Анатолий Берлин

Анатолий Берлин

Вольтеровское кресло № 7 (247) от 1 марта 2013 г.

Подборка: Выучить урок...

Любовь или красота?

 

Красота спасёт мир.

                    Ф. Достоевский

 

Позвольте мыслить по диагонали…

Спасёт ли мир земная Красота?

Любовь спасёт?

          А может, мы в финале

И пленники Всевышнего перста?

 

Тасуя и страницы, и границы,

Пренебрегая мненьем большинства,

Сканирую сюжеты, факты, лица,

Химерные наличия родства.

 

Спасёт ли мир Любовь?

                        Скажу: Едва ли!

И Красота, конечно, не спасёт…

Позвольте мыслить по диагонали:

А может быть Оружие спасёт? 

 

Апропо

 

Настоящее состоит из крупинок прошлого,

как будущее – из крупинок настоящего.

                                    Анатолий Берлин

 

Я – странник, я брожу и собираю знания.

Затёрты их следы в пространстве мироздания.

Идя спиной вперёд и вглядываясь в прошлое,

Я становлюсь мудрей и с каждым днём дотошнее.

 

То лексикой простой, то языком эзоповым

Беседую с собой, то голосом, то шёпотом,

Поскольку я постиг, увы, к концу скитания,

Что всё, что я искал, таится в подсознании.

 

Седая симфония

 

Я, конечно, презираю отечество моё

с головы до ног – но мне досадно, если

иностранец разделяет со мною это чувство.

             А. С. Пушкин 

 

Любой народ готов прощать

Себе любые преступленья,

И может ласковая мать

Терпеть побои, униженья

От сына, пьяного подчас…

 

Но если вдруг, не ровен час,

Пусть даже брат, пусть лучший друг

Дела твои осудит вдруг,

То отношения порушит –

К тебе ожесточенье в душу

Вползёт и, впившись, словно кость,

Лишат покоя гнев и злость.

 

Не жди резонов –

                       и тогда

Случится страшная беда:

Прольются слёзы, хлынет кровь –

Так было встарь, так будет вновь!

Сырой земли седая прядь

Покроет головы опять,

И будут корчиться в гробу

Нашедшие свою судьбу.

 

Кадыш*

 

Страницы века листаю резво,

Взглянуть пытаясь на вещи трезво:

 

Гормонов выброс – секрет поллюций,

Научных взрывов и революций.

 

Приставив дуло судьбы к затылку,

Тупых – в колхозы, учёных – в ссылку.

Всех уровняли, кто выше ростом,

И просто выжить не так уж просто.

 

А тем, кто властью сумел упиться,

Живётся тесно в своих границах.

Один – у немцев, другой в России…

Диагноз общий – шизофрения.

 

Европу делят под танков скрежет,

Юнцов в окопах лишь смерть утешит.

Дахау, Белжец – Освенцим круче…

И выжжен номер на детской ручке.

 

Салют победы для инвалидов!

Ни серп, ни молот, ни щит Давидов,

Ни Бог, ни Дьявол не заступились…

Зато чекисты подсуетились…

 

Потом похмелье – венец попойки,

Пять пятилеток до перестройки,

До перестрелки, до беспредела…

А популяция так поредела.

 

Ликуют массы, звучат фанфары:

«Мы вам евреев – вы нам товары»…

 

Всего, что было, не перескажешь –

Безумству храбрых поём мы кадыш.

 

---

*Кадыш – еврейская молитва по усопшим

 

Сострадание

 

Стихов о пьянстве не пишу –

Не нравится сюжет…

Я своим кредо дорожу,

А Вы, похоже, нет.

 

У Вас семья, полно друзей

И трезвенник супруг,

Собака голубых кровей,

А вскоре будет внук.

 

Оставьте пить! Я Вас прошу:

Ну, дайте нам обет…

Стихов о пьянстве не пишу –           

Сторонний мне предмет.

 

Ненависть к белому пуделю*

 

Нет повести печальнее на свете…

                                У. Шекспир

 

Идёт белый пудель, душистый и стройный,

И лапы в манжетах ступают достойно,

Сама элегантность, пропорции, стать…

 

Ну как пережить превосходства печать

Соседским собакам различных пород?

И жаждет расправы весь сучий народ.

