Рубрика: Новый Монтень

Ваагн Карапетян

Ваагн Карапетян

Чёрный квадрат

Художнику Игорю Филыку
 
До открытия выставки оставались считанные минуты. Константин Милавич, чтобы унять нервную дрожь, лихорадочно курил. На этот раз он решил выставить всего одну картину, хотя мог вытребовать места и на пять полотен.
Его имя было достаточно известно, раскручено, как сегодня принято говорить, картины хорошо продавались. Так что без особого труда его творения могли бы занять и целую стену, а в покупателях не было бы отбоя.
В этом он не сомневался, но решил всё же выставить только одну картину. Какое-то шестое чувство ему подсказывало поступить именно так. С вечера его тянуло помчаться на Гороховую и ещё пару картин добавить, но утром он проснулся в твёрдом убеждении, что поступил правильно.
Ещё несколько минут, и появится руководство Союза: бездарные художники, но отменные функционеры.

№ 19 (547) Читать
Игорь Терехов

Игорь Терехов

Пропущенные дожди

Последний птенец
 
Начнёшь с утра переставлять книги на полках своих книжных шкапов, и день уже не будет потерян для тебя. Он будет освещён светом знания, гуманизма и добра. И сам ты почувствуешь себя птенцом века Просвещения. Может быть, последним птенцом из этого гнезда. 
 
Райские яблоки
 
В страстной четверг посмотрел на небо – а оно уже по-настоящему весеннее, ярко-голубое с белыми кучевыми облаками, напоминающими яблоки из райского сада. Будто кто-то там, на небесах, обтряс древо познания, чтобы его плоды не смущали человека в пасхальную неделю.

Полнота жизни
 
Когда современный человек утром включает свой компьютер и собирается войти в интернет, он испытывает такое же чувство полноты жизни, какое испытывал средневековый рыцарь, когда слуги подводили к нему осёдланного коня.
 
Задача литературы
 
Праведник покидает наш мир при чтении Священного Писания, грешник – маркиза де Сада, а большинство людей отходит в мир иной за пролистыванием современных им произведений.

№ 19 (547) Читать
Амаяк Тер-Абрамянц

Амаяк Тер-Абрамянц

Пора идти в кино

Как обычно, заведующий реанимацией Юрий Сергеевич Хромов явился на работу первым. Переодевшись в ординаторской, уже без десяти восемь он вошёл в отделение.
Здесь было затишье. Неряшливо крашенная девица у телефона вяло скользнула по нему взглядом и, зевая, уставилась в оконную пустоту. Под лестницей стояла каталка с телом, накрытым простыней и, как обычно в таких случаях, когда накрывали голову, её не хватало на ступни, и они торчали, всегда одинаковые – серо-синие, со сплюснутыми, слипшимися друг с другом пальцами. И чёрный кот, отродье, приваженное со скуки пенсионерами-лифтёрами, сидел под каталкой и смотрел зелёными глазами на живого Хромова с явной неприязнью.
«Наверное, ожоговый», отметил про себя Хромов.
– А это ещё что? – спросил он у девицы, указав на каталку.
– Как чо, – с тупой безмятежностью улыбнулась она, ещё не остывшая от полуночных шофёрских тисканий.

№ 18 (546) Читать
Александр Царикаев

Александр Царикаев

Теология поэзии (часть 2)

Главы из книги
 
Продолжение. Начало см. в № 543 (15) от 21 мая 2021 года.
 
Отец Церкви (Шарль Бодлер)
 
Современная поэзия начинается с Бодлера. В самой Франции довольно быстро ощутилось исходящее от Бодлера веяние иного, чем от романтиков, духа. В конце своей жизни Поль Валери говорил о прямой соединительной линии, ведущей от Бодлера до него самого. Элиот называл Бодлера «великим примером (выделено мной – А.Ц.) новой поэзии в каком угодно языке». Жан Кокто писал: «Сквозь его гримасы медленно, как свет звезды, доходит до нас его взгляд…» Задолго до Хайдеггера Бодлер художественно санкционировал «заброшенность». По Бодлеру равнялся серебряный век России, из его декадентства вырос русский символизм. Наибольшее влияние Бодлера испытали Бальмонт и Брюсов. Бальмонт писал о нем:
 

