Рубрика: Новый Монтень

Цветана Шишина

Цветана Шишина

Миниатюры

Пуговица
 
Я – пуговица. Пуговица из голубого чистой воды аквамарина. Знаменитый мастер в давние времена выточил меня, огранил и оправил в золотое кольцо на высокой ножке. И вот я первой в ряду подруг радостно сверкаю на камзоле сановника рядом с Орденом Белого Орла. И это соседство придаёт мне значимости. Однажды не выдержала моя нитка и я, сломя голову, покатилась по мраморному полу. От стыда спряталась я за ножку книжного шкафа. Многие годы провела я невольницей в душной темнице.
Но однажды исчез мой страж – огромный шкаф, и первый же луч света позволил мне блеснуть. Меня подняли мягкие девичьи пальцы. Они обтёрли меня изящным платочком, и я снова засверкала в полной красе. Те же пальцы прикрепили меня к банту из голубой атласной ленты, и я стала украшением на платье.

№ 30 (522) Читать
Владимир Алейников

Владимир Алейников

Кошка и собака

1
 
Вспоминаю, как навестили меня в одном доме, в семьдесят первом году, сразу трое моих друзей-приятелей – Игорь Холин, Генрих Сапгир и Эдик Лимонов.
Они прикатили ко мне с целым мешком симпатичных, маленьких бутылок пива – «Рижского», вроде, – пожалуй, оно продавалось в те годы в таких вот бутылочках, – трудно мне, человеку, давно уж непьющему, взять да так вот всё сразу и вспомнить – и название пива, и прочие, выпивонных баталий, детали и подробности, – это вспомнят могикане богемы пьющие, к ним за справками и обращайтесь, для меня это всё – в былом.
Гости мои загрузили бутылками ванну, заполненную холодной водой, сразу ставшую похожей на склад стеклотары. Они доставали оттуда бутылки – непрерывно, одну за другой, открывали их, пиво пенилось, они наливали его в стаканы – и пили, пили, пили.

№ 29 (521) Читать
Владислав Пеньков

Владислав Пеньков

Из писем Наташе (часть 2)

Чего я хочу как художник?
 
Однажды шли Заблудившийся трамвай и Аннушка
с маслом, нет – Наташа с маслянистым сладким
вином. И в Бургосе стало на одну голову меньше.
Давно это было. А голова так и не соскучилась
по плечам. Ей – отдельной – легче кружиться.
В.П.
 
2020
31 августа 23:39
 
Дожить бы до февраля. Именно в феврале отряд, впервые ударивший в барабаны в начале августа, сворачивает с неба и отворачивает от моего дома. И уходит, со смолкающим барабаном. Числа так одиннадцатого он ещё вроде крепко там, а шестнадцатого и начинается его отступление. Недаром, наверное, не в другие дни, в эти первые дни света в году.
 
29 августа
 
Я сейчас про подборку. Начну неожиданно (?). Для меня не только твои, но и вообще – лучшие ст-ния, и вот эта подборка, вызывают всегда похожее чувство.
Это чувство – ощущение мимо.

№ 29 (521) Читать
Галина Булатова

Галина Булатова

Бунтовщик с походкой дуэлянта

(о книге Виктора Хатеновского «В застенках рая», М.: Российский писатель, 2018)

Книга стихов Виктора Хатеновского «В застенках рая» вышла в юбилейный для автора год и представляет собой калейдоскоп поэтических откровений сквозь призму трёх с половиной десятилетий. Уже в двадцать пять поэт написал сделавшее его узнаваемым и цитируемым посвящение Марине Цветаевой:
 

За неженскую
Мощь и силищу
Твоим словом я
Воздух вымощу.
За талант в крови –
На глазах – толпы
Я слезами Вам
Ноги вымыл бы.
 
Именно с этих строк, как мне кажется, началось восхождение Виктора Хатеновского на поэтический Олимп, кровавый и беспощадный. Желая счастья и здоровья своему ангелу, музе, поэт добавляет: «Уходи!.. А мне пора / Шею брить для топора». Немногим позже этот символический топор заберёт у поэта отца:
 

Жил без племени, без рода.

№ 28 (520) Читать
Эмилия Песочина

Эмилия Песочина

Ангел Холодной Горы

1
 
22 июня 1941 года, ранним воскресным утром, Евдокия затеяла варить борщ. Муж и девятилетняя дочка Тамара ещё не вставали, старенькая свекровь, Елена Саввична, баба Елена, тоже пока возилась в своей кровати, кряхтя и вздыхая. «Вот и хорошо! Пока не жарко, всё приготовлю!» – думала Дуся. Она уже успела смотаться на Холодногорский базарчик, находившийся, по счастью, напротив дома, и прикупить молодых овощей, маленький кусочек свежей свининки с косточкой, пахучей зелени, и по очереди отправляла свои приобретения в стоящую на стареньком примусе кастрюлю с кипящим мясным бульоном. В погреб были отнесены жёлто-кремовый творог и банка густой сметаны, в которой ложка едва поворачивалась. Хозяйка собиралась лепить вареники. Словом, обед готовился знатный, и Дуся предвкушала удовольствие. Она собиралась отнести угощение ещё и старенькой матери, жившей через три улицы.

№ 27 (519) Читать
Виталий Бережной

Виталий Бережной

Чистая душа

Стихотворение в прозе
 
Акцент-45: На поднадоевший вопрос о пресловутом информационном поводе автор стихотворения в прозе «Чистая душа» воскликнул: «Братцы! Какой ещё информационный повод нужен?! Вот он, один-единственный и самый убедительный: жив-здоров человек и только недавно, чуть не в 80 лет, вышел на пенсию. Настоящий герой труда. Ну хорошо: точнее – героиня!».
 
