Татьяна Товаровская (Штейнберг)

Татьяна Товаровская (Штейнберг)

Четвёртое измерение № 27 (483) от 21 сентября 2019 г.

Подборка: Старое фото

* * *

               

Как всех разметало, а мы засиделись в гостях...

О. Ч., кассета в машине

 

Лиса на дороге узнает меня по лицу.

Я скинула скорость, конечно – уж больно красиво!

Как сполох огня – он мелькает подобно гонцу

Какой-то судьбы, что покуда проносится мимо.

 

И как не склоняйся, мол, наши расчёты просты,

На улице дождик, а дома нахальные дети –

Но есть ещё нечто, что выскочит из темноты.

И всё нелинейно, и всё нелинейно на свете.

 

Пусть нету награды за эту любовь к пустякам,

Успею ещё произнесть покаянные речи,

А время уходит, а деньги не липнут к рукам –

У нас ещё будут лихие и странные встречи.

 

Ещё предстоит с драгоценной строкой на весу

Опять содрогнуться от новой догадки мгновенной.

И гнать тарантайку в туманном и мокром лесу,

В безумной надежде постигнуть устройство Вселенной.

 

8.01.2006

 

Дама сдавала в багаж

 

Так расслабим шнурок

На корсаже классической схемы

Чтоб гулял ветерок

Вариаций на вечные темы

Ю.М.

 

И куда понесло?

Не боится тревог и разбоя.

И своё барахло

Непременно потащит с собою.

Почему до сих пор –

И вовеки, и присно, и ныне –

Весь нелепый набор

От дивана до моськи в корзине,

И набитых узлов,

И картонки, немыслимо важной,

Пара бодрых урлов,

Матерясь, погружает в багажный?

Лязгнет дверь – на печать!

Пар и свист над её головою.

Это только начать –

А потом бы добраться живою.

Сгрузят где-то вдали,

Всё ещё почитая богатой.

Чемоданы в пыли,

Вместо пуделя – кобель лохматый.

Будут новые дни,

Маета у казённой кровати.

На картину взгляни –

Что на ней нарисовано, кстати?

Что ж, судьба повлечёт –

Как экзамен, до нового вздоха.

Всё равно «незачёт» –

Это хуже, чем «кол» или «плохо».

От её-то щедрот

Мы пускаемся в дальние рейсы.

Победитель не тот,

Кто с досады ложится на рельсы.

Так отложим перо.

Судный зал покидает истица.

Собирай же добро.

Выше голову! Всё состоится.

 

* * *

 

Мгновенной сумрачной отрадой,

Лет сорок проплутавшей в нервах, –

Московский дворик за оградой,

Воспоминание из первых.

Попав туда, как шарик в лузу,

Найду поляну с чахлой травкой,

Окурки, семечную лузгу

И пыль белёсую под лавкой. 

 

Споткнусь об стоптанные тапки,

Запнусь об ситцевые розы.

И будут въедливые бабки

Произносить свои прогнозы,

Имеющие место, коли

Мы всё же их не забываем –

Как металлические колья,

Вьюнок и улицу с трамваем. 

 

Я перезвон его услышу –

Приветственный, без всякой фальши.

А можно влезть ещё повыше

И руки вытянуть подальше,

Увидеть солнечные пятна,

Асфальта трещины и поры,

И удивляться, как приятно

Висеть, не чувствуя опоры. 

 

Где память спит – в душе ли, в теле?

Когда бы разобраться с нею.

Понять, что было в самом деле,

А что придумалось позднее.

Что есть сезоны наважденья,

Своя таинственная квота.

И что поэзия паденья

Сродни поэзии полёта.

 

31.05.2006

 

* * *

 

То, как образ строится повтором,

Служит утешением едва ли.

 

Опустело зеркало, в котором

Мы с тобой сегодня побывали.

Дверь машины, пропуская ветер,

Щёлкнет, словно раковины створка.

С вишни, что набухла от соцветий, –

Несъедобных ягод полведёрка.

 

Но, выходит, всякая попытка

Плодотворна. Ты себя не мучай.

Бесполезность – это от избытка.

Значит, всё равно найдётся случай

Одолеть любые расстоянья,

Обернуться парою крылатой

И устроить центр мирозданья 

В комнате одной, отдельно взятой.

