Николай Лобанов

Николай Лобанов

Четвёртое измерение № 36 (456) от 21 декабря 2018 г.

Подборка: Беззащитней на весну...

Финита ля

 

Слово вылетит – не воробей

(Воробей отдыхает, филоня)...

Я не помню тебя – хоть убей,

Хоть помилуй – тебя я не помню.

 

Это было не с нами – забудь,

Не врачуй облетевшие листья.

И обидами вымощен путь

К изваяниям пагубных истин.

 

Растворяется небо к утру,

Догорают снега междометий...

Ты не стой на студёном ветру,

День вчерашний пытаясь приметить.

 

Между строчек – огонь и вода,

Дым отечества, патока чуда...

Я не помнил тебя никогда

И поэтому вряд ли забуду...

 

Мужчина и женщина

(диптих)

 

Часть первая. Мужчина

 

Мужчина – это крайне сложный механизм

С массой шестерёнок и семерёнок,

Вот он приходит домой – маленький большой ребёнок

И говорит с порога: хочу пить, есть, спать,

Воздух руками полощет,

Вспоминает в сердцах чью-то мать

И жонглирует словом тёща.

 

Спрашивает у женщины: ты жена мне или кто?

И сам отвечает ей, дверью геройски грюкнув:

Глава семьи – это не конь в пальто,

А человечище в брюках.

 

Философствует после ужина: жизнь такая себе се ля ви,

Где все у быта в плену,

Сетует на нехватку любви

И, мужаясь, отходит ко сну.

 

И даже во сне он требует от ближних участия,

Ему снятся цветные картинки,

Он спит, умело разобранный на запчасти

Своей дорогой половинкой.

 

Проснётся он рано – к пяти

И скажет себе: делать нечего –

Надо идти на работу, на работу надо идти,

Утро – не мудренее вечера.

 

Он выйдет на улицу, перейдёт город вброд,

Улыбнётся: смешна эпоха.....

Но на работе, в перерыве, съев бутерброд,

Он подумает, что всё не так уж и плохо.

 

Да, жизнь, конечно, не тишь и далеко не гладь,

Но когда он придёт домой – где-то к пяти

И скажет громко: хочу есть, пить, спать!..

Ему ответят: пей себе, ешь, спи...

 

Круг узок – не тесен круг,

Заботлив домашних взгляд

И тут он прозреет вдруг:

А что ещё нужно для?..

 

Часть вторая. Женщина

 

Женщина – воздушный механизм,

О ней – без лишних слов, итожа:

Судьбы подарок, лет сюрприз,

Дар Божий...

 

промежутки

 

Мелодии подкравшегося дня.

Припевы. Увертюра алкоголя.

Купание зелёного коня,

Фигурное катание вдоль поля.

 

Братание с девицей средних лет,

Питание (не дробное нисколько),

Метания: из вечера – в рассвет,

На голове отчаянная стойка.

 

У Леты – заблудившейся реки –

Как никогда – и суетно, и людно,

Мгновений золотые мотыльки

Пыльцу надежд роняют безрассудно.

 

Печали отражаются в зрачке.

У мудреца – ни опыта, ни знаний...

И в сердца продырявленном сачке

Пожухлая листва воспоминаний...

 

взаимосвязь

 

Видя, как ночью комарик писклявый

Кровушку ближнего пьёт на халяву,

Шпанская мушка и муха цеце

Трижды под утро менялись в лице,

 

Муха цеце бормотала подружке:

Выпьем шампанского, шпанская мушка...

Мушка, бледнея, вздыхала: дурдом!

Мне бы сегодня мартини со льдом...

 

Видя подобное, нервный поэт

Взял и приставил ко лбу пистолет:

Выстрелил... Промах. И алчная пуля,

Вжикнув, снесла половину июля,

 

В август уткнулась, пространство калеча...

Жизнь насекомых. Судьба человечья....

 

На поле брани

 

Не отдадим противнику и пяди....

На поле брани ночи благодать....

«Тебя за жизнью только посылать», –

Шептала смерть, на дождь устало глядя...

 

Сходилось небо с полем – за горою,

Стояла тишина на голове

И пули, не нашедшие героев,

Шушукались, счастливые, в траве...

 

Лежали на боку чужие страны,

Звезда алела, хрупкая, вдали

И птицы заговаривали раны

Невыспавшейся матушки-земли...

 

Авось

 

Жить-поживать: копить обиды,

Радушно лгать, считать долги,

Иметь на будущее виды

И пудрить прошлому мозги.

