Юрий Васильев

Юрий Васильев

Четвёртое измерение № 5 (65) от 11 февраля 2008 г.

Выборка из «Большая белая А»

 
.............................................
 
2. Отчёт

Нет, не отчёт,

А просто холодно глядеть во тьму

Мои глаза туманит влага

Пишу послание к тому,

Кто не прочтёт.

Слеза легко, как муравей, течёт

И капает. И морщится бумага,

И в небе звёзд – наперечёт.
 

3. Осенний сад

Тебе покажется смешным,

Но я про тех же, я про то же.

На снегом стеленное ложе

Ложится белый-белый дым.

От веток, спиленных в саду,

От грядок, пройденных граблями

Печально веет журавлями,

И первой наледью в пруду.

И от холодного дождя

Неявно веет снегопадом,

И памятью о тех, кто рядом,

О тех, кого позвать нельзя.

От яблока на высоте,

Куда вовек не дотянуться,

Желанье спать и не проснуться

Исходит в грустной простоте.

Скрипит ведро на ржавом тросе.

И запах гари сердце лечит

И ясно каждому, что вечер

И ясно каждому, что осень.
.............................................
 
5. Капитан

Морщины. Трубка. Дым едучий.

На полке кортик с вензельком.

Скрипучий стул и стол скрипучий.

Фуражка. Блюдце с молоком.

Пылится вымпел. Зуб акулий

Котёнок сбросил за диван.

Болит культя, и след от пули,

Чуть морщась, гладит капитан.

Швырнув в проныру старый тапок

Смахнёт слезинку со щеки

Достанет пару драных папок

С наклейками: «Черновики».

Пусть всё тускнеет и ветшает.

Мечта по-прежнему ярка.

Она собою украшает

Унылость будней моряка.

Закат по борту. Крики чаек.

И среди блёсток где-то там

Душа бродяги замечает

Следы «бегущей по волнам».

Как вымпел – стираная шторка,

Надраенные костыли.

Каюта, то есть, нет – каморка

И взгляд, блуждающий вдали,

Где облака. Где всё знакомо.

Где перистые паруса

Столь вычурны и невесомы,

Где тоненькая полоса....

Но меж сараем и киоском

С утра сосед ведёт ремонт.

Как дятел, он стучит по доскам,

Забором пряча горизонт.

............................................

 
7. Звезда

Памяти АО

 

На небе, выгнутом дугою,

Как будто та же россыпь звёзд.

Но я-то знаю: всё другое.

Ты, уходя, с собой унёс

Одну, которой нет прекрасней.

И я в созвездьях обречён

Искать, покуда не погаснет

Одна ещё.
 

8. Перспектива

На переломе веков

Гипсом ложится эпоха

Если тебе хорошо.

Значит, потом будет плохо.
 

Только не надо робеть –

Ветром карман перегружен.

Если так плохо тебе,

Будет потом ещё хуже.
 

Прошлое не обмануть –

Вылечит душу дистрофик.

Если уже не вздохнуть,

Значит, потом будет пофиг.
 

9. Молния

Искрою молния

Блестела-таяла.

Ты не промолвила,

А мысль оставила.

Терпела-падала,

Горела-плавилась.

Кого ты радовала?

Кому ты плакалась?

Как будто пробуя,

Как будто меряя.

Строка неровная –

Искри, империя!

Но самомнение

И нетерзания-

Одно мгновение.

И угасание.

............................................
 
11. Разновременье

Оно тянулось. А потом летело.

Смеркался век. А с ним лицо в окне

Уже в момент улыбки постарело,

Но продолжало улыбаться мне.

И я, взглянув на стрелки косоглазо,

Успел заметить эту суету.

Струился год. Сочился взгляд. И фраза

Теряла актуальность на лету.
............................................

 

14.Ладонь

Ты растеряна? Боже, не бойся.

Всё по жизни закономерно.

На ладони случайного гостя

Всё судьбою записано верно.

День рожденья и освобожденья –

Обретения полной свободы.

Начинания и продолженья.

Люди. Встречи. События. Годы.

Этих складок открыты скрижали.

Так не будь же слепа и поспешна.

Слишком много мы воображали.

Но, бояться не стоит, конечно.
 

15.Соавтор

Здесь тишина, как в закрома, ложится.

На поле свежескошенном стерня.

Знакомый сторож – встрёпанная птица –

Отведать самогон зовёт меня.

Он засыпает тут же, возле кружки

С улыбкой чемпиона на устах.

Я убираю вилки, крошки, стружки.

Беру тетрадку в клетчатых листах.

Предчувствуя стороннее вниманье.

Ночные бденья – сонный ход минут.

В деревне обретается желанье

Здесь поселиться и остаться тут.

Кровать поставить возле тёплой печки,

Пусть не всегда на чистых простынях,

Дремать и слушать, как во сне овечки

Пугливо дышат за стеной в сенях.

Смолистые сосновые полешки

Потрескивают. И такой уют,

Какой, наверно, в доме Белоснежки,

Где гномы-барды заполночь поют.

сложив четыре шишки пирамидкой,

Журчит, прищурясь, хитроглазый кот,

Удачный вечер завершив попыткой

Улечься гостю сфинксом на живот.

Вот так лежим – живое и живое.

Шуршат страницы, мается строка,

Под крышу сквозь окошко слуховое

Таинственно втекают облака…
 

16. Звон

Ну уж нет! Звон стихов и звон монет –

Два разных звона.

