Сергей
Зубарев

* * *

приходят серьёзные люди
снимают серьёзные шубы
садятся в серьёзные кресла
серьёзные слушают речи
и видят серьёзные сны
как входят серьёзные люди
снимают серьёзные шубы
садятся в серьёзные кресла
серьёзные слушают речи
и видят серьёзные сны

1991 г.

Шестидесятая параллель

Наш Клондайк – шестидесятая параллель.
Здесь на тыщи вёрст болота-леса в непрухе,
и полгода шугает лихих колдырей метель –
и, зеркально, вообще никто не живёт на юге.

Согласись, за лихим колдырём нужен глаз да глаз,
а не то ищи-свищи средь лесов-болот.
Но припас в подземелье гном тыщевёрстый газ,
чтоб спасти колдыря, обогреть безутешный род.

Только если буквою духа не греется человек,
по сто раз переписываются скрижали.
Кому фейк, а кому фуфейк.
Мужики, опять фуфайки подорожали!

* * *

триммер для носа
для альбиноса

счётчик для газа
для унитаза

пультик спасения
от невезения

много полезного
делают тут

только бесплатно
нам не дают

и жизни
спокойной
нам не дают

* * *

Он устроил оргию с десятью лесбиянками,
а с утра записался в правоверные террористы,
но торговал неисправными танками,
потому что всюду проник нечистый.

Любовь к ближнему мы подменим полит-
                                                       религией
с чисто выгодными танцами на гробах.
Нас из бренного тела ещё не выгнали.
Генеральный план, шайтан, судьба.

* * *

шайтан-кафтан примерил приросло
не заховался в прорубь от мороза
когда в сосульки превращались слёзы
добро ли зло ли было бы тепло

и казнокрад вины не признаёт
и пушек подадут заместо пышек
и плесневеют горы мудрых книжек

а добрый беспризорный идиот
пугает дружелюбностью детишек

Тяжёлые мысли

Снова настырно
звонит телефон.
Не ожидаю
ничего хорошего.
Снова платёжка.
А под сенью икон
лицемерят бандосы.
Дать бы по рожам им.

Снова где-то война
и неправедный суд.
Всё обрыдло,
ничего не радует.
Николай говорит,
коммунисты спасут.
А лет тридцать назад
говорил обратное.

Лёгкие мысли

* * *

прервав свою связь с пустотою планет и планид
и даже с иудой распятой земли не контача
почти ослеплённый последней надеждой в кредит
попробуй остаться свободным всевидящим мачо

когда партизан покидает последний айфон
чтоб завтра от новых айфонов трещали карманы
он айфонанистке своей посылает поклон
и вновь к партизанам приходят тусить наркоманы

когда партизаны теряя коко и шанель
за золото бьются и с кармою не расстаются
последний окурок я прячу поглубже в шинель
и жду терпеливо когда ж они крови напьются

ах боже но знал ли отец гамадрил-каннибал
что вечности можно напиться в крови человечьей
и если с утра он чего-то украл и сожрал
мы будем надеяться нас он оставит на вечер

* * *

Как кукиш, спрятанный в кармане,
когда судьба – попутчик бед,
мне депрессивно на диване
отшельник мыслился, аскет:

«Здесь убедительны лишь пушки.
Чем пахнет хвост, не чует нос.
Низвергнутый архангел Плюшкин
густым борщевиком пророс.

Куда ни сунься, всё токсично.
Что ни порог, везде порок.
Любые выборы двуличны,
где доминирует оброк.

И не осядет эта пена,
пока не пал девятый вал».
Кто б бочкового Диогена
нам на базаре наливал?

Птичек кормил

жизни окончив
земной институт
душка летела
на праведный суд

может быть стресс
может быть стресс

спросит там ангел
а может быть бес

что ты хорошего
сделал
дебил

птичек кормил
птичек кормил
птичек кормил

* * *

В доме, который построил Убога,
гопников много, гоблинов много.
Капиталист или социалист,
на руку важный Убога нечист.

Любит Убога кормиться от муки,
любит Убога заламывать руки.
Но ограниченный сей окоём
кроется в несовершенстве твоём.

* * *

на карнавале безумцев найди свою маску
сообразим на троих гитлер будда и я

добрый мешочник подарит нам жадную скидку
из-под полы два волшебных довесив крыла

будем скакать и пинаться скакать и бодаться
радуясь жизни копытом пернатым звеня

это не пуля летит тебе в лоб монпасьешка
маску надвинь рот пошире разинь не хворай

* * *

Мой век апгрейдит меня грубо,
хотя игра не стоит свеч.
На подзарядку в позу трупа
пора прилечь, пора прилечь.

Моя полезность под вопросом,
хотя не хочется в петлю.
Повесой был, остался с носом.
Но всё равно себя люблю.

Читая Ду Фу

ветер сырой
налетел в сентябре

пусть листья
ещё не жгут

но старую книгу
не дочитав

макулатурой
сочтут

и в морось
выйдя в лес по грибы

устанешь
в начале пути

а старую ель
свалил ураган

а новой
расти да расти

* * *

слабонервным полупсихом рассуждаю о нирване
что-то девок голоногих маловато в том числе
что-то мало графоманов что-то много клептоманов
и не въехать в город солнца на магическом осле

в храме празднуют трофеи командиры и кассиры
но опять безрезультатно я воюю сам с собой
на тропе моей расплющен малахольный голубь мира
вы хотели камасутру получайте мордобой

комариху убивая не вкушая урожая
постоянно раздражаясь матерюсь на огород
где наложнице фискала обещают караваи
но по слухам сорняками чмо лечебное растёт

* * *

вот кувырнулся я впотьмах
на ровном месте впопыхах

но даже если и светло
нам затмевает разум зло

сегодня стресс и завтра стресс
кому-то в этом интерес

вот старый чёрт и новый чёрт
вот чёрный чёрт и белый чёрт
и каждый выставил бы счёт

со счёта сбиться тоже счёт

и несуразицы парад
нам строит рай который ад

я бы в себя сбежал но там
бардак ведь тоже и бедлам