Владимир Бенедиктов

Владимир Бенедиктов

Не широки, не глубоки 
Крыма водные потоки,  
Но зато их целый рой 
Сброшен горною стеной,  
И бегут они в долины,  
И через камни и стремнины 
Звонкой прыгают волной,  
Там виясь в живом узоре,  
Там теряясь между скал 
Или всасываясь в море 
Острее змеиных жал.  
Смотришь: вот - земля вогнулась 
В глубину глухим котлом,  
И растительность кругом 
Густо, пышно развернулась.  
Чу! Ключи, ручьи кипят, -  
И потоков быстрых змейки 
Сквозь подземные лазейки 
Пробираются, шипят;  
Под кустарников кудрями 
То скрываются в тени,  
То блестящими шнурами 
Меж зелеными коврами 
Передернуты они,  
И, открыты лишь частями,  
Шелковистый режут дол 
И жемчужными кистями 
Низвергаются в котел.  
  
И порой седых утесов 
Расплываются глаза,  
И из щелей их с откосов 
Брызжет хладная слеза;  
По уступам вперехватку,  
Впересыпку, вперекатку,  
Слезы те бегут, летят,  
И снопами водопад,  
То вприпрыжку, то вприсядку,  
Бьет с раската на раскат;  
То висит жемчужной нитью,  
  
То ударив с новой прытью,  
Вперегиб и вперелом,  
Он клубами млечной пены 
Мылит скал крутые стены,  
Скачет в воздух серебром,  
На мгновенье в безднах вязнет 
И опять летит вперед,  
Пляшет, отпрысками бьет,  
Небо радугами дразнит,  
Сам себя на части рвет.  
Вам случалось ли от жажды 
Умирать и шелест каждый 
Шопотливого листка,  
Трепетанье мотылька,  
Шум шагов своих тоскливых 
Принимать за шум в извивах 
Родника иль ручейка?  
Нет воды! Нет мер страданью;  
Смерть в глазах, а ты иди 
С пересохшею гортанью,  
С адским пламенем в груди!  
Пыльно, - душно, - зной, - усталость!  
Мать-природа! Где же жалость?  
Дай воды! Хоть каплю! - Нет!  
Словно высох целый свет.  
Нет, поверьте, нетерпеньем 
Вы не мучились таким,  
Ожидая, чтоб явленьем 
Вас утешила своим 
Ваша милая: как слабы 
Те мученья! - И когда бы 
В миг подобный вам она 
Вдруг явилась, вся полна 
Красоты и обаянья,  
Неги, страсти и желанья,  
Вся готовая любить, -  
Вмиг сей мыслью, может быть,  
Вы б исполнились единой:  
О, когда б она Ундиной 
Или нимфой водяной 
Здесь явилась предо мной!  
И ручьями б разбежалась 
Шелковистая коса,  
И на струйки бы распалась 
Влажных локонов краса,  
И струи те, пробегая 
Через свод ее чела 
Слоем водного стекла,  
И чрез очи ниспадая,  
Повлекли б и из очей 
Охлажденных слез ручей,  
И потом две водных течи 
Справа, слева и кругом 
На окатистые плечи 
Ей низверглись, - И потом 
С плеч, где скрыт огонь под снегом 
Тая с каждого плеча,  
Снег тот вдруг хрустальным бегом 
Покатился бы, журча,  
Влагой чистого ключа, -  
И, к объятиям отверсты,  
Две лилейные руки,  
Растеклись в фонтанах персты,  
И - не с жаркой глубиной,  
Но с святым бесстрастным хладом -  
Грудь рассыпалась каскадом 
И расхлынулась волной!  
Как бы я втянул отрадно 
Эти прелести в себя!  
Ангел - дева! Как бы жадно 
Вмиг я выпил всю тебя!  
Тяжести мои смущает мысли.  
Может быть, сдается мне, сейчас -  
В этот миг - сорвется этих масс 
Надо мной висящая громада 
С грохотом и скрежетаньем ада,  
И моей венчая жизни блажь,  
Здесь меня раздавит этот кряж,  
И, почет соединив с обидой,  
Надо мной он станет пирамидой,  
Сложенной из каменных пластов.  
Лишь мелькнет последние мгновенье, -  
В тот же миг свершится погребенье,  
В тот же миг и памятник готов.  
Похорон торжественных расходы:  
Памятник - громаднее, чем своды 
Всех гробниц, и залп громов, и треск,  
Певчий - ветер, а факел - солнца блеск, 
      
Слезы - дождь, все, все на счет 
     природы,  
Все от ней, и где? В каком краю? -  
За любовь к ней страстную мою! 
  
          1843