Яков Полонский

Яков Полонский

1 
  
Затворены душные ставни, 
Один я лежу, без огня - 
Не жаль мне ни ясного солнца, 
Ни божьего белого дня. 
  
Мне снилось, румяное солнце 
В постели меня застает, 
Кидает лучи по окошкам 
И молодость к жизни зовет. 
  
И - странно!- во сне мне казалось, 
Что будто, пригретый лучом, 
Лениво я голову поднял 
И стал озираться кругом; 
  
И вижу - толпа за толпою 
Снует мимо окон моих. 
О глупые люди! куда вы?- 
Я думаю, глядя на них. 
  
И сам наконец я за ними 
Куда-то спешу из ворот... 
И жжет меня полдень, и пыльный 
Кругом суетится народ. 
  
И ходят послушные ноги, 
И движутся руки мои; 
Без мысли язык мой лепечет, 
И сердце болит без любви. 
  
И вот уж гляжу я на запад, 
Усталою грудью дыша... 
Когда-то закатится солнце! 
Когда-то проснется душа! 
  
Проснулся: затворены ставни, 
Один я лежу, без огня - 
Не жаль мне ни ясного солнца, 
Ни божьего белого дня!.. 
  
  2 
  
Мне снилось, легка и воздушна, 
Прошла она мимо окна; 
И слышу я голос: мой милый! 
Спеши! я сегодня одна!.. 
  
Слова эти были так нежны 
И так нетерпенья полны, 
Что сердце мое встрепенулось, 
Как птичка навстречу весны. 
  
И радостным сердца движеньем 
Себя разбудил я... увы! 
Глядела в окно мое полночь, 
И слышались крики совы. 
  
И долго лежал я-и дума 
Была, как свинец, тяжела. 
Неужели в это окошко 
Она меня громко звала? 
  
Неужели в это окошко 
Другим я когда-то смотрел? 
Был ветрен, и молод, и весел, 
И многого знать не хотел? 
  
  3 
  
Уж утро!- но, боже мой, где я? 
В своем ли я нынче уме? 
Вчера мне казалось так живо, 
Что я засыпаю в тюрьме; 
  
Что кашляет сторож за дверью 
И что за туманным стеклом 
Луна из-за черной решетки 
Сияет холодным серпом; 
  
Что мышка подкралась и скоблет 
Ночник мой, потухший в углу, 
И что все какая-то птичка 
С надворья стучит по стеклу. 
  
Уж утро!- но, боже мой, где я? 
Заснул я как будто в тюрьме, 
Проснулся как будто свободный,- 
В своем ли я нынче уме? 
  
  4 
  
  Подсолнечное царство 
  
Клонит сон - стихи, прощайте! 
Погасай, моя свеча! 
Сплю и слышу, будто где-то 
Ходит маятник, стуча... 
  
Ходит маятник, и сонный, 
Чтоб догнать его скорей, 
Как по воздуху, иду я 
Вдаль за тридевять полей... 
  
И хочу я в тридесятом 
Государстве кончить путь, 
Чтоб хоть там свободным словом 
Облегчить больную грудь. 
  
И я вижу: в тридесятом 
Государстве на часах 
Сторожа стоят в тумане 
С самострелами в руках. 
  
На мосту собака лает, 
И в испуге через сад 
Я иду под свод каких-то 
Фантастических палат. 
  
Узнаю родные стены... 
И тайком иду в покой, 
Где подсолнечного царства 
Царь лежит с своей женой. 
  
Кот мурлычет на лежанке; 
Светит лампа - царь не спит - 
И седая из подушек 
Борода его торчит. 
  
На глаза колпак напялив, 
Шевелит он бородой 
И ведет такие речи 
Обо мне с своей женой: 
  
«Сокрушил меня царевич; 
Кто мне что ни говори,- 
А любя стихи да рифмы, 
Не годится он в цари. 
  
Я лишу его наследства». 
А жена ему в ответ: 
«Будет, бедненький, по царству 
Он скитаться, как поэт». 
  
«Но,- сказал отец,- дозволим 
Мы за это, так и быть,- 
Нашей фрейлине с безумцем 
Одиночество делить: 
  
У нее в лице любовью 
Дышит каждая черта - 
У него в стихах недаром 
Все любовь да красота». 
  
«Но,- ответила царица,- 
Наша фрейлина горда 
И отвергнутого нами 
Не полюбит никогда». 
  
Ах!- кричу я им,- лишите 
Вы меня всего, всего... 
Все-то ваше царство вряд ли 
Стоит сердца моего!.. 
  
Но ужель она, чьи очи 
Светят раем,- так горда, 
Что отвергнутого вами 
Не полюбит никогда?.. 
  
