Юлия Добринская

Юлия Добринская

Четвёртое измерение № 6 (498) от 21 февраля 2020 г.

Подборка: Ржавый песок

* * *

 

Бросив его, беззащитного, в поле скорбей,

Боже, на что ты рассчитывал? Лучше убей.

Богу убийства заказаны – (ишь, милосерд),

И умерщвляет не сразу он – мучайся, смерд!

Господи, где же обещанный, праведный суд?

Мир твой – руины и трещины, нас не спасут.

Господи, видишь, как крошится, гаснет душа?

Мы остаёмся хорошими – ты б не мешал.

 

* * *

 

Ты меня пожалеешь,

Как ты это умеешь,

И в обиду не дашь никому.

 

Я заплачу, заплачу,

Помолюсь наудачу,

Поскулю в неразумную тьму.

 

И ограблен до нитки,

От небесной калитки

Ты на всхлип обернёшься во мрак –

 

Что ты плачешь, смешная,

Всех богов заклиная?

Нам и эта разлука – пустяк.

 

* * *

 

Дождик, слава богу, падает на крышу,

Падает на крышу, моет старый двор

Я тебя увижу, я тебя услышу,

Помнишь эту радость – тихий разговор?

 

Дождик то утихнет, то запляшет громче,

Дождик на пороге, дождик за углом.

Мы с тобою вместе, нам с тобою очень,

Ничего плохого мы не впустим в дом.

 

Все смывает дождик, все грехи и плачи,

Все ночные стоны, весь бессонный страх.

Я с тобой – в тревоге, в боли, в неудаче,

И мои ладони у тебя в руках.

 

* * *

 

Как легчайшее прикосновение –

безоглядное благословение

И лучистая, чистая мягкость твоя

заливает края

 

Где, во мраке какого ущелья

Добываешь по крохам веселье

Чтобы так расцвело и на сердце легло

Безмятежное это тепло

 

В том кромешном, слепом, первозданном аду,

Где последнее черти крадут,

Он тихонько смеётся – и как угадать,

Чем он платит за ту благодать.

 

* * *

 

Даже сорок лет спустя

Я девчонка и дитя

Для тебя.

 

«Радость жизни, я в долгу,

Обижаться не могу» –

Говоришь. –

 

«Что бы дальше ни стряслось,

Я-то вижу вас насквозь,

Не грусти.

 

В глубине любой души

Все вы – те же малыши.

…И не плачь».

 

* * *

 

Когда сознание угасает,

Тень в полумраке пройдёт, босая,

Задвижка скрипнет – и сквознячок

Коснётся пальцев, лизнёт висок.

 

Свежо и влажно. Сирень. Молчанье.

И всё случайно и беспечально.

В обнимку спавшие облачка,

Вздохнув, расходятся на века.

 

И не светлеет, и не светает,

А просто тьма потихоньку тает,

Сползает плед её – и в тиши

Уже ни тени – и ни души.

 

* * *

 

Где скиталась твоя душа

В царстве ночи и камыша

В царстве боли и миража

У последнего рубежа

 

Где блуждала душа твоя

Эхом полнятся те края

Тьмою полнятся те сады

Да уходят во тьму следы

 

Что для праведника цена?

Это нам без тебя хана.

Эхом, павшим тебе на грудь:

«Пожалей нас ещё чуть-чуть».

 

* * *

 

Раннее утро. Горстью воды ветер играет.

Ах, моё счастье, что нам сады жаркого рая.

Ржавый песок, тень, муравей, дым, отголоски

Темных веков, тайных кровей, – дали неброски.

 

Вот и оплачь – капли в горсти – смерть с непривычки.

Ну а живёшь – надо расти, вот твои спички.

Ты закури, серный дымок вьётся, болезный.

Всё это рай, смысл да итог жизни над бездной.

 

Ржавый песок, слякоть и дым – день безупречен.

Ветер дыханием полон твоим, высвечен, вечен.

Плачу, скажи, и не стыжусь, – сосны да гравий, –

Ты не грусти, что ухожу, – всё я исправил.