Олег Горшков

Олег Горшков

Человек эмигрирует в даль, 
в невозвратную пустошь, в державу 
без гражданств и границ. И февраль, 
словно нарочный. Слышишь, ли? – Аве – 
в каждом шорохе снега, что в снег 
осыпается благостно, с негой. 
– Аве, аве тебе, человек, 
август шепчет, а, может быть, некто, 
там, в потёмках, разверзнувший пасть, 
ожидающий встречи ab ovo. 
Кто прообраз, чей ты копипаст, 
человек – в каждом жесте, пословно 
и построчно? Ты, будто в бреду, 
жечь пытаешься зябким глаголом, 
то сгорая под чью-то дуду, 
то дудя несусветное. Голем, 
Голем глиняной сучит ногой  
в такт дуде и гремящей повозке.  
Человек призывается в строй 
новобранцев последнего войска.  
  
В чистом поле привидится свет, 
вслед обрушится тьмы привиденье. 
Но ничто, ни единый предмет 
здесь не может отбрасывать тени. 
Всё смешалось, и как ни играй 
марш Славянки – отчаянно, строго, 
но повозка несётся за край, 
скорый мчит по железной дороге. 
Пассажиры, СВ и плацкарт, 
все, как есть, как один, от начала  
дней своих эмигрируют в град 
с тёмным именем – то ли Валгалла, 
то ли Тартар какой… Никому 
не известны маршрут, расписанье 
в эту белую пустошь, во тьму. 
Поезд мчится, уносятся сани. 
Человек исчезает, и с ним 
вся вселенная неотвратимо 
тает, гаснет. Отечества дым 
с паровозным мешается дымом. 
  
Кем ты явишься, путник, домой, 
перелётным подхваченный ветром? 
Чем ты будешь – беспамятной тьмой, 
неизбывным взыскующим светом?


Популярные стихи

Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Fin de siecle»
Алексей Плещеев
Алексей Плещеев «Из жизни»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Жизнь летит, как шоссе»
Юнна Мориц
Юнна Мориц «Песня о волшебнике»
Вероника Тушнова
Вероника Тушнова «Ну, пожалуйста, пожалуйста»