Валерий Брюсов

Валерий Брюсов

Я помню этот мир, утраченный мной с 
     детства, 
Как сон непонятый и прерванный, как 
     бред... 
Я берегу его - единое наследство 
Мной пережитых и забытых лет. 
  
Я помню формы, звуки, запах... О! и 
     запах! 
Амберы темные, огромные кули, 
Подвалы под полом, в грудях земли, 
Со сходами, припрятанными в трапах, 
Картинки в рамочках на выцветшей стене, 
Старинные скамьи и прочные конторки, 
Сквозь пыльное окно какой-то свет 
     незоркий, 
Лежащий без теней в ленивой тишине, 
И запах надо всем, нежалящие когти 
Вонзающий в мечты, в желанья, в речь, 
     во все! 
  
Быть может, выросший в веревках или 
     дегте, 
Иль вползший, как змея, в безлюдное 
     жилье, 
Но царствующий здесь над всем житейским 
     складом, 
Проникший все насквозь, держащий все в 
     себе! 
О, позабытый мир! и я дышал тем ядом, 
И я причастен был твоей судьбе! 
  
Я помню: за окном, за дверью с хриплым 
     блоком 
Был плоский и глухой, всегда нечистый 
     двор. 
Стеной и вывеской кончался кругозор 
(Порой закат блестел на куполе 
     далеком). 
  
И этот старый двор всегда был пуст и 
     тих, 
Как заводь сорная, вся в камышах и 
     тине... 
Мелькнет монахиня... Купец в поддевке 
     синей... 
Поспешно пробегут два юрких половых... 
  
И снова душный сон всех звуков, красок, 
     линий. 
Когда въезжал сюда телег тяжелый ряд, 
С самоуверенным и беспощадным скрипом, 
     - 
И дюжим лошадям, и безобразным кипам, 
И громким окрикам сам двор казался рад. 
  
Шумели молодцы, стуча вскрывались люки, 
Мелькали руки, пахло кумачом... 
Но проходил тот час, вновь умирали 
     звуки, 
Двор застывал во сне, привычном и 
     немом... 
А под вечер опять мелькали половые, 
Лениво унося порожние судки... 
  
Но поздно... Главы гаснут золотые. 
Углы - приют теней - темны и глубоки. 
Уже давно вся жизнь влачится 
     неисправней, 
Мигают лампы, пахнет керосин... 
  
И скоро вынесут на волю, к окнам, 
     ставни, 
И пропоет замок, и дом заснет - один. 
Я помню этот мир. И сам я в этом мире 
Когда-то был как свой, сливался с ним в 
     одно. 
  
Я мальчиком глядел в то пыльное окно, 
У сумрачных весов играл в большие гири 
И лазил по мешкам в сараях, где темно. 
  
Мечтанья детские в те дни уже светлели; 
Мне снились: рощи пальм, безвестный 
     океан, 
И тайны полюсов, и бездны подземелий, 
И дерзкие пути междупланетных стран. 
  
Но дряхлый, ветхий мир на все мои 
     химеры 
Улыбкой отвечал, как ласковый старик. 
И тихо надо мной - ребенком - ник, 
Громадный, неподвижный, серый. 
  
И что-то было в нем родным и близким 
     мне. 
Он глухо мне шептал, и понимал его я... 
И смешивалось все, как в смутном сне: 
Мечта о неземном и сладкий мир покоя... 
  
................. 
  
Недавно я прошел знакомым переулком 
И не узнал заветных мест совсем. 
Тот, мне знакомый, мир был тускл и нем 
     - 
Теперь сверкало все, гремело в гуле 
     гулком! 
  
Воздвиглись здания из стали и стекла, 
Дворцы огромные, где вольно бродят 
     взоры... 
Разрыты навсегда таинственные норы, 
Бесстрастный свет вошел туда, где 
     жалась мгла. 
  
И лица новые, и говор чужд... Все ново! 
Как сказка смелая - воспоминанья лет! 
Нет даже и во мне тогдашнего былого, 
Напрасно я ищу в душе желанный след... 
  
В душе все новое, как в городе 
     торговли, 
И мысли, и мечты, и чаянья, и страх. 
Я мальчиком мечтал о будущих годах: 
И вот они пришли... Ну что же? Я таков 
     ли, 
Каким желал я быть? Добыл ли я венец? 
  
Иль эти здания, все из стекла и стали, 
Восставшие в душе как призрачный 
     дворец, 
Все утоленные восторги и печали, 
Все это новое - напрасно взяло верх 
Над миром тем, что мне - столетья 
     завещали, 
Который был моим, который я отверг! 
  
          1903

Поэтическая викторина

Популярные стихи

Вероника Тушнова
Вероника Тушнова «А я с годами думаю все чаще»
Вероника Тушнова
Вероника Тушнова «Раскаяние»
Вадим Шефнер
Вадим Шефнер «Фантастика»
Даниил Хармс
Даниил Хармс «Кораблик»