 

26.04.2006

 

* * *

 

А на шее у Марины

То ли камни, то ли бусы...

З.Я.

 

Эти маленькие кручи –

Просто улочки кривые.

Посмотри – садятся тучи

За лесами кучевыми.

Если двигаться проворней

И забраться чуть повыше,

Видно: в городе Сельборне

Сплошь соломенные крыши.

Дремлют розы и сирени,

Бродят овцы и козявки,

Плещет музыкой весенней

Из дверей гончарной лавки.

Там сидит гончар весёлый,

Своё дело зная туго.

Он сосуд большой и полый

Подымает лихо с круга.

Он поделится кусками

С вот такою добротою.

Очень хочется руками

Сделать что-нибудь простое.

Обжигать, густым узором

На бока намазать краски.

И шуршит станок с мотором,

Бормоча свои подсказки.

То ли скрипнет «осторожно»,

То ли «жмите, не жалейте».

Ведь лепить из глины сложно –

Так же, как играть на флейте.

Это всё-таки работа,

И, пожалуйста, без лести!

Надо вылепить хоть что-то,

Раз сидишь на этом месте.

Мы немножко не готовы.

Мы измажем наши лица.

Но как здорово и ново!

Так что стоит относиться

Основательно и взросло –

Коли день такой везучий.

И осваивать ремёсла –

Просто так, на всякий случай.

 

21.05.2007

 

* * *

 

...как выглядела с птичьего полёта.

И.Б.

...Например, перестать говорить о литературе.

Из себя

 

В эту весну, наблюдая сквозь голые ветки перемещенья птиц,

А также облаков и солнца, когда ему повезёт с прогнозом,

Предпочитаю недо- и несказанность. Так, перебор страниц

Часто идёт не в пользу поэзиям или прозам.

А вот этот росчерк на фоне неба, узнаваемый силуэт

Куда прекраснее той – в перспективе – цветущей зелёной массы,

В которую уже не вглядеться, поскольку и света нет.

Разве только по бедности, если требуются запасы. 

 

Так что пусть много листьев, но дерево – на фоне холмов,

Или даже лес – но кромкой за шоссе и полем, дабы

Было видно ещё реку и церковь, и россыпь – вдали – домов,

А над ними – след самолёта. Такие у меня масштабы.

Что же до подробностей – так я додумаю их сама,

Покуда герой проследует по ландшафту от точки к точке.

Влагать же во всё персты, словно тот зануда Фома,

Совершенно не требуется. Как и настаивать на отсрочке

Если не логического завершения самого пути,

То – наблюдения оного. Всегда имеется кто-то,

Кому ещё надо двигаться. И можно перенести

Сеанс на другое время, в другую жизнь, если есть охота. 

 

При слишком большом разрешении, когда видно всё подряд:

Пестики, тычинки, шерстинки, частицы влаги и пыли,

Это лишь утомительно. Так дети иногда говорят

И не могут остановиться, если их о чём-то спросили.

Я вообще близорука. На дороги могу свернуть не те.

Ну и что? Осмотрюсь, прогуляюсь, а потом попробую снова.

Самая интересная история написана на могильной плите:

Два набора цифр, черта – простор и свобода слова.

 

26.02.2008

 

* * *

 

Зимний ветер поёт под рамой,

Одинокий во тьме утра.

Забавляет далёкой драмой,

О которой забыть пора.

Не укрыться. Тот мир покинув,

Всё равно я в себе несу

Запах снега и мандаринов,

Ёлку, театр, лыжи в лесу.

 

Этот голос, что громче грома

И сильнее семейных пут,

Норовит увести из дома –

Будто там меня больше ждут.

Он морочит, пробрав до дрожи,

Словно Гаммельнский Крысолов.

Это детство мне корчит рожи,

Ухмыляясь из всех углов.

 

Будь готов! Например, к измене.

Или глупости – даже там!

Дай мне время, недоуменье,

Не ходи за мной по пятам.

Лунный след лежит на сугробе.

У каникул не вышел срок.

Я пальто отдам в гардеробе,

В кулаке зажав номерок.

 

Мёд с лимоном лечат простуду.

