Валерий Прокошин

Валерий Прокошин

Четвёртое измерение № 2 (98) от 11 января 2009 г.

Подборка: Три ада

Три ада

 

* * *

Встретились в мае,

переспали в июне.

В августе – свадьба.

 

* * *

 

Мы повесили

пододеяльник: ловись

маленький ветер.

 

 

* * *

 

Хочешь – спереди,

хочешь – можно и сзади.

Вот это любовь!

 

 

* * *

 

Скользят облака,

припудривая небо

над нашим домом.

 

 

* * *

 

Имя у сына

с незнакомым привкусом

восточных сказок.

 

* * *

 

Подсматриваю,

как ты красишь ресницы

вокруг пустых глаз.

 

* * *

 

Семейная жизнь

кажется одним цветом –

и днём, и ночью.

 

 

* * *

 

Просыпаюсь: ты

лежишь обнажённая.

Хочется курить.

 

* * *

 

Стук ветки в окно:

луна двоится в твоих

кошачьих зрачках.

 

* * *

 

Смотрю на сына –

он так похож на тебя.

Боюсь ударить.

 

* * *

 

Слово «триада»

мы рвём с тобой пополам.

Плачет ребёнок.

 

* * *

 

Упало солнце

обручальным колечком

на левый берег.

 

 

* * *

 

Больше некому

хвалиться загаром с ню-

дисткого пляжа.

 

* * *

 

У соседки вдруг

стали заканчиваться

спички, мыло, соль…

 

* * *

 

Днём – одиноко,

а по ночам – холодно.

Сентябрь-холостяк.

 

* * *

 

На толстом стебле

лиловый бутон страсти

с полночной каплей.

 

* * *

 

Осенний ветер

резко толкает в спину,

как отчим – в школу.

 

* * *

 

Ночь на перроне:

мы курим с проводницей

«LD» и «Приму».

 

 

* * *

 

В окне поезда –

долька луны. Покрепче

завари мне чай.

 

* * *

 

Чужое тело

безвозвратно сгорает

в огне желаний.

 

И было лето

 

 

* * *

 

На девятый день

Бог создал кузнечика –

так, для забавы.

 

 

* * *

 

Дождь на цыпочках

перебегает наш пруд.

Лягушки ворчат.

 

 

* * *

 

Целый день ветер

намыливает бока

низким облакам.

 

* * *

 

Вечер. И солнце

надкусанным яблоком

лежит на земле.

 

* * *

 

Шоколад ночи

растекается сразу во всех

направлениях.

 

* * *

 

Сквозь решето дня

Бог просеял шелуху

перелётных птиц.

 

* * *

 

Поздняя осень:

ночь тянет одеяло

листьев на себя.

 

* * *

 

И было лето.

А потом будет Лета…

Ничто не вечно.

 

* * *

 

Снег в руках негра

еще белей и слаще,

а кофе – горше.

 

* * *

 

Серебро и смех

февраль рассыпал у ног.

Где ты, русский Басё?

 

 

Смерть по-русски

 

* * *

 

Всю ночь воет пёс.

В доме напротив умер

сосед-пьяница.

 

 

* * *

 

Коля-бобыль… Не

могу вспомнить отчество

и фамилию.

 

* * *

 

Обмыли без слёз,

переодели без слов.

Чужие люди.

 

* * *

 

Ветер растрепал

причёску покойнику

так же, как в детстве.

 

* * *

 

У церкви шофёр,

притормозив, привычно

перекрестился.

 

* * *

 

Впереди с распах-

нутыми объятьями

столпились кресты.

 

* * *

Две процессии

встретились у кладбища.

Одиночество.

 

* * *

 

«Отче Наш иже…»

вновь соскальзывает с губ

пьяной старухи.

 

* * *

 

Память. Собака.

Безвременье. Точка. Ру.

Твой новый e-mail.

 

* * *

 

Ну, как тебе там

без водки и бабьих слёз?

Заморосило.

 

 

* * *

 

Вдруг раскричались

кладбищенские птицы.

Кругом вороньё.

 

* * *

 

Молодёжь спешит

с кладбища, старики медлят.

Смерть – это магнит.

 

* * *

 

Проснуться ночью

от сладковатой боли

под левым соском.

 

* * *

 

Таблетка луны

за щекою облака

от земной тоски.

 

* * *

 

Как хочется жить…

О, как хочется –

жуть!