Николай Некрасов

Николай Некрасов

Провидению было угодно создать человека 
     так, 
		что ему нужны внезапные потрясенья, 
     восторг, 
		порыв и хотя мгновенное забвенье от 
     житейских 
		забот; иначе, в уединении, грубеет 
     нрав и 
		вселяются разные пороки. 
		                  (Реутт. Псовая 
     охота).  
  
1. 
  
Сторож вкруг дома господского ходит, 
Злобно зевает и в доску колотит. 
  
Мраком задернуты небо и даль, 
Ветер осенний наводит печаль; 
  
По небу тучи угрюмые гонит, 
По полю листья - и жалобно стонет. . . 
  
Барин проснулся, с постели вскочил, 
В туфли обулся и в рог затрубил. 
  
Вздрогнули сонные Ваньки и Гришки, 
Вздрогнули все - до грудного мальчишки. 
  
Вот, при дрожащем огне фонарей, 
Движутся длинные тени псарей. 
  
Крик, суматоха! . . ключи зазвенели, 
Ржавые петли уныло запели; 
  
С громом выводят, поят лошадей, 
Время не терпит - седлай поскорей! 
  
В синих венгерках на заячьих лапках, 
В остроконечных, неслыханных шапках 
  
Слуги толпой подъезжают к крыльцу. 
Любо глядеть - молодец к молодцу! 
  
Хоть и худеньки у многих подошвы - 
Да в сертуках зато желтые прошвы, 
  
Хоть с толокна животы подвело - 
Да в позументах под каждым седло, 
  
Конь - загляденье, собачек две своры, 
Пояс черкесский, арапник да шпоры. 
  
Вот и помещик! Долой картузы. 
Молча он крутит седые усы, 
  
Грозен осанкой и пышен нарядом, 
Молча поводит властительным взглядом. 
  
Слушает важно обычный доклад: 
«Змейка издохла, в забойке Набат; 
  
Сокол сбесился, Хандра захромала». 
Гладит, нагнувшись, любимца Нахала, 
  
И, сладострастно волнуясь, Нахал 
На спину лег и хвостом завилял. 
  
2. 
  
В строгом порядке, ускоренным шагом 
Едут псари по холмам и оврагам. 
  
Стало светать; проезжают селом - 
Дым поднимается к небу столбом, 
  
Гонится стадо, с мучительным стоном 
Очеп скрипит (запрещенный законом); 
  
Бабы из окон пугливо глядят, 
«Глянь-ко, собаки!» - ребята кричат. . 
     . 
  
Вот поднимаются медленно в гору. 
Чудная даль открывается взору: 
  
Речка внизу, под горою, бежит, 
Инеем зелень долины блестит, 
  
А за долиной, слегка беловатой, 
Лес, освещенный зарей полосатой. 
  
Но равнодушно встречают псари 
Яркую ленту огнистой зари, 
  
И пробужденной природы картиной 
Не насладился из них не единый. 
  
«В Банники, - крикнул помещик, - 
     набрось!» 
Борзовщики разъезжаются врозь, 
  
А предводитель команды собачьей, 
В острове скрылся крикун-доезжачий. 
  
Горло завидное дал ему бог: 
То затрубит оглушительно в рог, 
  
То закричит: «Добирайся, собачки!» 
Да не давай ему, вору, потачки!» 
  
То заорет: «Го-го-го! - ту!-ту!!- 
     ту!!!» 
Вот и нашли - залились на следу. 
  
Варом-варит закипевшая стая, 
Внемлет помещик, восторженно тая, 
  
В мощной груди занимается дух, 
Дивной гармонией нежится слух! 
  
Однопометников лай музыкальный 
Душу уносит в тот мир идеальный, 
  
Где ни уплат в Опекунский совет, 
Ни беспокойных исправников нет! 
  
Хор так певуч, мелодичен и ровен, 
Что твой Россини! что твой Бетховен! 
  
3. 
  
Ближе и лай, и порсканье и крик - 
Вылетел бойкий русак-материк! 
  
Гикнул помещик и ринулся в поле. . . 
То-то раздолье помещичьей воле! 
  
Через ручьи, буераки и рвы 
Бешено мчится, не жаль головы! 
  
В бурных движеньях - величие власти, 
Голос проникнут могуществом страсти, 
  
Очи горят благородным огнем - 
Чудное что-то свершилося в нем! 
  
Здесь он не струсит, здесь не уступит, 
Здесь его Крез за мильоны не купит! 
  
Буйная удаль не знает преград, 
Смерть иль победа - ни шагу назад! 
  
