Алексей Смунёв

Алексей Смунёв

Четвёртое измерение № 2 (350) от 11 января 2016 г.

Подборка: Попытка прорыва

Непонятка. Черновик

 

Что нам переселение племён,
Свирепая безжалостность хунхузов,
И стон арбы, не выдержавшей груза,
В густом тумане скрывшихся времён?

Но я ищу, покуда ночь тиха,
Проход – насколько хватит мне таланта –
В тот мир, где извержение стиха –
Причина изменения ландшафта.

И, смыслы в изувеченных словах
Выискивая,
Я мечтаю ночью –
Писать стихи
На древних языках,
Чья клинопись не знает многоточий...  

 

22.12.2011

 

Раздвинулись пробелы как везде...

 

Ахматовой

 

«Раздвинулись пробелы, как везде»,
Полжизни ждать напрасно можно знака,
Умом – подозревая о беде,
Душой – не прозревая.
Как собака,
Скулить и жаться к входу в сирый дом,
Не в силах предопределить пределы:
Где новые Гоморра и Содом?

А – всех делов! – раздвинулись пробелы...

 

Набросок про 30-е сентября

 

Грусть в сентябре всегда остра
И, чем острей, тем глубже режет.
Надежда, бедная сестра,
Где изорвала Ты одежды?

Тропинкой, ставшею судьбой,
Бредём с Тобой сквозь россыпь солнца.
А где сестра Твоя – Любовь?
Я слышу – как Она смеётся.

Что, Вас любя – не зная меры,
Не ставил вешки на пути я,
Боялся – вдруг догонит Вера
И спросит: что сказать Софии?..

О,  льдинок кружево на лужах,
И иней первый – снега чище!
Я путник.
Спутника не хуже,
Огня лишь не разжёг в жилище...

Найду ли пищи для костра
На пепелище и в пустыне?
Грусть сентября не зря остра.
И небо... –  слишком быстро стынет.

 

30.09.-01.10. СПб

 

Друзей моих прекрасные черты...

 

Ахмадулиной

 

В камине – иней зябнущих углей.
Спит белый лист деталью реквизита.
 

 

Что может,

          наготы его

                     белей,
Случиться?

         Что есть странного визита

Предназначение?

         Зачем он ослеплён –
Невинный лист, лишённый смысла текста?
Как список всех несбывшихся имён
«На том конце замедленного жеста».

Печальна участь павшего листа.
Плод вожделен, да вызревает реже.
Но,  да не опустеет высота,
Которую весной побег прорежет!

«Как глуп побег!» – со всех сторон пророчат:
«Что небо? Бред, переходящий в снег».
Но срок приходит – переходит почка
К паденью – в плод или – в полёт! – в побег.

И я хочу биенье новых крыл
Почувствовать, удерживая глобус.
Вниз не смотря, где мир, в котором жил,
Сворачивается воронкой в конус.

И – жаль! – не перелить в виолончель
Негромкий шорох промелькнувшей тени,
Не расплести тугую канитель
Событий,

         дни сшивающих в ступени

Той лестницы,

         ведущей сквозь века,
К тем, кто постиг преодоленье точки.
И дар имел – касаяся виска,
Помочь биению рождающейся строчки,

Текущей с покорённой высоты.
Ведь рукотворна времени основа!
Чтоб проступили вновь друзей черты
И никогда не растворились снова!

 

Ну, а пока...

 

Другу моему...

 

Священник честно отмахал кадилом,
Прочёл, что надо, осенил крестом.
А что с твоей душой происходило –
Даст Бог – узнаю. Как-нибудь. Потом.

Едва ли нам удастся увильнуть
От главной роли в неказистой драме.
Ну, а пока – Что делать? – дальше, в путь.
Жаль – ты в земле. Да Бог – в закрытом храме.

 

28.10.2009

 

Илильда

 

Гумилёву

 

В узких вазах томленье умирающих лилий
Запад был медно-красный. Вечер был голубой.
О Леконте де Лиле мы с тобой говорили
О холодном поэте мы грустили с тобой

Н. С. Гумилёв


В узких окнах, как в вазах, плескалась вода,
Размывая решётку проспектов и линий.
Иглы Солнца дробились кристаллами льда
И мерцали, как строки Леконта де Лилля.