За стеной бокалы звенят.

Лицедейство – оно повсюду,

Как условность координат.

Отдохни! Разберёшься вскоре.

Полно! Это ли тяжело?

Пониманье – отнюдь не горе,

А введение в ремесло.

 

Это детство, играя в прятки,

Держит путь через тьму и свет.

Оглянись назад! Всё в порядке.

Ничего там такого нет.

Ни обиды, ни зла, ни гнева,

Никого ни в чём не виню.

 

Я в лесу поверну налево

И сама проложу лыжню.

 

12.12.2014

 

* * *

 

Вот старое фото. Внезапно посветит

Из толщи альбома, ударив под дых,

Весёлая группа детей (ещё дети!)

И взрослых, как скажем теперь, молодых.

У моря, в лесу ли, в гостиной нарядной,

На свадьбе, в саду, в натюрморте стола

Оно иллюстрацией будет наглядной

Того, как прекрасны бывают дела.

Итог трудолюбия, милость ли щучья –

Мы видим (подробности кто ж разберёт?)

Картину успеха и благополучья.

Надолго ль? Ах, если бы знать наперёд!

Достигнутым отгородясь, как стеною,

Раздарим улыбки и праздничный смех,

Пока за углом притаилось Иное

И тихо хихикает, глядя на всех.

И где уж нам ведать в той радостной дури,

Что строит свой план на расчёте пустом,

Откуда кармический ветер подует

И всё разметёт – не догонишь потом.

Помедли, мгновенье! Оставим, затащим

Сквозь время и через реальности край.

И точку поставим не здесь, в настоящем,

А там – что нам стоит! Так лучше. Пускай.

 

* * *

 

Он мне спел про Авиньонский мост. Плюс по-русски – в вольном переводе. Ничего особенного, вроде, в тексте. И мотивчик тоже прост.

Так кривлялся мило: «Я балбес». Это он дразнил на самом деле. Для меня французский – тёмный лес. Я и по-английски еле-еле. И по жизни – сущее дитя. Нет, не амазонка, не актриса... Это я теперь, сто лет спустя, знаю про перверзного нарцисса...

Почему внутри клубится мрак? Ноги без опоры, ум в тумане. Что-то тут пошло совсем не так, да притом, не в песенке – в романе.

 

Пробежим по мосту

Мы на сторону на ту.

За пролётом пролёт,

Через пляшущий народ.

 

Притащилась попусту в жару: злая связь, суровая верёвка...

Девочки, собравшись ввечеру, смотрят сквозь меня, танцуя ловко. Праздничная, лёгкая пора! Маменька пустила до утра. Грянет на заре французский кочет. А пока танцуют, кто как хочет.

Отчего опять болит душа? Радости простые скачут мимо. Чем же я для них нехороша и какого чёрта нелюбима? Обернётся горечью добро за наивный дар в угоду чуду. Морок, морок! Тусклое метро...

Да уж, не забыла! Не забуду.

 

Оглянусь на бегу –

Я так больше не могу!

Мне весёлый хоровод

Всех милей глубоких вод.

 

Кликни ж, наконец, слова прочти. Их, ей-богу, знают все на свете!

Сорок лет прошло уже почти. На ступеньках – выросшие дети. Младшей двадцать, как и мне тогда. Самый возраст для лихой кадрили.

Провансальским солнцем, господа, вы меня едва не уморили!

Замок, стены, выжженная даль, гладь реки, платаны, светлый камень. Летний Авиньонский фестиваль машет разноцветными флажками.

 

Давний бред, старый сон...

Здравствуй, славный Авиньон!

Каждый сам строит мост,

Чтоб потом достать до звёзд.

 

26.07.2017

 

* * *

 

Я возьму тебя с собой в небеса

До небес лететь всего полчаса...

А.М.

 

Говорил, ему осталось чуть-чуть:

Сердце. Лучше уж тебе при своём.

Намечтала, что однажды взлечу – 

Пусть хоть так, но там мы будем вдвоём.

В наших встречах то убогость, то грусть –

Слишком много нас разводит. И вот –

Здесь, конечно, ни за что не берусь,

Но туда лишь только мне будет вход.

 

Я сто лет, как без тебя. Ты дурак.

