Семён Эпштейн

Семён Эпштейн

Четвёртое измерение № 27 (303) от 21 сентября 2014 г.

Подборка: Чужие миражи

«Лёт лебединый»: конкурсная подборка

* * *

 

Мраморной лестницей море стремится к пляжу,

Крепостью белой застыл пароход на рейде.

Все мы когда-нибудь станем песком, пейзажем,

Но не исчезнем, рассказам живых не верьте.

 

След оставляет по кромке воды прошедший.

Радость улыбки... о чём говорить влюблённым.

Ракушки нежный рисунок – гордись, Горшечник! –

Всё это тем, кто придёт посмотреть на волны.

 

Вышли из моря и в море вернёмся снова,

Прах и вода – вот и глина для новой цели.

Только останется слово, Твоё же Слово,

То, что услышали, то, что сказать успели.

 

Пустыня. Февраль. Этюд

 

Зима в пустыне – памяти разлад –

Февраль травой и маками неистов.

И мы на них, который год подряд,

Глядим с восторгом юных колонистов.

 

Пусть нет берёз, но взгляд издалека,

Что в поисках реликвий, так реликтов,

Находит их, почти наверняка,

В ободранных, как липка, эвкалиптах.

 

Здесь в прошлое распахнуто окно,

Дождь забирает горизонт в кавычки,

Картина, что знакома так давно,

Что так близка, что так нам непривычна.

 

Питер. Октябрь. Этюд

 

Осень жалует прохожих

лоскутами пёстрой кожи –

вспоминайте о погожих

пережаренных деньках.

Из чужой земли пригожей,

что ты ищешь, что ты можешь?

«Сторож места» осторожен,

не откроет тайника.

 

Ностальгии жёлтой жало –

снова сердце поприжало?

Тут и вспомнится, пожалуй:

«От себя не убежать».

Пусть, на время, время сжалось,

не рассчитывай на жалость.

Что тебя не удержало,

то тебе не удержать.

 

Северная Двина. Осень. Этюд

 

Тоска России в этих серых днях,

Берёзах жёлтых, колее забытой,

Строениях, дождём к земле прибитых

И тучах, что извечно на сносях.

 

Недолгий свет – чужие миражи,

И снова – дым из труб хвостом обвисшим,

И небо распростёртое по крышам…

В такие дни – что умирать, что жить.

 

* * *

 

Антракт истёк, в кулисах звук трубы,

Второй звонок, уже пора, не так ли,

Тому, кто тянет ниточки судьбы

Призвать к финалу занятых в спектакле.

 

Грядёт развязка, принимай скорей

Картоны из подсобки бутафора:

Причёски пальм, серёжки фонарей

И красный глаз дракона-светофора,

 

Гортанный говор избранной страны,

Закаты цвета спелого граната,

Овец отары, словно валуны,

И валуны как белые ягнята.

 

На этой сцене выпало дожить,

А всё же лихо был сюжет закручен.

Свет угасает. Что нас ждёт, скажи,

Когда опустит занавес подручный?