Два разных закона

Появления слов на свет.
 

17. Кредо

Я не вникаю в частности.

Лежу себе, лежу….

Подушкой безопасности

До дрожи дорожу.

Случайности и сложности

Минуют стороной.

Диван моей надёжности

Протёрся подо мной.

Общенье с телевизором.

Похлёбка возле рта.

Лениться нужно с вызовом.

Да будет жизнь пуста!

И одеяло ватное

Воспев своей строкой.

Припомню всё приятное.

А там и на покой.
 

18. Семейный конфликт

Разногласия достигнут

Тех пределов, от которых

Человечьи чувства гибнут

И обид холодный ворох

Все предлоги, все акценты,

Словно мебель переставит.

Мы начнём считать проценты

И исчезнем – нас не станет.

Привиденья невесомы,

Только это же мы сами

Бессловесные фантомы

С оловянными глазами.
 

19.Сердца горячие

Накатила тоска отчаянно.

Но мужик я сердитый, сдержанный.

Кто судьбою неогорчаемый?

Кто не битый и не отверженный?

К сожаленью минуты горькие

Не впервой из души выуживать.

Да, такие, как я, – мы стойкие.

Расплетая событий кружево,

Ощущаем себя скитальцами.

В гости к Вечности все ходячие.

Ждет она….

И сердца горячие

Ледяными хватает пальцами.
............................................

 

21. Споткнуться

В темноте, натыкаясь на стул,

Шибанешься башкой о диван –

Слышишь гул….

Не поймёшь ни черта.

То ли где-то в Земле глубоко

Резонирует мне пустота,

То ли эхо космических бурь

В опрокинутом глохнет горшке.

То ли просто невнятная дурь

В башке….
 

22.Не испугать

Дверь отвори. А за порогом тени.

Захлопни! Закричи! Шагни назад!

Но заповеди этих привидений –

Не приходить, когда ты им не рад.

Визит окончен. Неуместность страха

Как извиненье возвращает речь,

Ведь души близких восстают из праха

Не испугать, а лишь предостеречь.
 

23. Помешательство

Но удивителен не бред,

А настроение побредить.

Как будто в жизни больше нет

Возможностей хотя б замедлить

Иными способами бег

Чередованья ситуаций,

Как будто длиться будет век

Осмысленность интерпретаций

Того, во что ты вовлечён,

Помимо воли, серый ослик.

Вези ещё, тащи ещё.

душа горит …. Об этом после.

Но удивителен не бред,

Когда снаружи всё в порядке,

А невменяемости свет –

Навек утерянной тетрадки.
 

24. Совы

Для тебя не нашлось слова

На страницах моих текстов?

Мы с тобою, как днём совы.

Мы не знаем, куда деться.

Солнце слепит глаза-фары.

Но нельзя пребывать в страхе.

Мы, как все, создаем пары.

Мы уродцы, но божьи птахи.

Днем враждебны слова, предметы.

Пусть ослепший, но наготове –

Я спасу! Я кричу: где ты?

Мы с тобою одной крови!

Отбивайся! Ты ж не боялась!

Смерть – формальность и неизбежность.

Я лелею в душе ярость.

Я лелею в душе нежность.
............................................

 

29. Поток

Касание бархатной кожи.

Дыхание в шею, в плечо.

Мы ждали до страха, до дрожи

Когда нас поток увлечёт.

Гремели, ворочаясь, камни,

Сносила преграды вода.

Мы ждали…. Губами… руками…

Друг друга. Когда же, когда…?

И взгляды плели ожиданье,

Готовые встретить поток.

Но ангелы тайных свиданий

Уже подводили итог.
 

30. Многоточие

На стыке дня и ночи,

На стыке сна и слов.

Ложится между строчек

Прощальная любовь.

Года, как наважденье.

И всё равно, какой

Посланник провиденья

Порхает над рукой.

И всё равно, что шепчет

У краешка стола.

Мне снова выпал нечет –

Не ты меня ждала.

На стыке дня и ночи

Остались столько лет.

Сплошное многоточье,

Пока развязки нет.
 

31. Опыт равнодушия

Когда от неудачи в жизни личной

Появится уныние в глазах,

Поймёшь, что надо выглядеть приличней.

Отвлечься. Всё спустить на тормозах.

Всё зачеркнуть. Понять житейских истин

Окопно-убедительный уклад.

Понять, что первым вымирает мистик,

Что мир суров. Никто не виноват.

Отринуть панацейное спиртное.

Заняться спортом. Посетить балет.

…Любовь – она немножечко иное,

Чем представлялось в восемнадцать лет,

Когда уже тоска и истеричность

Являлись в гости, грустно пояснив,

Что это чувство подавляет личность,

И что минорным должен быть мотив

Прекрасного творенья Мендельсона –

Привязанность становится тюрьмой,

А покер безнадёжно подтасован,

И проиграет, видимо, любой.

Воспринимая жизнь набором функций,

Пытаясь не растратить реноме

Начнёшь копить цитаты, как Конфуций.

Итожить дни. Готовиться к Зиме.

Но цепь прощаний – это тоже сложность.

Ещё жива душа в любом из нас,

Цепляясь за малейшую возможность.

Влюбиться снова. Хоть в последний раз.
 
© Юрий Васильев (Николай Бодров) 2003-2007.
© 45-я параллель, 2008.