Как странно-радостный и близкий мне пример (выделено мною – А. Ц.)…

№ 18 (546) Читать
Александр Ангел

Александр Ангел

В поисках волшебства

Маленький Египет
Огромные барханы закрывают от посторонних глаз район Маленький Египет. Чтобы туда попасть, придётся вскарабкиваться на самый верх, по крутому песчаному склону. Если смотреть снизу, то будет казаться, что ты взбираешься напрямик к небу. Но усилия будут вознаграждены, когда вы перевалитесь через гребень бархана и сядете на мягкий песок, чтобы отдохнуть. Какой вид открывается оттуда!
Позади – город, наполненный движением машин, зданиями, стремящимися вверх, но так и не достигающими высоты песков. А впереди – небольшая долина, в которой, помимо жёлтого песка, обильно расплескалась зелень. Небольшие здания скучились в селения, едва видимые сверху. Если заночевать на вершине бархана, то контраст между современным городом и осколком древней цивилизации будет разительным. Так или иначе, каждый спускается вниз, чтобы побродить по пескам.

№ 17 (545) Читать
Анна Агнич

Анна Агнич

Гамбит с вулканом

1. Веранда с видом на океан
Ветер пахнет водорослями и солью. Или у соли нет запаха? Вот бы высунуть язык, попробовать ветер на вкус. Но нет, нельзя, это неприлично. За столиком на веранде ресторана, кроме Сёмы, трое: Андрей Андреич, Таня и Танюшка. Когда Танюшка замолкает, слышен прибой, особенно если прикрыть глаза. Сёма вдыхает тихоокеанский бриз и повторяет про себя, выстукивая пальцами ритм на колене:
 – Я в Мексике, в Акапулько! Это же надо… вот это да!
Что-то касается ноги пониже колена, будто вопросительно тычется носом собака. Сёма поднимает скатерть, заглядывает под стол. Его движение тотчас копирует Танюшка, она всё повторяет за ним. Таня-старшая смеётся и отдёргивает босую ступню. Её туфля блестит красным лаком под стулом, как выброшенная на берег лодка. Сёма опускает скатерть, смотрит на Андрея Андреича – тот занят обедом и не замечает, как расшалилась его молодая жена.

№ 16 (544) Читать
Эдвард Сашко

Эдвард Сашко

Кошки и собаки

Замена
 
– Ты с ума сошёл? Возьми и позвони ей.
Гена приклеивал деталь к корпусу пластмассового самолёта и говорил по громкой связи с Андреем.
– Да звонил я, но никак не могу дозвониться. Ты же знаешь, девушкам телефон нужен, как украшение, а не чтобы по нему звонить. У нас свидание через полчаса, а я застрял в какой-то дыре за городом. Ну, Генка, ну, пожалуйста.
– Если не сходишь, ничего страшного не будет. Она у тебя не первая и не последняя.
– Ты не понимаешь, это мечта всей жизни! Я не хочу такую терять. Не прийти на первое свидание – и так лажа, а если не сообщить об этом... Да она меня... Сам понимаешь. Ну? Генка?
У Гены деталь выпала из рук, несмотря на то, что он старательно прикладывал её туда, где она должна была быть.
– Да что ж такое?
– Это да?
Гена посмотрел на несобранную модель самолёта.

№ 15 (543) Читать
Александр Царикаев

Александр Царикаев

Теология поэзии (часть 1)

Главы из книги
 
Вместо предисловия
 
Богоутрата – это пространство, границы которого определены расстоянием от Бога-Добра до Бога-Любви, иначе говоря, пространство, в котором Бог перестал быть Добром, но ещё не открылся как Любовь.
Поэзия как таковая есть своего рода Церковь Бунта. Необходимо понять, что поэзия, понятая как богоборчество, не прихоть эстетствующего ума, но суровая необходимость, предписывающая человеку взять на себя дело творения собственной жизни – поэзия переходит к непосредственному жизнестроительству. Церковь Бунта решает высокую задачу – удовлетворить потребность в стержневых миросозерцательных устоях. Коль скоро угас божественный светоч – источник всех на свете смыслов, то отныне есть только везде и всегда присутствующее отсутствие бытийной непреложности – пустота – в россыпи случайных вещей.

