Ольга Берггольц

Ольга Берггольц

Вот ругань плавает, как жир, 
пьяна и самовита. 
Висят над нею этажи, 
гудят под нею плиты, 
и рынок плещется густой, 
как борщ густой и пышный, 
а на углу сидит слепой, 
он важен и напыщен. 
Лицо рябее решета, 
в прорехи брезжит тело. 
А на коленях отперта 
слепая книга смело. 
А женщины сомкнули круг, 
все в горестях, в поту, 
следят за пляской тощих рук 
по бледному листу. 
За потный рыжий пятачок, 
за скудный этот звон 
судьбу любой из них прочтет 
по мягкой книге он. 
И каждая уйдет горда 
слепым его ответом... 
Но сам гадатель не видал 
ни женщин и ни света... 
Всё смыла темная вода... 
К горстям бутылка льнет, 
и влага скользкая тогда 
качает и поет. 
И видит он тогда, что свет 
краснеет густо, вязко, 
что линий не было и нет, 
и нет иной окраски... 
И вот когда он для себя 
на ощупь ждет пророчеств, 
гнусаво матерясь, скорбя, 
лист за листом ворочая. 
Но предсказанья ни к чему, 
и некому сказать, 
что смерть одна вернет ему 
небывшие глаза. 
  
          1927 или 1928

Популярные стихи

Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Таёжные цветы»
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Всегда найдётся женская рука...»
Александр Твардовский
Александр Твардовский «Июль - макушка лета...»
Валентин Гафт
Валентин Гафт «Встреча»
Александр Кушнер
Александр Кушнер «Когда я очень затоскую»
Леонид Мартынов
Леонид Мартынов «Он перед нами...»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «К Урании»