Сергей Главацкий

Сергей Главацкий

(1) 
  
Медленный зверь возвращается в ад, 
Поенный пеплом, корнями и снегом. 
Что ему нынче конвой или нега, 
Ведом ему только вектор «назад». 
  
Медленный зверь возвращается в круг, 
Сломленный сонмом чужих приключений, 
Сквозь можжевеловый саван мигрени, 
Сквозь мимикрию к ней прежних подруг. 
  
Каждый и каждая зверя – оставь. 
Сам – мимикрия огня и дыханий, 
С нимбом из чьих-то сухих подсознаний, 
Медленный зверь возвращается в явь. 
  
Мимо миров, безразличных к сынам, 
Согнанных в тучу движеньем обмана, 
Брошенный будущим и постоянным, 
Медленный зверь возвращается к нам. 
  
(2) 
  
Меченый зверь всех распятых мрачней: 
Рыжие кони и бледные кони, 
Адские твари – на каждой иконе, 
Но за спиною того, кто на ней. 
  
Средь задохнувшихся солнц-недотрог 
Меченый зверь облетает, как роза, 
И осыпается выжженной прозой, 
Будто бы сказочный единорог. 
  
Всё ему – меридиан, параллель, 
Одновременно – экватор и полюс, 
То ли над бездной ползти, то ли в поле, 
То ли октябрь встречать, то ль апрель… 
  
Меченый зверь компостирует дни, 
Но – одиноки и утлы дороги 
Их, ибо все они – единороги, 
Хоть и зовутся конями они. 
  
(3) 
  
Загнанный зверь слепотой осаждён, 
Держит в котомке – гербарий агоний, 
И – уступает безликой погоне 
Место под Вегой, всем Млечным Путём. 
  
Сонмом пустот облицован вокзал 
Судеб, куда не свернёшь – задремотье. 
Всем – и душой, и рассудком, и плотью – 
Загнанный зверь попадает впросак. 
  
Кто его знает, зачем он таков – 
То ли по-своему жизнь прожигает, 
То ли всеядные яды ласкают 
Мойр по ту сторону мёртвых веков. 
  
Хоть и не теплятся в жухлой траве 
В кладезях пепла, в нордических трюмах 
Тихие, тихие белые шумы, 
Всё ещё слышит их загнанный зверь. 
  
(4) 
  
Раненый зверь – суть – обратный отсчёт. 
Язвами взят он в кольцо и помечен. 
Он истекает туманом картечи, 
Воском и ртутью, и – кровью ещё. 
  
Пусть Млечный Путь смотрит зверю в 
     глаза! 
Веге во ртутную лужу пора лечь. 
Всё, что осталось от мира – паралич 
Огненных нот в саблезубых лесах. 
  
Раненый зверь знал свой собственный 
     срок. 
И оберег, и тотем его – нежность. 
Но среди тех, кто плетёт безутешность, 
Он ничего для тебя не сберёг. 
  
Словно обрыв, на котором не спят, 
Словно успенье, которым не дышат, 
Раненый зверь – и всё ниже, и выше. 
Он – и себя не сберёг для тебя.


Популярные стихи

Николай Рубцов
Николай Рубцов «Журавли»
Геннадий Шпаликов
Геннадий Шпаликов «Стоял себе расколотый»
Уильям Батлер Йейтс
Уильям Батлер Йейтс «Когда ты состаришься»
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Нежность»
Вероника Тушнова
Вероника Тушнова «Людские души – души разные»