Василий Жуковский

Василий Жуковский

Свивайте венцы из колосьев златых; 
Цианы лазурные в них заплетайте; 
Сбирайтесь плясать на коврах луговых 
И пеньем благую Цереру встречайте. 
Церера сдружила враждебных людей; 
  Жестокие нравы смягчила; 
И в дом постоянный меж нив и полей 
  Шатер подвижной обратила. 
  
  Робок, наг и дик, скрывался 
  Троглодит в пещерах скал; 
  По полям Номад скитался 
  И поля опустошал; 
  Зверолов с копьем, стрелами, 
  Грозен, бегал по лесам... 
  Горе брошенным волнами 
  К неприютным их брегам! 
  
  С Олимпийския вершины 
  Сходит мать Церера вслед 
  Похищенной Прозерпины: 
  Дик лежит пред нею свет. 
  Ни угла, ни угощенья 
  Нет нигде богине там; 
  И нигде богопочтенья 
  Не свидетельствует храм. 
  
  Плод полей и грозды сладки 
  Не блистают на пирах; 
  Лишь дымятся тел остатки 
  На кровавых алтарях; 
  И куда печальным оком 
  Там Церера ни глядит; 
  В унижении глубоком 
  Человека всюду зрит. 
  
  «Ты ль, Зевесовой рукою 
  Сотворенный человек? 
  Для того ль тебя красою 
  Олимпийскою облек 
  Бог богов и во владенье 
  Мир земной тебе отдал, 
  Чтоб ты в нем, как в заточенье 
  Узник брошенный, страдал? 
  
  Иль ни в ком между богами 
  Сожаленья к людям нет 
  И могучими руками 
  Ни один из бездны бед 
  Их не вырвет? Знать, к блаженным 
  Скорбь земная не дошла? 
  Знать, одна я огорченным 
  Сердцем горе поняла? 
  
  Чтоб из низости душою 
  Мог подняться человек, 
  С древней матерью-землею 
  Он вступи в союз навек; 
  Чти закон времен спокойный; 
  Знай теченье лун и лет, 
  Знай, как движется под стройной 
  Их гармониею свет». 
  
  И мгновенно расступилась 
  Тьма, лежавшая на ней, 
  И небесная явилась 
  Божеством пред дикарей: 
  Кончив бой, они, как тигры, 
  Из черепьев вражьих пьют, 
  И ее на зверски игры 
  И на страшный пир зовут. 
  
  Но богиня, с содроганьем 
  Отвратясь, рекла: «Богам 
  Кровь противна; с сим даяньем 
  Вы, как звери, чужды нам; 
  Чистым чистое угодно; 
  Дар, достойнейший небес: 
  Нивы колос первородной, 
  Сок оливы, плод древес». 
  
  Тут богиня исторгает 
  Тяжкий дротик у стрелка; 
  Острием его пронзает 
  Грудь земли ее рука; 
  И берет она живое 
  Из венца главы зерно, 
  И в пронзенное земное 
  Лоно брошено оно. 
  
  И выводит молодые 
  Класы тучная земля; 
  И повсюду, как златые 
  Волны, зыблются поля. 
  Их она благословляет, 
  И, колосья в сноп сложив, 
  На смиренный возлагает 
  Камень жертву первых нив. 
  
  И гласит: «Прими даянье, 
  Царь Зевес, и с высоты 
  Нам подай знаменованье, 
  Что доволен жертвой ты. 
  Вечный бог, сними завесу 
  С них, не знающих тебя: 
  Да поклонятся Зевесу, 
  Сердцем правду возлюбя». 
  
  Чистой жертвы не отринул 
  На Олимпе царь Зевес; 
  Он во знамение кинул 
  Гром излучистый с небес; 
  Вмиг алтарь воспламенился; 
  К небу жертвы дым взлетел, 
  И над ней горе явился 
  Зевсов пламенный орел. 
  
