Пётр Вяземский

Пётр Вяземский

К чему, скажите ради бога, 
Журнальный Марс восстал с одра 
И барабанная тревога 
Гусиных витязей пера? 
К чему вы тяжко развозились, 
За что так на меня озлились, 
Мои нежданные враги, 
Которых я люблю, как душу? 
К чему с плеча и от ноги 
Бы через влагу, через сушу, 
Чрез влагу пресных эпиграмм, 
Чрез сушу прозы вашей пыльной, 
Несетесь по моим пятам 
Ордой задорной и бессильной? 
Спроситесь средств своих и сил, 
Себя изведав, осмотритесь, 
Одумайтесь, прохолодитесь 
Хотя на льду своих чернил. 
В вас две причины: хлад и пламень, 
Пыл гнева и таланта лед; 
Сей в гору сгоряча несет, 
Тот сдуру тащит вниз, как камень. 
Останьтесь в равновесном сне 
И, чувствуя свою природу, 
Не обжигайтесь на огне, 
Когда вас так и тянет в воду. 
И как идти вам на меня? 
Неблагодарные! Не я ли 
Из хаоса небытия 
Вас вывел в жизнь! Вы прозябали, 
Вы были мертвы. В добрый час 
Не я ли в люди вывел вас 
Из глазуновского кладбища, 
Живых покойников жилища, 
Где вас смертельный сон настиг 
И где заглавья многих книг 
Гласят в замену эпитафий, 
Что тут наборщика рукой 
На лобном месте типографий 
Казнен иль тот, или другой. 
Скажите, скольких мимоходом 
Из вас я п_о_вил пред народом 
Под мой насмешливый свисток, 
Взлелеял вас под шапкой пестрой 
И скольких выкормил я впрок 
На копьях эпиграммы острой? 
Тогда вас только свет и знал, 
В тени таившихся малюток, 
Когда под качку резвых шуток 
Мой стих вас на смех подымал. 
Пигмея выровнил мой хлыстик, 
А там под ним, другим в пример, 
Свернувшийся в журнальный листик 
Развился мелкий эфемер; 
Задавленный под глыбой снежной 
Своих комедий ледяных, 
Иной ждал смерти неизбежной 
И костенел уж, как свой стих; 
Его отрыл я музой чуткой 
И на ноги поднять успел 
И раздражительною шуткой 
Его оттер и отогрел. 
Кто, на стихе моем повиснув, 
Вскарабкавшись, с поэмой всплыл; 
Кого, живой водою спрыснув, 
Я от угара протрезвил. 
Калек, замерзших и утопших, 
Полуживых, полуусопших, 
Слепых, хромых, без рук, без ног, 
Расслабленных и слабоумных, 
Сухоточных, опухлых, чумных, - 
Я призрел всех, я всех сберег. 
Без просьбы, без лицеприятья 
Имеет вся меньшая братья 
Заступника в лице моем: 
В моей сатире хлебосольной 
Заботой музы сердобольной 
Открыт странноприимный дом. 
Есть богадельня при больнице; 
Дверь настежь: милости прошу, 
И тотчас каждого в таблице 
С отметкой имя запишу. 
И что ж? В угаре своеволья, 
Забыв и долг, и честь, и связь, 
Против опеки сердоболья 
Больница буйно поднялась. 
  
          1830


Популярные стихи

Вероника Тушнова
Вероника Тушнова «Не отрекаются любя»
Корней Чуковский
Корней Чуковский «Дали Мурочке тетрадь»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Приходить к тебе»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Парни с поднятыми воротниками»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Будь, пожалуйста»
Владимир Корнилов
Владимир Корнилов «Пролог»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «С натуры»