Николай Тихонов

Николай Тихонов

Мариэтте Шагинян 
  
            1 
  
Хороший Сагиб у Сами и умный, 
Только больно дерется стеком. 
Хороший Сагиб у Сами и умный, 
Только Сами не считает человеком. 
Смотрит он на него одним глазом, 
Никогда не скажет: спасибо. 
Сами греет для бритья ему тазик 
И седлает пони для Сагиба. 
На пылинку ошибется Сами — 
Сагиб всеведущ, как Вишну, 
Бьет по пяткам тогда тростниками 
Очень больно и очень слышно. 
Но отец у Сами недаром 
В Беджануре был скороходом — 
Ноги мальчика бегут по базарам 
Все уверенней год от году. 
  
            2 
  
Этот год был очень недобрым: 
Круглоухого мышастого пони 
Укусила черная кобра, 
И злой дух кричал в телефоне. 
Раз проснулся Сагиб с рассветом, 
Захотел он читать газету — 
Гонг надменно сказал об этом. 
Только Сами с газетою нету. 
И пришлось для бритья ему тазик 
Поручить разогреть другому, 
И — чего не случалось ни разу — 
Мул не кормлен вышел из дому. 
  
            3 
  
Через семь дней вернулся Сами, 
Как отбитый от стада козленок, 
С исцарапанными ногами, 
Весь в лохмотьях, от голода тонок. 
Синяка круглолобая глыба 
Сияла, как на золоте проба. 
Один глаз он видел Сагиба, 
А теперь он увидел оба. 
«Где ты был, павиан бесхвостый?» — 
Сагиб раскачался в качалке. 
Отвечал ему Сами просто: 
«Я боялся зубов твоей палки 
И хотел уйти к властелину, 
Что браминов и раджей выше,— 
Без дорог заблудился в долинах, 
Как котенок слепой на крыше».— 
«Ты рожден, чтобы быть послушным: 
Греть мне воду, вставая рано, 
Бегать с почтой, следить за конюшней, 
Я властитель твой, обезьяна!» 
  
            4 
  
«Тот, далекий, живет за снегами, 
Что к небу ведут, как ступени, 
В городе с большими домами, 
И зовут его люди — Ленни* 
Он дает голодным корочку хлеба, 
Даже волка может сделать человеком, 
Он большой Сагиб перед небом 
И совсем не дерется стеком. 
Сами — из магратского рода, 
Но свой род для него уронит: 
Для бритья будет греть ему воду, 
Бегать с почтой, чистить ему пони. 
И за службу даст ему Ленни 
Столько мудрых советов и рупий, 
Как никто не давал во Вселенной,— 
Сами всех сагибов погубит!» 
  
            5 
  
«Где слыхал ты все это, несчастный?» 
Усмехнулся Сами лукаво: 
«Там, где белым бывать опасно, 
В глубине амритсарских лавок. 
У купцов весь мир на ладони: 
Они знают все мысли судра, 
И почем в Рохилькэнде кони, 
И какой этот Ленни мудрый».— 
«Уходи»,— сказал англичанин. 
И Сами ушел с победой, 
А Сагиб заперся в своей спальне 
И не вышел даже к обеду. 
  
            6 
  
А Сами стоял на коленях, 
Маленький, тихий и строгий, 
И молился далекому Ленни, 
Непонятному, как йоги, 
Чтоб услышал его малые просьбы 
В своем городе, до которого птице 
Долететь не всегда удалось бы, 
Даже птице быстрей зарницы. 
И она б от дождей размокла, 
Слон бежал бы и сдох от бега, 
И разбилась бы в бурях, как стекла, 
Огненная сагибов телега. 
  
            7 
  
Так далёко был этот Ленни, 
А услышал тотчас же Сами. 
И мальчик стоял на коленях 
С мокрыми большими глазами, 
А вскочил легко и проворно, 
Точно маслом намазали бедра. 
Вечер пролил на стан его черный 
Благовоний полные ведра, 
Будто снова он родился в Амритсаре 
И на этот раз человеком,— 
Никогда его больше не ударит 
Злой Сагиб своим жестким стеком. 
  
          14–15 августа 1920 
  
– 
* Ленни — Так индусы произносят имя 
     «Ленин». (Примеч. Тихонова.)


Популярные стихи

Николай Тихонов
Николай Тихонов «Перекоп»
Николай Некрасов
Николай Некрасов «Признание»
Николай Агнивцев
Николай Агнивцев «Жираф и гиппопотамша»
Александр Бывшев
Александр Бывшев «Медсестра»
Вероника Тушнова
Вероника Тушнова «В чем отказала я тебе»