветрами раздета.

Сладко с экрана поёт Керубино.

Жаль, но похоже, закончилось лето...

 

Внучка едва достаёт до педали.

Звуки знакомы – куда от них деться?

Только бы клавиши не западали...

Гаммы для старости – лесенка в детство.

Стужа и снег, воцарив над землёю,

Дарят надежду, того не желая –

Ель новогодняя плачет смолою,

Вечнозелёная... Вечно – живая!

 

Баллада о лучниках

 

В битве при Креси в 1346 году

небольшая армия англичан

благодаря лучникам-наёмникам

из городка Ллантрисант

одержала победу над вчетверо

превосходящими силами французов,

положив конец эпохе рыцарства.

 

Мы стоим под дождём по колено в грязи,

ждём, за пазухой пряча клубки тетивы.

Мы пришли из Уэльса с обозом в Креси,

чтобы здесь умереть – коль прикажете вы.

Вы за мельницей, в пёстром шатре, мой король,

ароматен ваш эль, спят борзые у ног.

На войне есть у каждого важная роль –

королям подчиняться обязан стрелок.

 

Мы исполним свой долг, никого не щадя.

Да украсится август кровавым жнивьём!

Тяжелеют последние капли дождя –

мы под градом болтов арбалетных встаём.

«Натянуть тетиву!» Надвигается враг,

и лучами сверкает закат на броне.

Отбивать нам придётся немало атак,

чтобы рыцарству Франции сгинуть навек...

 

Время мельницей вертит судьбы жернова,

и от страха становится кровь ледяней.

Но упрямо у щёк шелестит тетива,

стрелы валят железных баронов с коней.

Каждый лучник работой доволен и горд.

Мы чертовски устали. Сереет рассвет,

Чёрный принц вынимает свой мизерикорд,

добивая эпоху – ей тысяча лет!

 

Нам плевать на гербы, мы не слышим мольбы –

поскорей бы вернуться в родительский дом.

Пальцы с перстнями срезав, как будто грибы,

мы валлийские стрелы с полей подберём.

Нас землёй и свободой одарит король,

заживём, за собою не зная вины.

Ллантрисант, за труды уважать нас изволь!

 

...Это первое лето Столетней войны.

Лордам Францию грабить – до стыка времён,

еретичке – гореть, будоража Руан,

а Парижу подарит балладу Вийон,

и падёт от ножа, вечно весел и пьян.

Срежет чёрной косою чума, хохоча,

бело-алые розы с ухоженных клумб,

непокорных дорубит рука палача,

и отправится в Новое время Колумб.

Мы в легендах останемся жить на века!

 

...Неприметные парни – спецы ЧВК.

 

Прощальное письмо из Сирии

 

При раскопках местечка Каранис, современного

Ком Аушим в Фаюмском оазисе, было найдено

большое число древних папирусов, некоторые

из которых принадлежали римским солдатам.

Сравнительно недавно эти письма наконец-то

удалось перевести.

 

В Египте выкопали клад.

Разбила амфору лопата,

А в той – послания солдат,

Что не дошли до адресата.

Истёртых букв скупая вязь,

В папирус вложена фалера.

Как жаль, что мать не дождалась

Прощальных слов легионера.

 

«Привет последний шлёт солдат

Отцу и матери в Кирену.

Когда послание вручат,

Убит я буду непременно.

О вашем здравии молюсь,

С богами равно почитая.

Да будет лёгкой ваша грусть!

Смерть для военных – вещь простая.

Нам жизнь – венец любых потерь –

Не зря Юпитером дарима,

Принадлежит она теперь

Сенату и Народу Рима.

Легат командует: “Пора!”

И горн зовёт солдата к бою.

Не зря приснилось мне вчера

Кирены небо голубое...

Восток навеки покорён,

Но вряд ли станет Рим щедрее.

Гней Септимус, центурион,

Пришлёт должок – два аурея.

Пусть мама передаст привет

Красотке, что зовут Беллона.

Беллоне смысла больше нет

Ждать письмецо из легиона».

 

Развеял ветер горький прах,

Ждать сына смысла нет отныне –

Убит на дальних рубежах,

В сирийской каменной пустыне.

Открытию историк рад.

Есть повод написать в романе:

«Прощался с близкими солдат

И верил – смерть свою обманет.

