Ретро-45
Самый таинственный и верный иллюстратор «45-й» Татьяна Литвинова в этом году отмечает 45-летие своего творчества в городе на 45-й параллели – Ставрополе.
Таинственный, потому что до этого момента за неё говорили только её рисунки и декоративные изделия.
А ведь оказывается, она и родилась на 45-й параллели – в крымском городе Джанкой. Ставрополь настолько похож на него теплом, зеленью и степями вокруг, что тоже стал для Татьяны родным.
Однажды судьба свела её с Сергеем Сутуловым-Катериничем, живущим в соседнем дворе, и с тех пор она постоянно участвует в оформлении альманаха. Именно Татьяна Литвинова иллюстрировала первый стихотворный сборник главреда «Дождь в январе», а потом и другие его книги.
Она всегда занимаясь только тем, что ей нравится. А значит, поэтические образы в «45-ке» визуализирует исключительно от души.
Татьяна открывает глаза
В Ставрополе Татьяна Литвинова оказалась в 1980 году, после окончания Московского художественного института имени Василия Сурикова. Отсюда родом был её муж – скульптор Александр Александров. У них к тому времени уже был годовалый сын.
Ставропольское художественное училище как раз искало преподавателя живописи и рисунка, и Татьяну приняли с распростёртыми руками. Не будучи педагогом по образованию, она нащупала собственный метод работы с детьми. Оказалось, что первокурсников надо было научить видеть, а дальше они уже сами могли во всём разбираться.
«Однажды студенты после пленэра мне сказали, что у них как будто глаза открылись, а до этого они были словно слепые. В этом и заключается радость моей работы», – считает Татьяна Владимировна.
В 1990-е годы в училище царила свобода творчества и мысли. Педагог со студентами обсуждала общественно значимые темы, готовила костюмированные праздники с декорациями, ездила рисовать с натуры.
«Дети, которых я учила, иногда встречают меня, напоминают наши разговоры, о которых я уже забыла, и благодарят. Кто-то стал учителем, кто-то дизайнером, кто-то работает вовсе не по специальности, но это не важно. Художественное образование полезно всем, оно обогащает человека, учит видеть красоту», – объясняет Татьяна Литвинова.
Сейчас она преподаёт только компьютерную графику. К 69 годам, которые этой стройной тёмноглазой женщине с короткой стрижкой никогда не дашь, она отказалась от лишней учебной нагрузки.
Игрушки подружкам
В конце 80-х годов Татьяна увлеклась лепкой украшений из специального пластика. Это сейчас он в ассортименте в детских магазинах, а тогда был редкостью. Его заказывали в Риге, он приходил засохший, и его приходилось долго разминать с маслом, чтобы потом что-то слепить, обжечь и получить уникальную вещицу.
«Вы не представляете, какое это было чудо, – вспоминает художница. – Я сначала делала маленькие игрушечки и дарила подружкам. Потом мне стали их заказывать, и я начала их продавать. Делала цветы, имитации камней, ракушки, абстракции».
Маленькие шедевры не имели утилитарного символизма оберегов. Это были просто интересные образы. Иногда узнаваемые герои мифов, иногда – подражания природе. Сам поиск подходящего материала и изготовление формы для создания листика или коры дерева становились творческим процессом.
Потом художница занялась женскими украшениями – браслетами, серьгами, заколками. Затем начала валять шерсть. Первый блин вышел комом: вместо накидки на кресло получился всего лишь коврик для кошки. Выяснилось, что когда валяешь шерсть в горячей мыльной воде, она сильно садится, поэтому выкройку надо делать раза в два больше реального изделия. Эту технологию Татьяна Литвинова тоже освоила в совершенстве, получая не просто войлок, а материал с красивой расцветкой. Жилетку, созданную своими руками, она до сих пор носит – лёгкую, тёплую, изящную.
Смытые страницы жизни
Но самым большим увлечением художницы, а временами и полноценной работой, стало иллюстрирование книг. Впервые она занялась этим уже через год работы в училище, когда показалось, что в свои 23 она не может преподавать студентам, половина из которых были старше её.
Молодого педагога не хотели отпускать, но после третьего заявления уволили за прогул. Она устроилась в Ставропольское книжное издательство художественным редактором, а иногда и сама бралась иллюстрировать какие-нибудь небольшие брошюрки, например, по сельскому хозяйству, хотя ничего дополнительно за это не получала.
Через несколько лет Татьяна Литвинова вернулась в училище, но иллюстратором осталась навсегда.
Оформляла в основном детские книжки: «Золотой ключик» Алексея Толстого, повести Владислава Крапивина, «Тёплые сосульки» Виссариона Горбука, «Дорога Хамида» кавказского автора Сайдина Хатуова и многие другие. Часть иллюстраций сделала в Татарстане, куда уезжала работать на два года.
Рисовала и карандашами, и фломастерами, разбавляя их спиртом или чернилами до нужного оттенка, ведь тогда такой гаммы цветов, как сейчас, не выпускали.
В доме Татьяны хранилась целая стопка книжек с её иллюстрациями, но пять лет назад у соседей сверху прорвало трубы, и квартиру залило горячей водой. От бумажных изданий ничего не осталось. Уцелел только керченский пейзаж на стене, хотя и он покорёжился от влаги.
Хорошо, что был электронный архив, который сейчас художница может полистать и показать. Когда смотришь на эти добрые, солнечные рисунки, появляется тоска по детству, когда мир казался простым и доброжелательным.
Но у автора никакой ностальгии нет.
«Было и было. Книжка вышла, дети посмотрели. Да, я помню, как кайфовала, когда делала всё это. Но я не ностальгирую по прошлому и ни о чём не жалею. Я человек тихий и скромный. Никогда не рвалась к успеху, всю жизнь занималась тем, что мне нравится: то иллюстрации делала, то лепила, то шила», – признаётся Татьяна Литвинова.
Обрубки и остров
Среди последних работ Татьяны Литвиновой большую долю занимают компьютерные обработки фотоснимков Ставрополя. Она выделяет на них значительные для неё детали. Прорисовывает лужи, листики, фасады исторических зданий, убирая рекламу, провода и назойливые вывески. Очень часто главные герои этих зарисовок – обрубленные стволы деревьев. Кажется, автор жалеет их.
«Когда рубят деревья, у меня прям сердце кровью обливается», – подтверждает она.
На некоторых фотографиях дорисовывает кусты и деревья, на других – в сухопутном Ставрополе вдруг появляется море, а над ним зловещая хичкоковская чайка.
Пейзажи ставропольских улиц передают мрачное настроение автора после февраля 2022 года, когда родных для Татьяны людей отрезало линией огня.
Появился и ещё один цикл работ: вариации на тему ласкового моря, на берегу которого прячутся в зелени причудливые строения.
«Я назвала его «Мой остров». Когда умру, посмертие моё будет вот таким», – объясняет художница.
Если верить Михаилу Булгакову, каждый после смерти получает то, во что верит. Татьяна Литвинова сконструировала себе мир красоты, одиночества и тишины. Есть и картина с античными вратами в этот рай.
Но покой Татьяне Литвиновой пока не грозит. Она окружена студентами и внучками – дочками двух сыновей. Художница вся ещё в творческих поисках, экспериментирует не только с компьютерной обработкой снимков, но и с искусственным интеллектом. И иллюстрирует «45-ю параллель». С Сергеем Сутуловым-Катериничем Татьяна словно на одной волне: из его ассоциаций и мелодии стихов у неё сразу возникают зрительные образы.