Пётр Ершов

Пётр Ершов

Мой друг! Куда, в какие воды 
Тебе послать святой привет 
Любви и братства и свободы: 
Туда ль, где дышит новый свет 
С своими древними красами? 
Или туда, в разбег морей, 
Где небо сходится с волнами 
Над грудью гордых кораблей? 
Но где б ты ни был, я повсюду 
Тебя душой моей найду, 
Незримо в мысль твою войду, 
И говорить с тобою буду. 
О, ты поймешь меня, мой брат, 
Мой милый спутник до могилы! 
Пусть эти речи не блестят 
Разливом пламени и силы; 
Пускай не звучные, оне 
Не ослепят судей искусства. 
Зачем? Созревши в тишине, 
На ниве огненного чувства, 
Они чуждаются прикрас. 
Плод жаркий внутренних страданий, - 
Его ли вынесть на показ, 
Одетый в жемчуг и алмаз? 
Мой друг и спутник! Дай мне руку! 
Я припаду на грудь твою 
И всю болезнь, всю сердца муку 
Тебе я в душу перелью! 
Рожденный в недрах непогоды, 
В краю туманов и снегов, 
Питомец северной природы 
И горя тягостных оков, - 
Я был приветствован метелью, 
Я встречен дряхлою зимой, 
И над младенческой постелью 
Кружился вихорь снеговой. 
Мой первый слух был - вой бурана; 
Мой первый взор был грустный взор 
На льдистый берег океана, 
На снежный горб высоких гор. 
С приветом горестным рожденья 
Уж было в грудь заранено 
Непостижимого мученья 
Неистребимое зерно. 
Везде я видел мрак и тени 
В моих младенческих мечтах: 
Внутри - несвязной рой видений, 
Снаружи - гробы на гробах. 
Чредой стекали в вечность годы; 
Светлело что-то впереди, 
И чувство жизни и свободы 
Забилось трепетно в груди. 
Я полюбил людей как братии, 
Природу - как родную мать, 
И в жаркий круг моих объятий 
Хотел живое все созвать. 
Но люди........... 
Мне тяжек был мой первый опыт. 
Но я их ненависть забыл, 
И, заглушая сердца ропот, 
Я вновь их в брате полюбил. 
И все, что сердцу было ново, 
Что вновь являлося очам, 
Делил я с братом пополам. 
И недоверчивый, суровый, 
Он оценил меня. Со мной 
Он не скрывал своей природы, 
Горя прекрасною душой 
При звуках, славы и свободы, 
Но мне доверил тайну сил 
Души-волкана; он открыл 
Мне лучшие свои желанья, 
Свои заветные мечты, 
И цель - по терниям страданья - 
В лучах небесной красоты. 
Не зная лучшего закона, 
Как чести, славы и добра, 
Он рос при имени Петра, 
Горел на звук Наполеона. 
Как часто в пламенных мечтах 
Он улетал на берег дальный, 
Где спит воитель колоссальный 
В венцах победы и в цепях. 
О, если б видел ты мгновенье, 
Когда бесстрашных твердый строй 
Шагал с музыкой боевой! 
Он весь был жизнь! Весь вдохновенье! 
Прикован к месту, он дрожал; 
Глаза сверкали пылом боя... 
Казалось, славный дух героя 
Над ним невидимо летал! 
Но он угас во цвете силы; 
И с ним угасла жизнь моя. 
И в мраке братния могилы 
Зарыл заветное все я. 
Я охладел к святым призваньям; 
Моя измученная грудь 
Жила еще одним желаньем - 
Скорее с братом отдохнуть. 
Но дух отца напомнил слово - 
Завет последний бытия; 
Я возвратился к жизни снова... 
Но что за жизнь была моя! 
Привязан к персти силой крови, - 
Любовью матери моей, 
Я рвался в небо, в край любови, 
В обитель тихую теней. 
Но мне отказано в желаньи, 
Я должен мучиться и жить 
И дорогой ценой страданья 
Грех малодушья искупить. 
Я измирал на язвах муки 
И голос сердца заглушал. 
О, как тогда в святые звуки 
Я перелить его желал! 
Но для чего? Кому б поверил 
Святую исповедь души? 
Кто б из чужих ее измерил?.. 
Один, в полуночной тиши, 
Склонясь к холодному сголовью, 
Я, безнадежный, плакал кровью, 
И раны сердца раздирал. 
Любить кого б любовью вечной - 
Вот то, чего я так искал, 
За что бы жизнь мою я дал 
На муки жизни бесконечной. 
Любовь! Любовь! Страданья цвет! 
Венец страстей! Души светило! 
Кому б ты сердца не открыла, 
Не облекла его во свет? 
Я все бы отдал - жизнь и славу, 
Лишь бы из чаши бытия 
Вкусить блаженство и отраву 
В струях волшебного питья. 
Но годы идут без возврата, 
Напрасно сердце я зову; 
И может быть, до дней заката 
Я жизнь бесстрастно отживу. 
Один, с сердечною тоскою, 
По тернам долгого пути, 
Нигде главы не успокою 
На розах пламенной груди. 
Пойду, бесстрастный, одиноко, 
Железом душу окую 
И пламень неба я глубоко 
В пустыне сердца затаю. 
А как бы мог любить я!.. Силы 
Небес и ада и земли 
От первой искры до могилы 
Ее бы вырвать не могли! 
О, нет! И самый смерти камень 
И холод мертвенный могил 
Не угасили б жаркий пламень: 
И там бы я ее любил!.. 
Но что в мечтаньях? Эти грезы, 
Души желающей поток, 
Не осушат мне сердца слезы, - 
Я все средь мира одинок!.. 
Но прочь укор на жизнь, на веру! 
Правдив всевышнего закон! 
Я за любовь, мой друг, чрез меру 
Твоею дружбой награжден. 
Я буду жить. Две славных цели 
Священный день для нас открыл. 
Желанья снова закипели; 
Твой голос сердце пробудил. 
Я вновь на празднике природы; 
Я снова вынесу на свет 
Мои младенческие годы 
. . . . . . . . . . . . . . 
И силы юношеских лет. 
Мой друг! Мой брат! С тобой повсюду! 
На жизнь, на смерть и на судьбу! 
Я славно биться с роком буду 
И славно петь мою борьбу. 
Не утомлен, пойду я смело, 
Куда мне рок велит идти - 
На наше творческое дело, 
И горе ставшим на пути!.. 
И там, одеянный лучами, 
Венец сияющий сниму, 
И вновь с любовью и слезами 
Весь мир, как брата, обниму. 
  
          1836


Популярные стихи

Леонид Дербенёв
Леонид Дербенёв «Всё пройдёт»
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Когда взошло твоё лицо...»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Весна в лесу»
Валентин Берестов
Валентин Берестов «Читалочка»
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Давай помолчим»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Литовский дивертисмент»