 

Не думать, сетуя, о многом,

Припоминать, пугая сны,

Забытый ближними и Богом

Дождь на окраине весны,

 

Необилеченное лето:

Речушки бронзовый загар,

Осоловевшего рассвета

Густой недельный перегар...

 

Спит, напоэтившись, прозаик...

И прочь – огни, и время – вспять,

Но тени, в полдень исчезая,

Под вечер сходятся опять.

 

Жизнь растопыривает локти

И побуждает увядать,

И ложкой мёда в бочке дёгтя

Слов мимолётных благодать...

 

Страшилки о любви

 

У тебя на печали – нюх,

Бесконечная морось дня....

Словографика в стиле ню,

Казуистика в духе ня.

 

Воздух тучен, как дед Мороз,

Ветер скучен, как дон Мазай,

Миллионы пернатых роз,

Разлетаясь, кольнут: банзай!..

 

Солнца бог – краснощёкий Ра

Ангажирует неба тень,

Облака же звездят с утра –

Грош-цена им в банзайный день.

 

И про мой и про твой секрет,

Про сердец сетевой ожог

Знает лишь старикашка Фет

И ещё лимонадный Джо.

 

Запасёмся любовью впрок,

Хочешь падай, а хочешь стой...

Царапнёт нас сиамский ток

Напряжением в двести ОЙ...

 

Тут за временем – глаз да глаз,

Быль о вечности – это миф.

Мой пробил високосный час!

Приезжай ко мне. Твой Калиф...

 

Фото

 

На фото давних-давних лет,

Где спит средь бела дня поэт,

Где рядом, небо лобызая,

Печалью мается прозаик,

Где красна девица в платочке,

Слов растопив кромешный лёд,

Над i, краснея, ставит точки

И на лопатки ночь кладёт,

Где чуть левее – в полуметре

От послезавтрашнего дня –

Мы (нагишом!), гора Ай-Петри

И дым без признаков огня.

За дымом (правда, видно плохо,

Но тем не менее) – страна,

Эпоха, целая эпоха:

Надежды, судьбы, имена...

 

За кадром – лет грядущих планы,

Сердец чистилище – райком

(И полкило небесной манны

Герою дня – сухим пайком).

За кадром – споры, ссоры, беды,

Слёз крокодиловых ручьи

И наши мнимые победы,

И наши громкие ничьи.

За кадром – жизнь на меньше-больше,

Застолье, зелье трын-травы

И наша ночь, что длится дольше

Не века – ветра и молвы...

 

На фото давних-давних лет

Смеётся, выспавшись, поэт...

 

Стихи с анисом и ванилью

 

Внимая юному вину,

Чужими маясь именами,

Отходим радостно ко сну,

До дыр засмотренному нами.

Там смел герой – горяч, влюблён,

Итожа будней километры,

Меняя неба синий лён

На белоснежный хлопок ветра,

Он – у безвременья в плену –

Глядит насмешливо на вещи

И, провоцируя весну,

Желает всем бессониц вещих.

Там тишина тёмным-темна,

А день вчерашний – зона риска

И обитаема луна,

И путеводна солнца искра.

Там ушлый век – не лыком шит...

Мечты отпаивая чаем,

Смеёмся: прошлое души

Не облагаемо печалью...

Весёлый ветер – в ночку вхож,

Пока ещё скользя отважно...

Великодушен летний дождь,

Идущий к осени вальяжно.

 

...Светает. Утра водоём.

И жизнь – всё ближе, ближе, ближе...

И, заливаясь соловьём,

Роняет сердце чижик-пыжик...

 

Стихи без витаминов

 

Приторны сны вишен.

Дождь – молодой, белый...

Тише воды, тише

Голос листвы беглой.

 

Синий рассвет выжат.

Заспанных лет лица.

Ниже травы, ниже

Небо, дома, птицы...

 

Время пока лечит,

Буднична глаз радость.

Крепче весны, крепче

Грусти твоей градус.

 

Южных ночей порча,

Долгая лав стори...

Горче тебя, горче

Чёрные сны моря.

 

Завтрашних лет чаща.

Не по плечу вера...

Слаще тебя, слаще

Только полынь ветра...

 

Несколько строчек о жизни и любви

 

До сумасшествия, до дрожи

Любить, не ведая стыда...

Запойных лет пивные дрожжи

И будней талая вода.

 

Мечты рассветные черешен,

Огни закатные рябин,

Блажен, кто набожен и грешен,

И неподсуден, кто любим.

 

На тополя уселось небо,

Устав над городом кружить...

Причуды века: быль и небыль.

Обыкновеннейшая жизнь.

 

Подпортив грустью мыслей кашу,

Отходит энный год ко сну,

Ты стал ещё на осень старше

И беззащитней на весну...