 

Неистово, словно понёсшие кони,

Псы рвут поводки из хозяйских ладоней,

И сводит им мышцы и челюсти злость:

Догнать и загрызть эту белую кость…

 

Ведь больно подумать и страшно признаться,

Что им за собратом своим не угнаться

Ни мордой, ни нравом, ни стрижкой «под бокс»…

 

Такой уж Господь учинил парадокс:

Где в зависть собачью район погружён,

Там разум не властен, неведом резон…

 

А пуделефобство рычит над планетой,

И нет на земле хуже повести этой.

 

---

*Пудель – это ещё не человек, но уже не собака (из инета)

 

Обновление

 

Кривая узкая луна…

               Рита Бальмина

 

Мы ехали извилистой дорогой.

Нам ночь не обещала лёгкий путь.

Стоял октябрь и лился свет убогий,

Клонил ко сну, но не давал заснуть.

 

Знамением зловещим беспокоя,

Мерцала тускло рваная Луна,

Больная, увеличенная втрое,

Металась между тучами она.

 

За них краями рваными цепляясь

В неистовом усилье не упасть

Безумная, оглохшая, седая,

Утратившая молодость и власть,

 

Она мольбой разжалобила Бога

Вернуть ей позабытый прошлый век

И затопила благостью дорогу,

Рассыпав клад серебряных монет.

 

И мы в зените этого потока,

Рождённого камланьем и борьбой,

До Истины домчались раньше срока

По тракту, обновлённому Луной.

 

«…не шейте вы, евреи, ливреи»*

 

Еврей – тот, кто на это согласен.

                               Юрий Нагибин

 

А на указателе «К могиле Пастернака»

выведено: «Жид»...

                            Римма Казакова

 

Крестики на шее иноверцев…

Грудь не жмёт, великий наш поэт?

Литератор, вам не давит сердце?

A тебе, артист, не стыдно – нет? 

 

В вас какая кровь течёт с рожденья

И какие гены бродят в ней?

Талмудистов с вековым ученьем

И раввинов – тех, что вас мудрей.

 

Вот откуда ваша гениальность…

Да, Христа чудес не перечесть,

Но какая, в общем-то, банальность –

Выставлять себя не тем, кто есть.

 

Вас в кошмар ГУЛАГа не ссылали,

Вам не угрожал погромный сброд,

И не «вёл вас в бой товарищ Сталин»,

Что ж сподвигнуло вас «кинуть» свой народ?

 

Может, жить чуток комфортней стало?

Юдофобства шёпоток притих?

Стоя на почётных пьедесталах,

Предков вы обидели своих.

 

В христианство вам не вылезть рылом,

Дух, быть может, «тленья убежит»,**

А на указателях к могилам

Будет кем-то выведено: «Жид».

 

---

*Александр Галич

**Александр Пушкин

 

Юности нашей романс

 

Случайностей в нашей судьбе не бывает.

Минуя законы Ликурга,

По северной моде Нева замерзает

В студёный сезон Петербурга.

 

И наши дороги, ведущие к небу,

Присыпаны давнею болью,

И как мне дойти до тебя я не ведал,

А встретил на шумном застолье.

 

Мы в юность смешную вернуться решили,

Поддавшись былому азарту,

И вспомнили, как мы невинно грешили

За старою школьною партой.

 

Смотри, как вернувшись к губительной прозе,

Снежинки стремительно тают…

И также, как прежде, при сильном морозе

Коленки твои замерзают.

 

Мне вспомнились песни, прогулки, качели

И много отчаянных свадеб,

А дети и внуки уже повзрослели…

Давай, на скамейку присядем.

 

Мы выдохнем всё, что годами копилось,

Я трону тебя за запястье…

Вернём себя в чудо, что в детстве случилось,

Коснувшись сединами счастья. 

 

На то друзья…

 

Моя душа болит и плачет…

                            А. Берлин

 

Я правым окажусь, не дай-то Бог,

Коль то, о чём предупреждал, случится.

У жизни много стёжек и дорог,

Калиток и дверей, чтоб отвориться.

 

Ты выиграешь, дорогой мой друг,

Коль без беды продвинешься по краю…

Со временем замкнётся споров круг –

Я оказаться правым не желаю.

 

Выучить урок...

 

Как быстро всё накрылось «медным тазом»!

Проблема не в Обаме… Боже мой,

Каким убогим должен стать наш разум,

Чтоб вверить управление страной

Пустому вралю с жёсткою улыбкой,

Поддержанному левой трепотнёй.

За эту вопиющую ошибку

Потомки вновь ответят головой.

 

Как быстро мы Историю забыли,

Как сладок лжи струящийся поток,

Уже пытались «сказку сделать былью»…

Глупцы, пора бы выучить урок!