  Тишь и мрак 
  
 5 
  
Я спал - и гнетущего страха 
Волненье хотел превозмочь, 
И видел я сон - будто светит 
Какая-то странная ночь. 
  
Дымясь, неподвижные звезды 
В эфире горят, как смола, 
И запахом ладана сильно 
Ночная пропитана мгла. 
  
И месяц, холодный, как будто 
Мертвец, посреди облаков 
Стоит над долиной, покрытой 
Рядами могильных холмов. 
  
Недвижно поникли деревья; 
Далеко стоит тишина: 
Природа как будто не дышит 
В объятиях мертвого сна. 
  
И весь я вниманье - и сердцем 
Далеко я в ночь уношусь, 
И жду хоть единого звука - 
И крикнуть хочу и - боюсь! 
  
И вдруг с легким треском все небо 
Подвинулось - звезды текут - 
И катится месяц, как будто 
На нем гроб тяжелый везут. 
  
И темные тучи печальным 
Над ним балдахином висят. 
И красные звезды, как свечи, 
Повитые крепом,горят. 
  
И катится месяц все дальше 
И дальше в бездонную ночь - 
И звезды за ним в бесконечность 
Уходят из глаз моих прочь... 
  
Их след, как дымок от фосфора, 
Как облачко, в черной дали 
Расплылся - и мрак непроглядный 
Одел мертвый череп земли. 
  
И стал я блуждать в этом мраке 
Один - как слепец. Не ночной - 
Могильный был мрак, и повсюду 
Была тишина и покой. 
  
Такой был покой и такая 
Была тишина, что листок 
В лесу покачнись - или капля 
Скатись - я услышать бы мог. 
  
То весь замирал я - и долго 
Стоял неподвижно - то бил 
Я в землю ногами, не видя 
Ни ног, ни земли; - то ходил, 
  
Кружась, как помешанный,- падал - 
Лежал - сам с собой говорил - 
Вставал - щупал воздух руками - 
И вдруг - чью-то руку схватил... 
  
И мигом я понял, что это 
Была не мужская рука, 
У ней были нежные пальцы, 
Она была стройно легка. 
  
И так эту руку схватил я, 
Как будто добычу поймал, 
И так я был рад, что, казалось, 
На время дышать перестал. 
  
«Ага! не один я - не все мы 
Пропали!- я думал.- Есть грудь 
Другая, которая может 
И закричать и вздохнуть». 
  
«О, кто ты?- шептал я,- хоть слово 
Скажи мне - хоть слово!- и мне 
Оно будет музыкой в этой 
Могильной, немой тишине... 
  
Откуда ты шла?- Где застигла 
Тебя эта тьма?- говори! 
Мне звуки речей твоих будут 
Сиянием новой зари». 
  
Молчанье - молчанье - ни слова, 
Ни вздоха... Одна лишь рука 
Незримая руку мне жала 
И трепетала слегка. 
  
Напрасно порывисто, жадно 
Уста я устами ловил, 
Напрасно лобзал ее в очи 
И плечи слезами кропил. 
  
Она предавала все тело 
Мучительным ласкам моим; 
А я - я шептал: «Умоляю, 
Порадуй хоть словом одним». 
  
Молчанье, молчанье - и вот уж 
Я сам перестал говорить, 
Я помню, во сне, как безумец, 
Готов был ее укусить!! 
  
Но в эту минуту, рванувшись, 
Как змей ускользнула она, 
И стало опять - мрак во мраке - 
И в тишине-тишина... 
  
С простертыми долго руками 
Ходил я, рыдая, стеня, 
Шатаясь - и тьму обнимал я, 
И тьма обнимала меня. 
  
Споткнувшись на что-то, я поднял 
Какую-то книгу - раскрыл 
Страницы - и лег с ней на землю - 
И лбом к ней припал - и застыл. 
  
Из книги, мне чудилось, буквы 
Всплывали - и ярче огня 
Сверкали и в жгучие строки 
Слагались в мозгу у меня. 
  
И страшные мысли читал я 
В невидимой книге - как вдруг 
На слове  очнулся - 
И оглянулся вокруг. 
  
О боже мой! где я!!- сквозь щели 
Затворенных ставень сквозят 
Лучи золотые, то солнца 
Глаза золотые глядят. 
  
Глядят и смеются - и сердце 
Очнулось - и, жизни привет 
Почуя, взыграло, как будто 
Впервые увидело свет... 
  
          1856-1860


Популярные стихи

Александр Твардовский
Александр Твардовский «Василий Теркин: 16. О себе»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Похоронный блюз»
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Давай помолчим»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Ровесникам»