И чудо проникло в сердца дикарей; 
Упали во прах перед дивной Церерой; 
Исторгнулись слезы из грубых очей, 
И сладкой сердца растворилися верой. 
Оружие кинув, теснятся толпой 
  И ей воздают поклоненье; 
И с видом смиренным, покорной душой 
  Приемлют ее поученье. 
  
  С высоты небес нисходит 
  Олимпийцев светлый сонм; 
  И Фемида их предводит, 
  И своим она жезлом 
  Ставит грани юных, жатвой 
  Озлатившихся полей 
  И скрепляет первой клятвой 
  Узы первые людей. 
  
  И приходит благ податель, 
  Друг пиров, веселый Ком; 
  Бог, ремесл изобретатель, 
  Он людей дружит с огнем; 
  Учит их владеть клещами; 
  Движет мехом, млатом бьет 
  И искусными руками 
  Первый плуг им создает. 
  
  И вослед ему Паллада 
  Копьеносная идет 
  И богов к строенью града 
  Крепкостенного зовет: 
  Чтоб приютно-безопасный 
  Кров толпам бродящим дать 
  И в один союз согласный 
  Мир рассеянный собрать. 
  
  И богиня утверждает 
  Града нового чертеж; 
  Ей покорный, означает 
  Термин камнями рубеж; 
  Цепью смерена равнина; 
  Холм глубоким рвом обвит; 
  И могучая плотина 
  Гранью бурных вод стоит. 
  
  Мчатся Нимфы, Ореады 
  (За Дианой по лесам, 
  Чрез потоки, водопады, 
  По долинам, по холмам 
  С звонким скачущие луком); 
  Блещет в их руках топор, 
  И обрушился со стуком 
  Побежденный ими бор. 
  
  И, Палладою призванный, 
  Из зеленых вод встает 
  Бог, осокою венчанный, 
  И тяжелый строит плот; 
  И, сияя, низлетают 
  Оры легкие с небес 
  И в колонну округляют 
  Суковатый ствол древес. 
  
  И во грудь горы вонзает 
  Свой трезубец Посидон; 
  Слой гранитный отторгает 
  От ребра земного он; 
  И в руке своей громаду, 
  Как песчинку, он несет; 
  И огромную ограду 
  Во мгновенье создает. 
  
  И вливает в струны пенье 
  Светлоглавый Аполлон: 
  Пробуждает вдохновенье 
  Их согласно-мерный звон; 
  И веселые Камены 
  Сладким хором с ним поют, 
  И красивых зданий стены 
  Под напев их восстают. 
  
  И творит рука Цибелы 
  Створы врат городовых: 
  Держат петли их дебелы, 
  Утвержден замок на них; 
  И чудесное творенье 
  Довершает, в честь богам, 
  Совокупное строенье 
  Всех богов, великий храм. 
  
  И Юнона, с оком ясным 
  Низлетев от высоты, 
  Сводит с юношей прекрасным 
  В храме деву красоты; 
  И Киприда обвивает 
  Их гирляндою цветов, 
  И с небес благословляет 
  Первый брак отец богов. 
  
  И с торжественной игрою 
  Сладких лир, поющих в лад, 
  Вводят боги за собою 
  Новых граждан в новый град; 
  В храме Зевсовом царица, 
  Мать Церера там стоит, 
  Жжет курения, как жрица, 
  И пришельцам говорит: 
  
  «В лесе ищет зверь свободы, 
  Правит всем свободно бог, 
  Их закон - закон природы. 
  Человек, прияв в залог 
  Зоркий ум - звено меж ними,- 
  Для гражданства сотворен: 
  Здесь лишь нравами одними 
  Может быть свободен он». 
  
Свивайте венцы из колосьев златых; 
Цианы лазурные в них заплетайте; 
Сбирайтесь плясать на коврах луговых; 
И с пеньем благую Цереру встречайте: 
Всю землю богинин приход изменил; 
  Признавши ее руководство, 
В союз человек с человеком вступил 
  И жизни постиг благородство. 
  
          1833

Популярные стихи

Константин Симонов
Константин Симонов «Красное и белое»
Валентин Гафт
Валентин Гафт «Встреча»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Похороны Бобо»
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Не исчезай»