Увы, судьбы не обмануть –

Вопрос лишь времени, в итоге...»

Когорта шла в последний путь,

С небес смеялись злые боги.

 

Прошли столетья. Плачет мать,

И ждёт известия от сына.

Сын улетает умирать

Туда, где так же даль пустынна.

Там то же солнце, тот же зной,

Заря закатная багрова,

Летает пепел над страной,

И боги жаждут крови снова.

Пока идёт извечный спор

Креста, Талмуда и Корана,

Плодит пророков и раздор

Незаживающая рана.

 

Сабдак. Дух красных камней*

 

Я устало бреду в забайкальской степи,

и до места давно бы добраться пора.

Равнодушное солнце глаза мне слепит,

степь – свежа, как невеста, цветами пестра.

Но шагаю я снова по тем же местам,

где уже проходил – и не раз и не два.

Понимаю – всё это со мной неспроста!

Странный голос мне шепчет чужие слова.

Я – крупица иных, чужеродных миров,

иноземец – не местного пазла деталь.

«Слышишь, злобный сабдак –

дух, чей норов суров –

не води меня за нос и зубы не скаль!»

Кровью брызнет в глаза мне отчаянный гнев,

и под ветра напев я устрою дуэль –

закричу, хохоча,

руки к небу воздев:

«Я великий шаман из далёких земель!

Вот сорву со степи новобрачной убор,

чёрным жаром урана спалю ковыли,

обвалю рудники краснокаменских гор –

но тогда о пощаде меня не моли.

Если я проиграю – не дрогну лицом,

я содеянным буду доволен вполне...»

 

...И рассеялся морок.

Подумалось – сон.

Но проклятый сабдак поселился во мне.

___

* Сабдаки – (бурят.) злые духи местности,

которые вселяются в путников и сводят их с ума.

 

Сабдак. Демон

 

Ненавистью выжжен изнутри,

маюсь – всё давно идёт не так.

Что же ты со мною сотворил,

злобный забайкальский дух – сабдак?!

Одурманил путника в степи

и ужом в сознание пролез...

Сколько раз в вине тебя топил –

всё хохочешь надо мною, бес!

Юзом едет разум под откос,

сны мои – падение без дна.

Для чего, шаман, в меня ты врос?

Где мы бродим оба допоздна?

 

Мёртвый демон, душу не трави!

Что ни вечер – насылаешь мрак.

А наутро руки все в крови,

и дрожат, и не отмыть никак.

В голове звенит истошный крик,

шлют мембраны отголоски бед.

Глубоко сабдак в меня проник,

впился метастазами в хребет...

 

... Полночь. Фары. Девушки. Июль.

Пассажир «пежо» молчит – завис.

Потная ладонь сжимает руль.

Колесит по улицам таксист.

Жадно ожидает жертву ад.

По стеклу стекает липкий зной.

Пассажир совсем не виноват.

 

Он наутро снова станет мной.

 

Новогоднее дежурство

 

А кому какое горе,

Если бросила жена?

Лейтенант Тарасов Боря

Думал – жизнь налажена.

Он мечтал – вернётся с «точки»,

Пролетят, как сон, годки.

Поначалу шли цветочки,

Подтянулись ягодки.

 

Быстро Насте надоела

Роль «соломенной вдовы»:

«Вот, завёл своё бы дело –

Жили б как Давыдовы!

Ты возил бы помидоры

Круглый год с материка.

От тоски тут сдохну скоро,

Полюбила дурака.

Новый Год – привет ракете! –

Встреть, приказу следуя.

Развлекаться на Пхукете*

Завтра с Петей еду я».

 

Улетела бизнес-классом

Пить коктейли жарких стран.

Лейтенант Борис Тарасов

С горя «прыгнул на стакан».

Каждый Богом стать мечтает,

Всяк летал бы – нету крыл...

В Новый Год – душа простая! –

Боря в шахте люк открыл.

 

«Прячьте, гады, перископы –

Впарю пару мегатонн.

Вместо ёлки вышлю “Тополь”!

Страшно, город Вашингтон?»

И огромная сигара

Испугала рёвом ночь.

Техник видел из ангара –

Спьяну было встать невмочь.

 

...Просыпаться Боре скоро.

Вот он дал кордебалет!

Нет жены. И нет позора.

И Пхукета больше нет...

___

* Пхукет – курортный остров в Таиланде