Нина Огнева

Нина Огнева

Плёнка мыльного пузыря – одно 
     из самых тонких 
          явлений материального мира, 
          каковые доступны наблюдению 
     невооружённым глазом… 
          (Доктор Корво, «Пасынки 
     Ириды») 
  
          …И вот, мне приснилось, 
          что сердце моё не болит… 
          Николай Гумилёв 
  
1. 
  
Колеблется в капле парфюма жемчужный 
     опал, 
Перста каучуком провизор качнёт 
     коромысло – 
В увесистость унций влагая иллюзию 
     смысла, 
Пристало ль себя укорять, что вечор 
     недоспал?.. 
В процесс вовлечён колдовством 
     тростниковой иглы 
Невзрачный обмылок судьбой измочаленной 
     плоти. 
В чертоги Морфея – посадка на 
     автопилоте 
Под знаком Ириды, соперницы мрака и 
     мглы. 
  
И вот, мне приснилось, что я никогда не 
     усну, 
Что вечным бессоньем за дерзость меня 
     наказали – 
Меж стиснутых век пламенеют соцветья 
     азалий, 
В устах – леденцом подъязычным мозолят 
     десну 
Нетленные строки, сквозит носоглотки 
     дыра 
Фантомным свищом в бытии протеиновой 
     массы, 
И в такт конвульсирует, скорбные корча 
     гримасы, 
Промозглого мозга – отнюдь не земная! – 
     кора… 
  
2. 
  
Сколь мастер спектральных утех на 
     фантазии скуп – 
Столь оперы мыльной сюжеты 
     галлюцинаторны: 
Снискавший признанье альянс с 
     меднопевьем валторны 
На выдохе выхолен царственной щедростью 
     губ. 
Феномен, созвучный усилиям трубчатых 
     вен: 
всеблагостен вздох, претворённый в 
     субтильную сферу, 
И ниц простираются купрум, аргентум и 
     феррум 
Пред сверхпроводимостью струн под 
     перстами камен. 
  
В безлунную пустынь, в чертоги 
     предснежного сна 
Сомнамбула-ночь направляет бесстрашные 
     стопы, 
Хореем каюровым в наледь – бессонницы 
     стопор, 
Как келья паломнику – ночи полярной 
     тесна 
Безбрежная тундра. В объятьях литых 
     одеял 
Покоятся воды. Но теплятся отчие тени, 
Обретшие вечную память меж створ 
     средостений, 
В нетленном притворе, что ворогу врат 
     не разъял. 
  
3. 
  
В простор сновиденья, в юдоль 
     оцифрованных грёз 
Душа устремляется неотвратимо и скоро: 
В осенней пыли золотой растворяется 
     город, 
И тает в скудеющей дымке полярный 
     торос, 
Навек схоронивший в ледовой своей 
     синеве 
Стоцветное прошлое, бытность мою 
     расписную, 
И тает подобный торос от меня одесную, 
И каплет ледовая масса, и гулкий навес 
  
Под стылыми окнами блещет стеклянной 
     лузгой, 
Лучом осиянный неверного зимнего 
     солнца. 
И плавится в небе тумана декабрьского 
     стронций, 
И плавится глыба. И капли – одна за 
     другой – 
Скользят, растворяясь в пучине 
     бестрепетных вод, 
Прозрачных, беззвучных, недвижимых вод 
     ледовитых. 
И волн зачарованных низкопоклонная 
     свита, 
Влача шелковистые шлейфы, вослед им 
     плывёт. 
  
4. 
  
В чертоги беспамятства, в серый 
     вещественный слой, 
В юдоль симметрии, распаханной 
     бустрофедоном… 
Как сон бесконечной вселенной в колодце 
     бездонном, 
На кончике вдоха взращён тростниковой 
     иглой 
Простор сновиденья – бытийности вещной 
     некроз, 
Где лепятся в тесном соитье лакуна к 
     лакуне. 
Меж хрустких ветвей серебрятся околыши 
     куньи, 
И ловчих до самых костей пробирает 
     мороз – 
  
До самых вакаций, до Святок и до 
     Рождества, 
До ангельских крылышек и до пророчеств 
     восковых, 
В ледового панциря необоримых оковах 
Под спудом таится нетленного тома 
     листва – 
Простор бытия. Переплёт тектонических 
     плит 
Не индифферентен к пера рудокопьим 
     дерзаньям… 
Сфероидом фистула в горлышке бьётся 
     фазаньем 
О том, что приснилось «что сердце моё 
     не болит».


Популярные стихи

Николай Заболоцкий
Николай Заболоцкий «Осеннее утро»
Валентин Берестов
Валентин Берестов «Любили тебя без особых причин...»
Олжас Сулейменов
Олжас Сулейменов ««Опаздывают поезда...»»
Константин Симонов
Константин Симонов «Ледовое побоище»
Владимир Набоков
Владимир Набоков «Живи. Не жалуйся, не числи»
Григорий Поженян
Григорий Поженян «Я принял решение»