Ты мне клином не свернёшь белый свет.

Эта песня – словно оклик: ты как?

Я – отлично! Неужели же нет?

Нынче службу не особо несу

Здесь, на даче. И кругом красота!

Мы с отцом в сквозном осеннем лесу

Собираем черноплодку с куста.

В окружении природных даров,

Вместе с музыкой и крепким чайком...

 

Очень жаль, что ты опять нездоров.

Поправляйся, не грусти ни о ком.

Ты вполне ещё крутой господин.

У тебя всегда на месте жена.

Ну, прощай! Ступай уж в старость один.

Я для этого тебе не нужна.

 

24.09.2017

 

Невидимый

 

К*

 

Ясным утром, в полдень, короткими днём,

И в семейный праздник, и в хмурый час

Крепко помнить следует нам о нём,

Потому что он не оставит нас.

Он, быть может, скроется, подождёт

Год, десяток – даст передых. Но бди:

Он пройдёт сквозь дом, как пройдёт сквозь род.

И клубится странное впереди.

 

Что такое? Гены, отбора нож?

Карма, сглаз, природы слепая месть?

То, чему названия не найдёшь –

Даже если в карте диагноз есть.

Открывай ворота: пришло Оно!

Затыкай воронку потоком слов,

Отбивай, монеты кидай на дно –

Бесполезно. Это его улов.

 

Что поделать, если уже он тут?

Он чудной, нелепый – морок, фигня!

Я рукой махну: у других живут...

Усмехаясь, смотрит он на меня.

Вроде, квота выплачена сполна –

Так скажу и своим подавлюсь смешком.

Только снова передо мной стена,

Да невнятный шорох за косяком.

 

22.11.2017

 

Вдогонку

 

Толстая Сэра и тощая Бетти,

Думаю, вас уже нету на свете.

Там, далеко, на воздушном причале,

Вы позабыли земные печали.

Влажную яму холодной кровати,

Драные петли на старом халате,

Все в чешуе под ногтями наросты,

С липким мармайтом скрипучие тосты,

Медленный, неумолимый, природный

Круг, что венчает припляс ежегодный –

Гимн Рождеству с распаковкой подарка...

 

Там, где раскинулась звёздная арка,

Ждёт у калитки вас строгая Дотти,

Связку собачек держа на отлёте,

Чтобы самой провести за ограду –

Первой прогулкой по райскому саду.

 

07.07.2018

 

* * *

 

... Несъедобных ягод полведёрка...

 Из старого

 

Мы с весной на короткой ноге –

Щёлк-пощёлк за неделей неделя.

И плывёт по высокой дуге

Бледным пламенем солнце апреля.

 

Весь порядок уже соблюдён

С пересчётом побегов заветных,

Выползаньем улитки на склон,

Распусканием розовоцветных.

 

Не наскучит сия красота,

Как сезонная тяга к обновам.

А моя-то – другим не чета –

Снова радует цветом вишнёвым.

 

К ним мы сердцем рвануться должны –

Так, как рыбы кидаются к блёснам –

Столь прекрасным под солнцем весны,

Столь обильным и неплодоносным.

 

12.04.2017

 

* * *

 

Наконец был продан дом,

Что скрипел о прежнем блеске.

Если ехать мимо, в нём 

Ни огня, ни занавески.

Только лестница видна,

Перекрученная странно.

Да сквозь два пустых окна –

Ветви старого каштана.

 

Дом как будто бы ничей:

Бледный, голый, без народа.

Вон коробка для ключей –

Впрочем, я не помню кода.

Глянь-ка – рампе свёрнут нос!

Оттащили на два шага.

Невзначай, должно быть, снёс

Торопливый работяга.

 

Будут новые жильцы –

Прежних сразу позабыли.

Соберутся молодцы,

Всё наладят в лучшем стиле,

В разноцветные штаны,

В робы грубые одеты...

Под навесом у стены –

Горкой свёртки и пакеты.

 

Принимай, металлолом,

Сэконд, мусорник и свалка,

Эту повесть о былом –

Ничего теперь не жалко!

Что нам тени дней иных?

Разве щёлкнет прямо в сердце

Призрак ходиков стенных –

Тех, с поломанною дверцей.

 

29.10.2018