Пётр Ершов

Пётр Ершов

Толпа любовь мою винит, 
И между тем она согласна, 
Что мной избранная прекрасна. 
О чем же буйная шумит? 
Ужели чувство - преступленье? 
Ужели должен я просить, 
Как подаянья, позволенья 
И ненавидеть, и любить? 
«Она твоею быть не может!» 
Я знаю сам и не хочу 
Покой души ее тревожить, 
И чувство в сердце заключу. 
Сдержу желаний пылких волю, 
Мятежный жар сомну в крови, 
Но и в забвенье не позволю 
Прорваться слову о любви. 
И не узнает, не услышит 
Она о тайне от меня - 
Что ею только сердце дышит, 
Что ею только мил свет дня. 
Но для чего же мне неволить 
Влеченье чистое мое 
И молчаливо не позволить 
Мне любоваться на нее? 
Но для чего же мне украдкой 
Волшебных взглядов не ловить, 
Не услаждаться речью сладкой, 
Дыханья уст ее не пить?.. 
О, сколько раз в толпе бесстрастной, 
Томимый жаждой красоты, 
Я. не сводил очей с прекрасной, 
Лелея светлые мечты! 
Сдержав тревожное дыханье, 
Забыв себя, забыв людей, 
Я погружался в созерцанье 
Любви возвышенной моей. 
Минуты чудные! Казалось, 
Перед возвышенной душой 
Мне небо света открывалось 
С своею вечной красотой. 
О, только лишь художник-гений, 
Ловя чудесный идеал, 
В часы божественных видений 
Подобный образ создавал! 
И помню я: как тополь стройный, 
Во цвете лет, облечена 
Красой и гордой, и спокойной, 
Стояла царственно она. 
Волнисто-чудной диадимой, 
В гирлянде жемчуга и роз, 
Вился изгиб неуловимый 
Благоухающих волос. 
Сияло мыслию высокой 
Ее лилейное чело, 
И все лицо, как день Востока, 
И ясно было, и светло. 
Во влаге блещущей эмали, 
Под дымкой шелковых ресниц, 
Глаза пленительно сияли 
Красою северных зарниц. 
И переменно отражались 
На них мечты живой игрой: 
То блеском полдня разгорались, 
То в сумрак ночи погружались, 
Блистая звездною слезой. 
А эти розы щек живые! 
А эти - прелесть, красота, 
Любви созданье - огневые, 
Нектарно-влажные уста! 
Могучей силы чарованья 
На них положена печать, 
И может их одно лобзанье 
И вдунуть жизнь, и жизнь отнять. 
А плеч роскошные разбеги 
В сиянье млечной белизны! 
А груди пышной, полной неги, 
Две чародейские волны! 
В них жизнь всю полноту излила, 
А прелесть формы обвела... 
А страсти пламенная сила 
Их горделиво подняла... 
Все, все в ней было обольщенье, 
И мне казалось, что она 
Олимпа древнего явленье, 
Героподобная жена! 
  
          1846

Поэтическая викторина

Популярные стихи

Владимир Солоухин
Владимир Солоухин «Журавли»
Борис Пастернак
Борис Пастернак «Снег идёт»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Ревность»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Тишина»