Но ни Север, ни Запад не сулили покой,
Нас Восток увлекал, да совсем не туда.
В лабиринте зеркал мы бродили с Тобой,
Натыкаясь на грани судьбы или льда.

Мы бредём не спеша по границе зеркал.
Улыбайся при встрече со мной иногда.
Пью за встречу!
Звенят, наполняя бокал,
Незаметные искры надежд или льда.

Или льда. Этот лёд не растопит рассвет –
Он с другой стороны, с той – где я и беда.
Или льда, или нас, или нескольких лет
Не хватает для полного счастья всегда.

 

11.09.2010. Питер

 

Белеет тонкий лист над бездной...

 

Бумаги тонкий лист над бездной
Хранит следы прошедших до.
Дошли? Куда? Нам не известно.
Лишь цепь следов.

Вот вместо точки – след от пули.
И вниз – строка.
Похоже, лист перевернули,
Встряхнув. Слегка.

Куда? – Бог знает, что там дальше!
Где нет следов.
Нам – лишь бы не оставить фальши.
Ну, как – готов?

И, если «Да», то в одиночку –
Не прочен мост.
Иди. Свою поставить точку
Там – среди звёзд.

 

Мантра

 

«Я счастлив, весел и богат
Всем разноцветным буйством мира!»
Смешная мантра бьётся в такт
Толчкам пакетного кефира.

«Я красотой его велик.
Нет ничего, что мне не ясно!»
Присел на лавочку старик
И смотрит взглядом безучастным,

Как
Стихла гордая Пальмира
В разгуле призрачных ночей.
И
Выпил он стакан кефира,
Великий, мудрый и ничей.

                                

01.06.2010

 

Мытари

 

Я высыпал монеток горку
В жестянку нищенки у церкви.
Она в ответ взглянула зорко,
И тут же вновь глаза померкли.

Но я успел увидеть яму
Такую, что заныли нервы,
В которую когда-то кану.
Одно спасает – что не первый.

И, каждый день идя вдоль Храма,
Я слышу этот стук о кружку.
Но, сколько б ты не дал, упрямо
Они завидуют друг дружке.

И им неинтересны факты:
Кто сам – бандит, поэт ли, мент ты.
И – почему, зачем и как ты
Решил, что платишь алименты.

 

27.01.2011

 

Попытка прорыва

 

Я не забуду, не предам.
Благодарю за всё, что было.
Я знаю – ты не позабыла
Пинг-понг горящих телеграмм,

Попытку смелую прорыва
Когда,
Не думая,
С обрыва
Шагнули вместе мы, и –
Да!
Нас принял воздух, как вода!
Мы поднялись где воздух реже,
Ненужные отбросив крылья,
Где Свет,
Что лишнее обрежет!
Где Жизнь!
А
Где мы раньше были?

Пустой вопрос! Проклятый ребус!
Его не надо задавать!
Тому, кто выбирает Небо –
Нельзя про Землю вспоминать...

Мы не смогли. Мы не забыли.
И затворились Небеса.
И нам назад вернули крылья
Жизнь, душу, сердце, голоса.

 

10.2008

 

Утро

 

Уже прошла рассвета трещина
По скорлупе хрустящей ночи,
И Солнце –  тёплое, как женщина,
Проснулось, но вставать не хочет.

И мне уже ложиться поздно,
Заёжилась река остылая,
Позванивая, тают звёзды.
«Ну, что – по кофе? Будешь, милая?»

 

07.02.2010

 

Охота

 

Знакомцу моему – Славе Лён


Ну, – вот опять – настал сезон охоты.
Обманной тишиной наполнен вечер.
На рубежи прошли мотопехотой
Охотники.
«И не избегнуть встречи!»

А мы идём на бреющем над ними.
Ряды рвёт беспощадная картечь.
Сошлись два мира. Битва не во имя!
Остановить! – Им.
Нам же – строй сберечь!

