Ольга Берггольц

Ольга Берггольц

1 
  
Я не люблю за мной идущих следом 
             по площадям 
                     и улицам. 
  
Мой путь – 
    мне кажется тогда – 
    стремится к бедам: 
Скорей дойти до дома 
            как–нибудь. 
Они в затылок дышат горячо... 
    Сейчас положат руку 
                на плечо! 
Я оглянусь: чужими 
            притворятся, 
        прохожими... 
Но нас не обмануть: к беде – 
        к БЕДЕ – 
            стремглав 
        идет мой путь. 
О, только бы: скорей. Домой. 
                        Укрыться. 
    Дойти и запереться 
                и вернуться. 
Во что угодно сразу 
            погрузиться: 
    в вино! 
        в заботы! 
    в бесполезный труд... 
Но вот уж много дней, 
            как даже дома 
меня не покидает страх 
                знакомый, 
    что по Следам 
            Идущие – 
        придут. 
  
      2 
  
Не будет дома 
        или будет дом 
и легче будет 
        иль еще печальней – 
об этом годе расскажу потом, 
о том, как стало 
        ничего не жаль мне. 
Не жаль стареть. 
Не жаль тебя терять. 
Зачем мне красота, любовь 
                и дом уютный, – 
затем, чтобы молчать? 
Не–ет, не молчать, а лгать. 
Лгать и дрожать ежеминутно. 
Лгать и дрожать: 
    а вдруг – не так солгу? 
И сразу – унизительная кара. 
Нет. Больше не хочу и не могу. 
Сама погибну. 
Подло – ждать удара! 
Не женское занятье: пить вино, 
    по кабакам шататься в одиночку. 
Но я – пила. 
        Мне стало все равно: 
продлится ли позорная отсрочка. 
    Мне только слез твоих 
            последних жаль, 
в то воскресенье, 
         в темный день погони, 
когда разлуки каторжная даль 
        открылась мне – 
ясней, чем на ладони... 
Как плакал ты! 
        Последний в мире свет 
             мне хлынул в душу – 
        слез твоих сиянье! 
Молитвы нет такой 
            и песни нет, 
чтобы воспеть во мне 
        твое рыданье. 
Но... Даже их мне не дают воспеть... 
В проклятой немоте изнемогаю... 
И странно знать, 
        что вот придет другая, 
чтобы тебе с лица их утереть... 
Живу – тишком. 
Живу – едва дыша. 
Припоминая, вижу – повсеместно 
          следы свои оставила душа: 
то болью, то доверием, то песней... 
Их время и сомненье не сотрет, 
не облегчить их никаким побегом, 
  их тут же обнаружит 
    и придет 
      и уведет меня – 
         Идущий Следом... 
  
Осень 1949 
  
             3 
  
Я не люблю звонков по телефону, 
когда за ними разговора нет. 
«Кто говорит? Я слушаю!» 
                    В ответ 
молчание и гул, подобный стону. 
Кто позвонил и испугался вдруг, 
кто замолчал за комнатной стеною? 
«Далекий мой, 
        желанный, 
            верный друг, 
не ты ли смолк? Нет, говори со мною! 
Одною скорбью мы разлучены, 
одной безмолвной скованы печалью, 
и все–таки средь этой тишины 
поговорим... Нельзя, чтоб мы молчали!» 
  
А может быть, звонил мой давний враг? 
Хотел узнать, я дома иль не дома? 
И вот, услышав голос мой знакомый, 
спокоен стал и отошел на шаг. 
Нет, я скрываться не хочу, не тщусь. 
Я всем открыта, точно домочадцам... 
Но так привыкла с домом я прощаться, 
что, уходя, забуду – не прощусь. 
Разлука никакая не страшна: 
я знаю – я со всеми, не одна... 
Но, господи, как одиноко вдруг, 
когда такой настигнут тишиною... 
Кто б ни был ты, 
        мой враг или мой друг, – 
я слушаю! Заговори со мною! 
  
          1949

Поэтическая викторина

Популярные стихи

Вероника Тушнова
Вероника Тушнова «Нам не случалось ссориться...»
Борис Рыжий
Борис Рыжий «Соцреализм»
Виктор Боков
Виктор Боков «На Мамаевом кургане»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Главная встреча»
Николай Рубцов
Николай Рубцов «Журавли»