Николай Огарёв

Николай Огарёв

Луна печально мне в окно 
Сквозь серых туч едва сияла; 
Уж было в городе темно, 
Пустая улица молчала, 
Как будто вымерли давно 
Все люди... Церковь лишь стояла 
В средине площади одна, 
Столетней жизнию полна. 
  
Свеча горела предо мной; 
Исполнен внутренним страданьем, 
Без сна сидел я в час ночной, 
Сидел, томим воспоминаньем, 
И беспредметною тоской, 
И безотчетливым желаньем,— 
И сердце ныло, а слеза 
Не выступала на глаза. 
  
Но вот коснулись до меня 
Из комнаты соседней звуки: 
Как вихрь, по клавишам звеня, 
Тревожно пронеслися руки; 
Потом аккорды слышал я, 
И женский голос, полный муки, 
Любви тоскующей души, 
Мне зазвучал в ночной тиши, 
  
Qual cuor tradesti!1 Кто же мог 
Встревожить женщину обманом? 
Кто душу светлую облек 
Тоски безвыходной туманом? 
Любовь проснулась на упрек, 
И совесть встала великаном, 
Но слишком поздно он узнал, 
Какое сердце разорвал. 
  
Любовь проходит, и темно 
Становится в душе безродной; 
Былое будишь — спит оно, 
Как вялый труп в земле холодной, 
И сожаленье нам одно 
Дано с небес, как дар бесплодный... 
Но смолкла песнь; они потом 
Иную песнь поют вдвоем. 
  
И в этой песне дышит вновь 
Души невольной умиленье, 
И сердца юного любовь, 
И сердца юного стремленье; 
Не бурно в жилах бьется кровь, 
Но только тихое томленье 
От полноты вздымает грудь, 
И сладко хочется вздохнуть. 
  
Я им внимаю в тишине — 
Они поют, а сердцу больно; 
Они поют мне о весне, 
Как птички в небе — звучно, вольно, 
И хорошо их слушать мне, 
А все ж страдаю я невольно; 
Их песнь светла, в ней вера есть — 
Мне сердца ран не перечесть. 
  
Они счастливы, боже мой! 
Кто вы, мои певцы,— не знаю, 
Но в наслажденьем и тоской 
Я, странник грустный, вам внимаю. 
Блаженствуйте! я со слезой 
Вас в тишине благословляю! 
Любите вечно! жизнь в любви — 
Блаженный сон, друзья мои. 
  
Живите мало. Странно вам? 
Ромео умер, с ним Джульетта — 
Шекспир знал жизнь, как бог,— мы снам 
Роскошно верим в юны лета, 
Но сухость жизнь наводит нам... 
Да мимо идет чаша эта, 
Где сожаленье, и тоска, 
И грустный холод старика! 
  
Блаженны те, что в утре дней 
В последнем замерли лобзанье, 
В тени развесистых ветвей, 
Под вечер майский, при журчанье 
Бегущих вод,— и соловей 
Им пел надгробное рыданье, 
А ворон тронуть их не смел 
И робко мимо пролетел. 
  
          15–16 декабря 1841

Поэтическая викторина

Популярные стихи

Константин Бальмонт
Константин Бальмонт «Нет дня, чтоб я не думал о тебе...»
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Надпись на чужой могиле...»
Зинаида Гиппиус
Зинаида Гиппиус «Бессилье»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Жалею...»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Дружеский совет»