Прорваться нам! И, не боясь погони,
Стремительно, стрелой мы взмоем вверх!
Но почему
Упавшие в агонии
Встают,
И  бьют в упор?
Точнее всех!    

 

09.02.2010

 

Эмигрантка. Ожидание рассвета...

 

От жирных взглядов липнет к телу блузка.
Константинополь. Белых армий пена.
Всё в прошлом. И – тебе родней французский,
Но здесь ты русская. И прочее – измена.

Кому измена?
Господи,  н е   н а д о!
На север смотришь зря из-под руки.
Там ждут китайские заградотряды
И красные латышские стрелки.

Дашнаки, белочехи, комиссары,
Антанта, атаманов злая стая…
Вернуться? Будут Магадан и нары…
Куда ты? К сожалению, не знаю


Россия, мать,  Die Mutter, Mamma mia!
Опять своих детей Ты гонишь прочь:
Рим, Вена, Прага, пальмы Тель-Авива...
Рассвет – не скоро.
Ночь. Сплошная ночь.    

 

21.03.2009

 

Смерть Адама

 

Пора пришла. Я ухожу без страха.
Устав играть в Твою игру без правил.
Что Ты хотел – лепя меня из праха,
И кровь мне дав?
Чтоб в прах ей вытек Авель?!

Не знаю я – что Ты хотел проверить.
Ведь Ты меня, как зеркало, любил.
Я был единственным, кому не надо верить,
Что Ты действительно на этом свете был.

Я был, как Ты, – единственным, не первым.
Стать первым, вспомни, – Ты меня заставил.
Но мало этого! Тебе хотелось жертвы.
Что Ты узнал, когда погиб мой Авель?

Что хрупко равновесие добра
С тем, что пока – при свете – не заметно?
И, что лишившись пустяка – ребра!
Твоё подобье делается смертно?
.......................
Я понял всё, когда над бывшим Раем
Поднялся дым, окутавший Двуречье,
Что Ты хотел – навряд ли я узнаю.
Но Божий мир отныне – человечий.

  

27.03.2011

 

И ещё один бес...

 

Бес: «Жизнь – одна, погуще мажь!»
Я мажу, но опять на кукиш!
Он: «Как стишки? Когда продашь?»
Я не сдаюсь: «Зато не купишь!»

Он: «Что стишки? Одни слова!
Трава, и та сойдёт на силос!»
«Слова? Попробуй! Чёрта с два!
Тебе такое и не снилось!»

Он искушён, а я – упрям.
Я – вот он весь! А он – бессмертен,
Как зло. «Ну, как? По двести грамм?
Банкуй! Где здесь ближайший вертеп?»

«Веди! Потом поговорим
О том, как Небо сделать ближе,
Какой сейчас по счёту Рим,
А, впрочем, –
Лучше о Париже!

Ты там бывал? Иль – невъездной?
Не вышел рожей или мастью?»
Бес погрустнел и – Боже мой! –
Стал врать, что не в Парижах счастье...

«Бесище! Выключи дуду!
Кончай лапшу мотать на уши!
Ещё пристрастие к труду
Вплети и трепетную Душу!»

«Бедняга! Так и ты – изгой!
Закольцевая лимита!
В Парижах правит Бес Хромой!
А, значит, в моде – хромота!»

«Ты шаромыжник, шер ами!
А врал – «Лечу, куда хочу!
Мечу, кручу, верчу людьми!»
Гарсон, добавь нам! Я плачу!

Да, не тушуйся! Лей по целой!
Когда ещё накатит блажь?
Что тут покрепче? Лимончелла? –
Пойдёт! С цигаркой под пейзаж!»

«Бес, как с тобою тяжело мне!
«Мне скучно, бес!», а серный запах
Такой же, как в каменоломнях,
Где камень браден строить Запад!

Где ни Сирокко, ни Мистраль
Не обещают нам пощады...
Вам врач нужнее, нам же – враль!...
Ну, что – ещё по сто? Не надо?

Тогда – по двести! Эй, гарсон,
Мой друг заплатит, как проснётся...»
...............................
Я ухожу. Окончен сон.
Но я уверен – он вернётся!       

 

12.07.2015. Борджио Верези