Валерий Брюсов

Валерий Брюсов

К встающим башням Карфагена 
Нептуна гневом приведен, 
Я в узах сладостного плена 
Дни проводил как дивный сон. 
  
Ах, если боги дали счастье 
Земным созданиям в удел, 
В те дни любви и сладострастья 
Я этой тайной овладел! 
  
И быть всю жизнь в такой неволе, – 
Царицы радостным рабом, – 
Душе казалось лучшей долей 
И всех былых трудов венцом! 
  
И ночь была над сонным градом... 
Был выпит пламенный фиал... 
В тиши дворца, с царицей рядом, 
На ложе царском я дремал. 
  
Еще я помнил вздохи, стоны, 
Весь наш порыв – в неясном сне, – 
И грудь горячая Дидоны 
Всё льнула трепетно ко мне... 
  
И вот – внезапный свет сквозь тени, 
И шелест окрыленных ног. 
Над ложем сумрачным – Циллений 
Склоняет посох, вестник–бог. 
  
«Внемли, – вещает, – сын богини! 
Ты медлишь, но не медлит Рок! 
Ты избран был хранить святыни, 
И подвиг твой в веках высок. 
  
Земная страсть да спит в герое! 
Тебе ль искать ливийских нег, 
Когда ты призван – Новой Трои 
Взрастить торжественный побег? 
  
Узнай глаголы Громовержца: 
Величью покорясь, плыви 
К пределам Итала, – из сердца 
Исторгнув помыслы любви!» 
  
Виденье скрылось, как зарница, 
И голос замер, как мечта. 
Сквозь сон, открыв глаза, царица 
Ко мне приподняла уста... 
  
Но я, безумный, с ложа прянул, 
Я отвратил во тьму глаза. 
И утром трубный голос грянул, 
И флот наш поднял паруса. 
  
          Сентябрь 1908