Виктор Кудрявцев

Виктор Кудрявцев

Все умерли: Татьяна и 
     Наташа... 
          Г. Шенгели 
  
Мне было 30 лет, когда впервые 
прочёл стихи курчавого поэта, 
которого, шутя, не раз дразнили 
то Пушкиным, то правнуком арапа. 
  
...Страна ещё спала в глухой берлоге –  
от Кунашира до могилы Канта –  
не слыша свиста полуночных татей, 
гордясь во сне величием былым. 
А между тем тяжёлый смутный ропот 
уж поднимался коброю с окраин, 
из капюшона холодом зловещим 
грозил Империи раздвоенный язык. 
  
...Три года бегства: всех и отовсюду, 
три года крови, лжи, надежд и боли, 
такой кромешной, что вода, замёрзнув, 
из крана харкала багровою слюной, 
пока под улюлюканье делили 
поспешно освежёванное тело, 
и клавиши распитого «Рояля» 
мозг выносили песенкой блатной. 
  
А дальше... никакого, впрочем, дальше. 
Могилами отмеченные годы 
меняли равнодушно только цифры 
календарей с грудастой Си Си Кетч, 
или Самантой Фокс, уже не помню... 
А помню душный гроб мальчишки Коли, 
откуда-то из Кушки привезённый 
(запаянный, свинцом налитый, гроб), 
и мать его с безумными глазами, 
в которых стыло небо Палестины, 
и соль Голгофы, пемзою шершавой 
мерцавшую на гипсовом лице... 
  
Несчастный мальчик! Всё твоё 
     наследство: 
земля сырая, цинковое небо, 
две ели голубые в изголовье 
(их для потехи срежут в Новый год). 
  
...Но почему же становилось меньше 
меня и ускользающего мира: 
в огромную ревущую воронку 
из ветхого мешка слепой Судьбы 
шары летели, белые панамки, 
сладкоголосый Руссос на кассетах, 
и яблони родительского сада, 
и вермут, и Саган, и брюки-клёш, 
и письма, те, что так и не отправил, 
смешные, как глаза смешной девчонки, 
сгоревшей с мужем в запертой «ГАЗели», 
набитой сумками таких же «челноков», 
и робкие рассветы, с каждым годом 
похожие всё чаще на закаты, 
и те, немногие (обиженные мною), 
кого по-настоящему любил... 
  
Все умерли: Наташа, Вера, Таня... 
Как мне теперь просить у них прощенья, 
как прошептать солёными губами, 
«что жить они мне больше не 
     дают»?.. 


Популярные стихи

Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Я спокоен, я иду своей дорогой»
Борис Рыжий
Борис Рыжий «Стихи про любовь»
Константин Бальмонт
Константин Бальмонт «В глухие дни»
Вероника Тушнова
Вероника Тушнова «Надо верными оставаться»
Ион Деген
Ион Деген «Жажда»