Саша Чёрный

Саша Чёрный

В городской суматохе 
Встретились двое. 
Надоели обои, 
Неуклюжие споры с собою, 
И бесплодные вздохи 
О том, что случилось когда–то... 
  
В час заката, 
Весной в зеленеющем сквере, 
Как безгрешные звери, 
Забыв осторожность, тоску и потери, 
Потянулись друг к другу легко, 
                     безотчетно и 
     чисто. 
  
Не речисты 
Были их встречи и кротки. 
Целомудренно–чутко молчали, 
Не веря и веря находке, 
Смотрели друг другу в глаза, 
Друг на друга надели растоптанный 
                       старый венец 
И, не веря и веря, шептали: 
«Наконец!» 
  
Две недели тянулся роман. 
Конечно, они целовались. 
Конечно, он, как болван, 
Носил ей какие–то книги — 
Пудами. 
Конечно, прекрасные миги 
Казались годами, 
А старые скверные годы куда–то ушли. 
Потом 
Она укатила в деревню, в родительский 
     дом, 
А он в переулке своем 
На лето остался. 
  
Странички первого письма 
Прочел он тридцать раз. 
В них были целые тома 
Нестройных жарких фраз... 
Что сладость лучшего вина, 
Когда оно не здесь? 
Но он глотал, пьянел до дна 
И отдавался весь. 
Низал в письме из разных мест 
Алмазы нежных слов 
И набросал в один присест 
Четырнадцать листков. 
  
Ее второе письмо было гораздо короче. 
И были в нем повторения, стиль и вода, 
Но он читал, с трудом вспоминал ее очи, 
И, себя утешая, шептал: «Не беда, не 
     беда!» 
Послал «ответ», в котором невольно и 
     вольно 
Причесал свои настроенья и тонко 
     подвил, 
Писал два часа и вздохнул легко и 
     довольно, 
Когда он в ящик письмо опустил. 
  
На двух страничках третьего письма 
Чужая женщина описывала вяло: 
Жару, купанье, дождь, болезнь мама, 
И все это «на ты», как и сначала... 
В ее уме с досадой усомнясь, 
Но в смутной жажде их осенней встречи, 
Он отвечал ей глухо и томясь, 
Скрывая злость и истину калеча. 
Четвертое посьмо не приходило долго. 
И наконец пришло «с приветом» carte 
     postale1, 
Написанная лишь из чувства долга... 
Он не ответил. Кончено? Едва ль... 
  
Не любя, он осенью, волнуясь, 
В адресном столе томился много раз. 
Прибегал, невольно повинуясь 
Зову позабытых темно–серых глаз... 
Прибегал, чтоб снова суррогатом рая 
Напоить тупую скуку, стыд и боль, 
Горечь лета кое–как прощая 
И опять входя в былую роль. 
День, когда ему на бланке написали, 
Где она живет, был трудный, нудный день 
     — 
Чистил зубы, ногти, а в душе кричали 
Любопытство, радость и глухой подъем... 
В семь он, задыхаясь, постучался в 
     двери 
И вошел, шатаясь, не любя и злясь, 
А она стояла, прислонясь к портьере, 
И ждала не веря, и звала смеясь. 
Через пять минут безумно целовались, 
Снова засиял растоптанный венец, 
И глаза невольно закрывались, 
Прочитав в других немое: «Наконец!..» 
  
          1913


Популярные стихи

Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Артистка»
Михаил Матусовский
Михаил Матусовский «Баллада о солдате»
Николай Доризо
Николай Доризо «Прошу, как высшее из благ...»
Денис Новиков
Денис Новиков «Россия»