Николай Огарёв

Николай Огарёв

Луна печально мне в окно 
Сквозь серых туч едва сияла; 
Уж было в городе темно, 
Пустая улица молчала, 
Как будто вымерли давно 
Все люди... Церковь лишь стояла 
В средине площади одна, 
Столетней жизнию полна. 
  
Свеча горела предо мной; 
Исполнен внутренним страданьем, 
Без сна сидел я в час ночной, 
Сидел, томим воспоминаньем, 
И беспредметною тоской, 
И безотчетливым желаньем,— 
И сердце ныло, а слеза 
Не выступала на глаза. 
  
Но вот коснулись до меня 
Из комнаты соседней звуки: 
Как вихрь, по клавишам звеня, 
Тревожно пронеслися руки; 
Потом аккорды слышал я, 
И женский голос, полный муки, 
Любви тоскующей души, 
Мне зазвучал в ночной тиши, 
  
Qual cuor tradesti!1 Кто же мог 
Встревожить женщину обманом? 
Кто душу светлую облек 
Тоски безвыходной туманом? 
Любовь проснулась на упрек, 
И совесть встала великаном, 
Но слишком поздно он узнал, 
Какое сердце разорвал. 
  
Любовь проходит, и темно 
Становится в душе безродной; 
Былое будишь — спит оно, 
Как вялый труп в земле холодной, 
И сожаленье нам одно 
Дано с небес, как дар бесплодный... 
Но смолкла песнь; они потом 
Иную песнь поют вдвоем. 
  
И в этой песне дышит вновь 
Души невольной умиленье, 
И сердца юного любовь, 
И сердца юного стремленье; 
Не бурно в жилах бьется кровь, 
Но только тихое томленье 
От полноты вздымает грудь, 
И сладко хочется вздохнуть. 
  
Я им внимаю в тишине — 
Они поют, а сердцу больно; 
Они поют мне о весне, 
Как птички в небе — звучно, вольно, 
И хорошо их слушать мне, 
А все ж страдаю я невольно; 
Их песнь светла, в ней вера есть — 
Мне сердца ран не перечесть. 
  
Они счастливы, боже мой! 
Кто вы, мои певцы,— не знаю, 
Но в наслажденьем и тоской 
Я, странник грустный, вам внимаю. 
Блаженствуйте! я со слезой 
Вас в тишине благословляю! 
Любите вечно! жизнь в любви — 
Блаженный сон, друзья мои. 
  
Живите мало. Странно вам? 
Ромео умер, с ним Джульетта — 
Шекспир знал жизнь, как бог,— мы снам 
Роскошно верим в юны лета, 
Но сухость жизнь наводит нам... 
Да мимо идет чаша эта, 
Где сожаленье, и тоска, 
И грустный холод старика! 
  
Блаженны те, что в утре дней 
В последнем замерли лобзанье, 
В тени развесистых ветвей, 
Под вечер майский, при журчанье 
Бегущих вод,— и соловей 
Им пел надгробное рыданье, 
А ворон тронуть их не смел 
И робко мимо пролетел. 
  
          15–16 декабря 1841

Поэтическая викторина

Популярные стихи

Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «О разлуке»
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Женщинам»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Дочке»
Николай Некрасов
Николай Некрасов «Слезы и нервы»
Сергей Михалков
Сергей Михалков «На прививку третий класс...»