Рустам Карапетьян

Рустам Карапетьян

Четвёртое измерение № 6 (498) от 21 февраля 2020 г.

Подборка: Письма из Ойкумены

(из одноимённой книги)

* * *

 

Сквозь дождик сумрачный и мелкий,

Сквозь шум машин и голосов

Застывшим львом глазеть на стрелки

Незамирающих часов.

 

А время дышит словно ветер,

И проплывают сквозь него

И эти парочки и этот,

Почти не ждущий ничего.

 

Стоит и словно цепенеет,

Построчно превращаясь в лёд,

Где даже днём от Енисея

Проточным холодом несёт.

 

* * *

 

Вот жизнь-ребёнок, вот она старуха.

Из ягод бусы краше, чем из страз.

Мольба души не та же, что и духа,

Но об одном и том же каждый раз,

Когда украдкой или же танцуя,

Её несёшь к цветочному шатру.

И женщина цветёт от поцелуя

И отпускать не хочет поутру.

 

* * *

 

Время в соседней комнате

Инаковее, чем здесь.

Ты ведь в соседней комнате

Невероятно есть.

Слышу тебя, как будто

Чувствую твой испуг.

Тише, будить не буду.

Чтоб не проснуться вдруг.

 

* * *

 

Всё небо твоего тела

В дождя пелене.

Когда ты вдруг захотела

Прикоснуться ко мне,

Случился потоп, и сколько

Потом ни искала, но

Море плескалось только

Тёмное, как вино.

И полон тобой одною

Был рассвет и закат.

И плыл глубоко под водою

Мой Арарат.

 

* * *

 

Среди твоих лесов, и речек, и полей,

Среди твоей души бессовестно раздетой

Дым птичьих голосов становится светлей,

Тем самым завершив взросление рассвета,

Где влажная тропа, как пущая судьба

Трусит лохматым псом сквозь тернии и кущи.

Уткнётся невпопад в грядущую тебя,

И станет невесом весь опыт предыдущий.

 

* * *

 

Дверь отворяется, как выдох.

И, ошалев от мелочей,

Себе командуешь на выход

Без обещаний и ключей

Туда, где свет почти неведом,

Но есть пространство под рукой.

Как будто выскочил за хлебом

И позабыл – кто ты такой?

 

* * *

 

Жил, как не дома. Дома не жил с тех пор.

Знал о Содомах только со слов Гоморр.

Не оттого ли аж со времён седых

Был недоволен, хоть выноси святых.

 

Словно за кадром произносил слова,

Веря, что правда – это во рту трава.

В то, что приснится, верил, как в свыше знак.

Знал, как ужиться. Жить вот не понял как.

 

* * *

 

Каждый вечер – света конец.

Одному в темноте так тесно.

Ну, какой же я молодец,

Что наутро опять воскресну.

Словно жертвенник нам кровать,

Мрак густой на глаза наброшен.

А давай с тобой воскресать

Вместе, чтоб не бояться больше?

 

* * *

 

Пока не схлынула вода,

И на плаву наш бедный катер,

Давай сыграем в города,

Ненаходимые на карте.

 

Проложим пеший через них

Маршрут, найдя потише бухту.

На посошок вина плесни

На карту, сыгранную будто.

 

Уткнётся трап в песок сырой,

Следы накроет белой пеной.

Твой первый город, мой – второй.

И так – до края Ойкумены.

 

* * *

 

Время нарежут, как в Рождество пирог.

Скушай за папу, тяпни стакан портвейна.

Кончились карты, но, изучив Таро,

Можно добраться и до глухой деревни,

Где на скамейке мудро весь день дремать,

Где в тридцать три лишь только и входят в силу,

Где под капустой утром находит мать

То ли младенца, то ли почти мессию.

 

* * *

 

Человек очень кругл, потому что весьма квадратен.

Он всё время в пути, хоть путь его есть петля.

Тайно верует в Гугл и в силу кофейных пятен,

Чтоб хоть так подвести один знаменатель для

Разных дней, и ночей, и лиц, и вещей попроще,

Самолётов бумажных и прописных теней.

Переулка ручей впадает в большую площадь,

И неважно, нет важно, кто тебя ждёт на ней.

 

* * *

 

Уходить надо прочь налегке,

Чтобы стало светло там, где пусто.

Плыть листом по осенней реке

Вплоть до самого снежного устья.

Не спешить никуда, не грести,

Лишь смотреть, как мерцает звезда, и

Слушать то ли, как сердце хрустит,

То ли время ледком зарастает.

 

* * *

 

В журавлиных поисках корабля,

Знающего путь до твоих аркадий,

Ты постиг, что узел – уже петля.

Если сил распутать его не хватит,

То руби швартовы ко всем чертям,

Парус ставь тугой на своей скорлупке,

Правь к закату голову очертя,

Загибаясь не от огня в желудке.

И когда причал ускользнёт в туман,

И матёрый штурман отыщет пеленг,

Можешь сколько хочешь сходить с ума,

Оттого что вряд ли сойдёшь на берег.

 

* * *

 

Из мира нижнего и верхнего

Словно почуяв угощенье,

Уже спускаются по дереву

И выползают из ущелья.

 

А мы глядим на небо синее,

На землю, что теснее ночи.

И между нами непосильные

Пространство с временем бормочут.

 

Зеваки рты, глаза разинули,

Но мы застыли и ни слова,

Как будто шторки вдруг раздвинули,

А мир ещё не нарисован.

 

* * *

 

Так вдруг бывает: солоно или жалко,

Кажется – больше силы и толку нет,

Но, начиная жить по законам жанра,

Схожим, но всё ж не равным законам лет,

Выйдешь на улицу, станешь пятном цветастым,

Ветром ершистым, радостною водой.

И светофор загорится зелёно-красным,

Словно не зная, как поступить с тобой?

Звякнут осколки солнца в ближайшей луже

Напополам со стёклами декабря.

Станешь настолько вдруг бесполезно нужен,

Словно бы кто-то вновь сочинил тебя.