№ 15 (543) Читать
Александр Ралот

Александр Ралот

Матушка

Матушка
(Рассказ основан на реальных исторических событиях.)
 
1803 год. Кромской уезд. Село Холодово. Дом отчима Сомова.
 
Шестнадцатилетняя Варвара отошла от окна и кинула взгляд на зеркало. Оттуда на девушку смотрело угловатое некрасивое лицо.
– Да уж. Такую уродину никто и никогда замуж не возьмёт, – пронеслось у неё в голове. – Боже, ну за что этакое наказание? Когда матушка была жива, хоть изредка, но всё же заступалась. Оберегала от ирода-отчима. А нынче при каждом удобном случае старается зажать в углу. И глядит, окаянный, уж никак на дочку, приёмную, а... И ведь обязательно добьётся своего. Найдёт способ опоить зельем специальным или того хуже – силой возьмёт... Останется только одно, головой в прорубь. Не жить же на белом свете с позором тяжким. Да и его родные доченьки подсобят! С превеликим удовольствием.

№ 14 (542) Читать
Цветана Шишина

Цветана Шишина

Библейские мотивы

У моря Галилейского
Утомлённый путник присел на большой камень у дороги. За спиной у него высилась гора, а пред ним расстилалась голубая чаша Галилейского моря. Путник залюбовался водной гладью. Та блестела в закатных солнечных лучах. По форме и золотому отблеску на воде озеро напоминало покрытый лаком кинар*. 
У кромки воды суетились рыбаки. Они вытаскивали на берег свои судёнышки, подвязывали парус, развешивали на кольях сети для просушки. Приближался вечер, и тень горы уже накрывала деревню, разбросанную на берегу. У тихих домиков хозяйки занимались последними приготовлениями к ночи. А рядом с деревней в лагере римлян-строителей, уже проложивших главную улицу Кардо, дымились костры, на которых для них готовился ужин. Из расположенной в центре посёлка синагоги возвращались мужчины после вечерней молитвы.

№ 13 (541) Читать
Сергей Кузнечихин

Сергей Кузнечихин

На чисто русском, без жаргона

Акцент-45. Подборка стихотворений Анатолия Третьякова «На ладонях моей земли».
 
Существует расхожее мнение, что поэты – вечные дети. На мой взгляд, весьма спорное, но к Анатолию Третьякову оно подходит без оговорок. В нём благоухал весь букет детских особенностей – от наивного любознательного обаяния до капризного нежелания понимать заботы взрослых людей. О нём легко рассказывать и, главное, есть что рассказать. Но рассказывать надо весело, без «хрестоматийного глянца», иначе это будет не Третьяков. Ни одно поэтическое застолье не обходилось без анекдота из жизни Третьякова, он был лёгкий человек, мог пошутить над другими и не обижался, когда шутят над ним. Его не мучила потребность в самоутверждении, потому что никогда не сомневался в своём даре, и эта уверенность передавалась другим, даже тем, кому его лирика была чужда.

№ 12 (540) Читать
Игорь Терехов

Игорь Терехов

Река времён

Фиолетовая бабочка
 
Памяти В.Г. Кисунько
 
Фиолетовая ночная бабочка прячется в вазе со сливами. Со сложенными крыльями она напоминает самолёт-невидимку «Стеллс». Пока они летают только над Югославией. Но скоро начнут залетать и в наше воздушное пространство. Собака охотится на залетающих в распахнутое окно насекомых. Бабочку не замечает. Маленькая такса беспощадно преследует эскадрильи ночных жуков и мотыльков. Не собака, а мобильный комплекс ПВО. Милует она только очаровательных зеленокрылых существ, чьи повадки напоминают эльфов. Рядом на диване безмятежно раскинулась Флора. Так спят только памятники старой Европы. Чтобы такса не нарушала её покой, приходится выключать ночник. В темноте можно читать про себя стихи. Из дочерей Ликамба только старшую. Директор классической гимназии переводил древних на язык родных осин.

№ 11 (539) Читать