Яна-Мария Курмангалина

Яна-Мария Курмангалина

ένας 
(теодоро) 
  
алоха оэ поёт он немного сипло 
да леску на спиннинг наматывает зевая 
и ветром носима песня его живая 
о дальних гавайях 
под утренним солнцем кипра 
  
алоха оэ рыбацкая ли отрада 
смотреть как вскипает пена у стен 
     скалистых 
и видеть как вдоль побережья бредут 
     туристы 
а в море сверкает 
жирной спиной дорада 
  
алоха оэ поёт он и слышит чутко 
как ветер доносит голос другой эпохи 
алоха оэ он вторит ему алоха 
и громко смеётся 
как самой удачной шутке 
  

     δυο 
  
у маман купальник в горошек чёрный, 
крем от солнца плавится на носу. 
ваня! ваня бегает, увлечённый, 
он девчонку дёргает за косу. 
  
у девчонки розовая панама, 
и косица тоненькая блестит. 
дебра! дебра тоже не слышит маму, 
дебра жаждет мальчику отомстить. 
  
на ветру с парео кивает фикус, 
зеленея листьями, как напасть. 
муж с женой сидят, обсуждая киккос, 
с чем едят, и как бы туда попасть. 
  
янек! янек выбрал себе заботу – 
отерев испарину у виска, 
не спеша, как местные киприоты, 
бастион выстраивать из песка, 
  
приносить, как ветер стихает, терпок, 
искры моря в детском своём ведре, 
и смотреть, как с пляжа идёт эвтерпа, 
и зовёт кого-то: андре! андре! 
  
тρία 
  
на закате море отходит к небу 
добавляя зелени в горизонт 
мы идём по берегу глядя немо 
в истонченный солнцем сухой озон 
по колючим кочкам сбегают тени 
первых птиц под вечер слетевших вниз 
и волна под лапы морских растений 
подбираясь вновь не жалеет брызг 
утопая в сумерках лёгких синих 
с зеленцой последнею над волной 
мама море круглое – скажет сын мне – 
словно мяч игрушечный надувной 
у него внутри беспокойно кружат 
золотые рыбки – вперёд и вспять 
помолчав отвечу – идём на ужин 
побыстрее надо не опоздать 
вдоль камней стоящих вокруг как нэцкэ 
вслед смотрящих пристально и темно 
он идёт мечтая о чём-то детском 
я иду задумавшись о земном 
  

     τέσσερα 
  
посмотришь вниз такая пустота 
посмотришь вверх – не менее сурова 
вот берега растаяла черта 
нырнула и не вынырнула снова 
и стороны прикидывать на глаз 
осталось лишь по солнцу и по тучам 
когда с землёй единственная связь – 
пустая лодка с гнёздами уключин 
  
о море море вечно мы пестрим 
над бездною летящие по кромке 
где в глубине свивается гольфстрим 
в бечёвки вод в узлы её воронки 
и всё живёт и дышит и кипит 
всей сущностью неведомой природы 
и тень моя огромная как кит 
скользит по дну не вспенивая воду 
  

     πέντε 
  
ждите на месте – так говорит наргиз – 
перезвоню разведав пути попроще 
горы – залиты солнцем по самый бриз – 
вверх устремились к рощам 
  
блёклым оливковым выжившим без воды 
преодолевшим плотность земного слоя 
мы заблудились глядя как тает дым 
плавится золотое 
  
снова звонок – ну как там наргиз куда 
нам выдвигаться дальше в какую эру 
солнце в зените и ждёт нас внизу вода 
в уличных периптеро 
  
έξι 
  
сидит один у моря под зонтом 
зарыв в песок бутыль с водою пресной 
и неподвижный тёмный как фантом 
он оживает – только чтоб на местном 
  
чуть резковатым голосом прервать 
лихой заплыв какого-то страдальца 
а иногда засунув в рот два пальца 
вдруг засвистеть и снова замолчать 
  
но чаще только собственную тень 
он видит за отсутствием примера 
и отвечает эхом – калимэра 
на редкое хелло и добрый день 
  
επτά 
  
когда под вечер из тумана 
вдруг проступает чёткий вид 
под ноги сыплется лантана 
чей цвет красив и ядовит 
  
и луч последний в море сгинув 
пройдя у мыса над виском 
бока зелёных апельсинов 
отметит солнечным мазком 
  
ты вдруг увидишь ясно остро – 
волна подкатится к песку 
и в темноту потянет остров 
как в море брошенный лоскут


Популярные стихи

Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Я строил из себя...»
Александр Прокофьев
Александр Прокофьев «Я поднял дерево...»
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Спасибо за то, что ты есть...»
Семён Гудзенко
Семён Гудзенко «После войны»
Николай Некрасов
Николай Некрасов «Не тростник высок колышется...»
Михаил Яснов
Михаил Яснов «Заклинание»