Смерть иль победа! (Но где ж, как не в 
     буре, 
И развернуться  славянской натуре?) 
  
Зверь отседает - и в смертной тоске 
Плачет помещик, припавший к луке. 
  
Зверя поймали - он дико кричит, 
Мигом отпазончил, сам торочит, 
  
Гордый удачей любимой потехи, 
В заячий хвост отирает доспехи 
  
И замирает, главу преклоня 
К шее покрытого пеной коня. 
  
4. 
  
Много травили, много скакали, 
Гончих из острова в остров бросали, 
  
Вдруг неудача: Свиреп и Терзай 
Кинулись в стадо, за ними Ругай, 
  
Следом за ними Угар и Ромашка - 
И растерзали в минуту барашка! 
  
Барин велел возмутителей сечь, 
Сам же держал к ним суровую речь. 
  
Прыгали псы, огрызались и выли 
И разбежались, когда их пустили. 
  
Ревма-ревет злополучный пастух, 
За лесом кто-то ругается вслух. 
  
Барин кричит: «Замолчи, животина!» 
Не унимается бойкий детина. 
  
Барин озлился и скачет на крик, 
Струсил - и валится в ноги мужик. 
  
Барин отъехал - мужик встрепенулся, 
Снова ругается; барин вернулся, 
  
Барин арапником злобно махнул - 
Гаркнул буян: «Караул! Караул!» 
  
Долго преследовал парень побитый 
Барина бранью своей ядовитой: 
  
«Мы-ста тебя взбутетеним дубьем 
Вместе с горластым твоим холуем!» 
  
Но уже барин сердитый не слушал, 
К стогу подсевши, он рябчика кушал, 
  
Кости Нахалу кидал, а псарям 
Передал фляжку, отведавши сам. 
  
Пили псари - и угрюмо молчали, 
Лошади сено из стога жевали, 
  
И в обагренные кровью усы 
Зайцев лизали голодные псы. 
  
5. 
  
Так отдохнув, продолжают охоту, 
Скачут, порскают и травят без счета. 
  
Время меж тем незаметно идет, 
Пес изменяет, и конь устает. 
  
Падает сизый туман на долину, 
Красное солнце зашло вполовину, 
  
И показался с другой стороны 
Очерк безжизненно-белой луны. 
  
Слезли с коней; поджидают у стога, 
Гончих сбивают, сзывают в три рога, 
  
И повторяются эхом лесов 
Дикие звуки нестройных рогов. 
  
Скоро стемнеет. Ускоренным шагом 
Едут домой по холмам и оврагам. 
  
При переправе чрез мутный ручей, 
Кинув поводья, поят лошадей - 
  
Рады борзые, довольны тявкуши: 
В воду залезли по самые уши! 
  
В поле завидев табун лошадей, 
Ржет жеребец под одним из псарей. . . 
  
Вот наконец добрались до ночлега. 
В сердце помещика радость и нега - 
  
Много загублено заячьих душ. 
Слава усердному гону тявкуш! 
  
Из лесу робких зверей выбивая, 
Честно служила ты, верная стая! 
  
Слава тебя, неизменный Нахал, - 
Ты словно ветер пустынный летал! 
  
Слава тебе, резвоножка Победка! 
Бойко скакала, ловила ты метко! 
  
Слава усердным и буйным коням! 
Слава выжлятнику, слава псарям! 
  
6. 
  
Выпив изрядно, поужинав плотно, 
Барин отходит ко сну беззаботно, 
  
Завтра велит себя раньше будить. 
Чудное дело - скакать и травить! 
  
Чуть не полмира в себе совмещая, 
Русь широко протянулась, родная! 
  
Много у нас и лесов и полей, 
Много в отечестве нашем зверей! 
  
Нет нам запрета по чистому полю 
Тешить степную и буйную волю. 
  
Благо тому, кто предастся во власть 
Ратной забаве: он ведает страсть, 
  
И до седин молодые порывы 
В нем сохранятся, прекрасны и живы, 
  
Черная дума к нему не зайдет, 
В праздном покое душа не заснет. 
  
Кто же охоты собачьей не любит, 
Тот в себе душу заспит и погубит. 
  
          1846

Поэтическая викторина

Популярные стихи

Иван Бунин
Иван Бунин «Смерть»
Константин Бальмонт
Константин Бальмонт «Еще необходимо любить и убивать...»
Валентин Гафт
Валентин Гафт «Разлука»
Корней Чуковский
Корней Чуковский «Обжора»
Евгений Евтушенко
Евгений Евтушенко «Картинка детства»
Константин Бальмонт
Константин Бальмонт «Меж подводных стеблей»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Отцы и дети»