Если ты поэт, если ты читатель... Помоги проекту-45! Помогу

Светлана Максимова

Светлана Максимова

Светлана МаксимоваРодилась на Украине, в Харькове.

Окончила Литературный институт имени А. М. Горького, семинар Евгения Винокурова. Несколько лет жила в Южной Америке.

Прозаик и поэт, автор пяти поэтических книг, лауреат премии имени Сергея Есенина (1996).

Основатель и руководитель музыкально-поэтической группы «Этномиф».

Поэтические сборники: «Вольному – воля» (1988), «Голубичные сны» (1996), «Тайное настоящее» (2002), «Неведомые травы», «Царица радости» (2008), а также роман в притчах «Хождение за три солнца».

Член Союза Писателей Москвы.

Живёт в Москве.

 

Блуждающая по эпохам

Светлана Максимова – очень стильный поэт. Она поселяет своих героев и героинь в других эпохах, но жизнь им придаёт настоящую, настоянную на мистических переплетениях судеб. Её герои порой живут в дохристианскую эру, в эпоху, более раскованную, в сравнении с нашей, но судьба, понимаемая как рок – остаётся непредсказуемой и драматической во все времена.

Мне кажется, что Светлана работает в жанре фэнтези, невзирая на то, что её стихия – лирическая поэзия. Это какая-то священная алхимия – то, что создаёт в своих снах-фантазиях Светлана Максимова. Колдовство…

В стихах Максимовой современности мало, и она – второстепенна. Недостаток это или достоинство? Особенность! Ведь главное в стихах – не придумано автором, а прожито! Очень много у Максимовой чувственной эротики, стилизованной, как у Пьера Луиса в «Песнях Билитис» и «Афродите», под старину – Древнюю Грецию и Египет. Кажется, Египет Максимовой даже ближе, роднее. Впрочем, и это уже было в русской поэзии – «Александрийские песни» Михаила Кузмина. И ещё вспоминается кузминский «Лесок», населённый сильванами и фавнами. Но напряжённость повествования у Светланы – своя, фирменная, «максимовская».

 

Какой была моя судьба,

До сей поры – смешной и грешной –

Поставленная «на попа»

Слепым «орлом» и зрячей «решкой».

 

Максимова – мистик. Лирика Светланы экзотична, и сама она, бродящая по городам и весям с длинной трубой австралийских аборигенов диджериду, производит впечатление карнавальное, нездешнее. «Блуждание по эпохам» придаёт стихам Светланы особый колорит. Это – цветные сны вещуньи, это магма бурлящего в подкорке блистающего мира. Писательница не просто стилизует стихи, она путешествует во времени вспять – и живёт там самой насыщенной жизнью. Вот она, например – сестра Тутанхамона, царица радости.

 

И не знаю, как же называется

это междометие времён.

Наливай же всё, что наливается,

золотой мой брат Тутанхамон!

 

Любовь в стихах Светланы Максимовой – чувственна, вечна и всегда с привкусом смерти. Но смерть героини от любви – мистическое действо, от которого любящая женщина не может уклониться. Любой исход – щемяще-радостен в сердце героини, потому что он – следствие тотального слияния с любимым человеком.

 

Как беспощадна эта красота,

Которая по-своему спасёт,

По-своему погубит и… восстав,

По-прежнему окажется чиста,

Но ты – уже не та, и он – не тот.

 

И нет возврата и дороги вспять.

И никому вовеки не понять,

Что там, на высоте таких частот,

На высоте моих предельных нот,

 

Добро и зло сливаются опять

В горячечную песенную новь.

И это есть та вечная любовь,

Что смерти не сильней и не страшней,

А лишь одно лицо имеет с ней.

 

Александр Карпенко

 

Театр поэтических мистерий

Я родилась когда-то в чудесном городе Харькове, который совсем не помню, и поэтому моё подсознание выдаёт его за нечто самое чудесное. Года в четыре отроду меня перевезли в Донбасс – город Макеевка Донецкой области, который помню очень хорошо, но у моего подсознания на этот счёт тоже своё мнение. Подробности в повести «Родо-дословная или сказание о Третьей Розе», которая была напечатала в журнале «Октябрь» № 7 за 2006 год. И вообще все подробности – в стихах, картинах, пьесах, романах и т. д.

А неподробности кратко выглядят так – в Макеевке я окончила среднюю школу, поучилась немного в Донецком университете на филфаке, потом активно занималась детским творчеством, что было и моей работой – кукольный театр, студии художественного творчества и моделирования…

В конце концов, уехала в Москву и поступила в Литературный институт имени Горького, семинар Винокурова, который окончила в 1987 году. В начале девяностых увлеклась театром, и эксперименты в этой области привели меня в мастерскую Бориса Юхананова, который, наряду с «Вишневым садом» Антона Павловича Чехова, экспериментировал тогда же с «Дон Жуаном» Мольера. Помнится, я пыталась изобразить там Дон Жуана как тайного алхимика, смешивающего женские души в ретортах для получения философского камня. Но, в основном, экспериментировала я в области драматургии.

В конце концов, все эти эксперименты привели к тому, что в 1996 году я попала в Южную Америку, в Венесуэлу. Путешествовала, а потом несколько месяцев на полуострове Парагвана записывала мемуары одной эмигрантской семьи первой волны и там же начала писать первый роман из цикла «Венесуэльские хроники, или странные сказки маленькой Венеции». Первая книга романа «Хождение за три солнца» была опубликована в журнале «Дружба народов» № 10–11 за 2003 год.

Но это ещё будет впереди, а тогда, осенью 1996 года, вернувшись из Венесуэлы, я обнаружила себя лауреатом премии имени Сергея Есенина за 1996 год, и в том же году вышел мой лауреатский поэтический сборник «Голубичные сны».

Теперь скажу пару слов об остальных поэтических книгах: первая книга вышла в 1988 году под названием «Вольному – воля», в 1994 – под рубрикой «Театр поэтических мистерий» вышла книга «Рождённые сфинксами» – стихи и графика. В 2002 – книга «Тайное настоящее», новые стихи и немного избранного.

Публикации стихов и прозы в разные годы в журналах «Октябрь», «Дружба Народов», «Грани», «Московский вестник», «Кольцо А», «Богема», «Крещатик», «Здесь и теперь» и др., включая коллективные сборники и антологии.

В общем-то всё, чем я ни занималась, воспринималось мною как всё тот же «Театр поэтических мистерий», о котором в книге «Рождённые сфинксами» было написано вот что:

«Что мы знаем о себе в этом мире и о себе вне этого мира? Сколько граней в этом кристалле и как в нём преломляется луч нашего «я»?... Но наступает момент, когда совершенно особый луч прикасается к этому бутону – и все временные и пространственные слои становятся прозрачными, действие происходит сразу в нескольких измерениях метареальности…»

А что именно происходит? – подробности там же – в стихах, пьесах, картинах, романах…

 

Какой у него нежный рот,

У того, кто играет на австралийский трубе,

Он листок агавы губами берёт,

Вырастающий из ноты «ре».

В австралийских джунглях есть такие цветы,

С завязанными глазами и раскрытым ртом.

Они в полночь с Богом говорят на ты,

Но молчат о том…

Какой у него нежный взгляд,

У того, кто играет на австралийской трубе.

Сквозь него все птицы и звери глядят.

И жемчужной каплей сверкает яд

На прокушенной детской губе.

Чтоб никто не посмел украсть поцелуй

Ни на ноте «ми», ни на ноте «ре»,

Кроме девы тайных воздушных струй,

Что живёт в австралийской трубе.

 

Светлана Максимова

Подборки стихотворений