Владимир Бенедиктов

Владимир Бенедиктов

Был то век Екатерины, 
В море наши исполины 
Дали вновь урок чалме, 
Налетев на сопостата, 
Нашей матушки ребята 
Отличились при Чесме. 
  
Наш орел изринул пламя - 
И поникло турков знамя, 
Затрещала их луна, 
Флот их взорван - и во влагу 
Брошен в снедь архипелагу, 
Возмущенному до дна. 
  
Пронеслась лишь весть победы 
  
Взликовали наши деды, 
В гуд пошли колокола, 
Пушки гаркнули в столице: 
Слава матушке царице! 
Храбрым детушкам хвала! 
  
Се добыча их отваги, - 
Кораблей турецких флаги 
В крепость вносятся - ура! – 
И, усвоенные кровно, 
Посвящаются любовно 
Вечной памяти Петра. 
  
Там - Невы в широкой раме 
Есть гробница в божьем храме 
Под короной золотой. 
Над заветной той гробницей 
С римской цифрой - I (единицей) 
Русский выведен - П (покой), 
  
Там - кузнец своей державы, 
Дивный плотник русской славы, 
Что, учась весь век, учил, 
С топором, с дубинкой, с ломом, 
С молотком, с огнем и громом, 
Сном глубоким опочил. 
  
По царицыну веленью 
Те трофеи стали сенью 
Над гробницею того, 
Чья вся жизнь была работа, 
Кто отцом, творцом был флота. 
Возбудителем всего. 
  
И гробница под навесом - 
Под густым знаменным лесом - 
  
Говорила за него... 
Всюду честь воздать хотела 
Продолжительница дела 
Начинателю его. 
  
Не умрут дела благие! 
Там соборне литургия 
Совершается над ним, 
Там - сановные все лица 
И сама императрица 
С золотым двором своим. 
  
И средь общего вниманья 
Для духовного вещанья 
Вышел пастырь на амвон, - 
То был он - медоречивый 
Славный пахарь божьей нивы, 
Словосеятель - Платон, - 
  
Тот, что посох брал, и, стоя 
Перед паствой, без налоя, 
Слух и сердце увлекал, 
И при страшносудных спросах, 
Поднимая грозно посох, 
Им об землю ударял. 
  
Вот он вышел бросить слово 
При ниспосланных нам снова 
Знаках божьих благостынь 
И изрек сначала строго 
Имя троичное бога 
С утвердительным «аминь». 
  
И безмолвье воцарилось... 
Ждали все - молчанье длилось. 
Мнилось - пастырь онемел. 
Шепот в слушателях бродит: 
«Знать, он слова не находит, 
Дар глагола отлетел». 
  
Ждут... и вдруг, к турецким стягам 
Обратясь, широким шагом 
Он с амвонного ковра 
Устремился на гробницу 
И простер свою десницу 
Над останками Петра. 
  
Все невольно содрогнулись, 
И тайком переглянулись, 
И поникшие стоят... 
Сквозь разлитый в сфере храма 
Дым дрожащий фимиама. 
Стены, виделось, дрожат. 
  
И, простертою десницей 
Двигнут, вскользь над той гробницей, 
Строй знамен, как ряд теней, 
Что вокруг шатром сомкнулся, 
Зашатался, всколыхнулся 
И развеялся над ней. 
  
И над чествуемым прахом 
Ризы пасторской размахом 
Всколебалось пламя свеч; 
Сень, казалось, гробовая 
Потряслась, и громовая 
Излилась Платона речь. 
  
И прогрянул глас витии: 
«Петр! Восстань! И виждь России 
Силу, доблесть, славу, честь! 
Се трофеи новой брани! 
Морелюбец наш! Восстани 
И услышь благую весть!» 
  
И меж тем как слов гремящих 
Мощь разила предстоящих, 
Произнес из них один 
Робким шепотом, с запинкой: 
«Что он кличет? - Ведь с дубинкой 
Встанет грозный исполин!» 
  
          1856

Поэтическая викторина

Популярные стихи

Борис Пастернак
Борис Пастернак «Спекторский»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Ниоткуда, с любовью»
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Осень»
Рахман Кусимов
Рахман Кусимов «Правила связи»
Саша Чёрный
Саша Чёрный «Два желания»
Зинаида Гиппиус
Зинаида Гиппиус «Посвящение»
Осип Мандельштам
Осип Мандельштам «Калоша»