…В перепутанных проулках посёлка Нежинский я не сразу нашёл её дом. Она стояла на балконе второго этажа старой трёхэтажки и смотрела на меня. Простая русская женщина (стоп, украинка, но для неё принципиальной разницы нет), тургеневский тип из «Стихотворений в прозе»: София Васильевна Яценко. Конечно, если знать место, то найти этот дом легко…
 
Цитата из характеристики
София Васильевна Яценко – мастер-овощевод бригады №1 ООО «Тепличное».

№ 26 (518) Читать
Владислав Пеньков

Владислав Пеньков

Из писем Наташе (часть 1)

Какой я человек?..
 
Ну вот, я спасён. Удаляется бриг.
Придётся оставшимся скверно.
Но всё поправимо, как знаем из книг
забытого временем Верна.
В. П.
 
 
Я не умею красиво про счастье, я только знаю,
какое оно бывает в четырёх тысячах писем.
Н.П.
 
2020
3 июля 18:39
 
Я ведь родился с сильным религиозным чувством. Для веры в Бога, а в каком виде она проявится – так как у Руслана, так как у тебя, так как у меня – это уже второе, надо родиться религиозным. Я ведь вижу твои, насквозь пронизавшие твою жизнь отношения с Богом, на фоне которых Валера выглядит дьячком перед Папой, сектантиком из комсомольского комитета, да не надо много говорить, Книга Иова у нас у всех под рукой. Атеистка из тебя, скажу честно, обхохотаться. Ты ведь в каждом ст-нии не с людьми счёты сводишь. Поэтому и не поэтесса ты.

№ 26 (518) Читать
Михаил Синельников

Михаил Синельников

Стих расхожий

Александра Петровича Межирова нет с нами уже 11 лет. Но он остаётся моим постоянным и наинужнейшим собеседником. Я часто думаю о том, что он мог бы сказать в ныне возникающих ситуациях. И мнится, угадываю...
 
* * *
 
Не знаю лучшего определения поэзии, чем русское старинное: «сопряжение далековатых идей». Вот сравнительно позднее стихотворение Александра Межирова, примечательное по содержанию и удивительное композиционно:
 

Чуть наклонюсь и варежку сырую
На повороте подниму со льда,
Подумать странно, как тебя ревную
И как люблю… Должно быть навсегда….
 
Ещё болезни наши, наши морги,
Могилы наши – ох как далеко!
И я черчу весёлые восьмерки
На раскалённом льду ЦПКО.
 
Мне подражать легко, мой стих расхожий,
Прямолинейный и почти прямой,
И не богат нюансами, и всё же,
И вопреки всему, он только мой.

№ 26 (518) Читать
Сергей Глущенко

Сергей Глущенко

Аура окраины

О книге «Против течения: избранное» Анатолия Богатых
 
Анатолий Богатых (1956 – 2015) – на мой взгляд – один из самых сильных русских поэтов конца 20 – начала 21 века. При жизни он не занимался самопиаром, поэтому его имя было известно только истинным любителям поэзии.
В настоящее издание вошло самое лучшее из написанного Анатолием Богатых. Полностью включено последнее прижизненное и выверенное автором издание книги стихотворений «Под уездной звездой» (2012), за которую поэт получил престижную Горьковскую литературную премию, а также избранные рассказы и эссе.
Значительную часть издания занимают уникальные воспоминания о поэте его родных, близких, друзей, критиков, читателей.                                                    
В «Приложении» публикуются некоторые стихи, не вошедшие в сборник «Под уездной звездой».

№ 25 (517) Читать
Дмитрий Воронин

Дмитрий Воронин

Крохобор

Нелегко в настоящее время жить писателю, ох, нелегко. Сами посудите, книги не выпускают, а если и выпускают, то экземпляров пятьсот, а если и пятьсот, то гонорары не платят, мало того что не платят, так ещё за свой счет приходится издавать. А какой у писателя счет, если его книжки не выпускают, а если и выпускают, то гонорары не платят, а если не платят, так где тогда денег взять? Говорят, вот у спонсоров или меценатов. А если писатель в деревне живет, то какие в деревне спонсоры и меценаты? Разве что Ашот Саркисович, который магазин открыл при дороге. Так ведь он книг не читает, а если и читает, то всё больше по бухгалтерии или по законам, как от налогов увильнуть. Только писатель не бухгалтер и не юрист тем более. Нет в нём Ашоту Саркисовичу особой надобности, разве что только руку пожать для важности – всё ж чудной человек писатель, где ещё такого встретишь.

№ 23 (515) Читать
Анна Агнич

Анна Агнич

Артур

От автора: один уважаемый критик принял этот рассказ за фантастический, подражание Стругацким. К сожалению, это быль.
 
Кликуху дали мне во дворе обидную. Я был тощим и роста среднего, зато на турнике солнышко крутил и через перекладину сигал лучше всех. Так что Блохой меня прозвали от зависти.
Когда случилась та заварушка на атомной станции, я как раз восьмой класс оканчивал. Мать радиации боялась, заставляла дома сидеть, только разве я слушал? Ага, счас! Гонял в футбол целый день, и ничего мне не делалось. Радиация, она на слабых действует. А кто крепкий – тому по барабану. Естественный, так сказать, отбор.
Ну вот, реактор этот рванул весной, а где-то в начале лета подваливает ко мне Сопля. Тоже кликуха ничего, да? Ну, его как раз прозвали за дело – он дохлячий, соплёй перешибешь, и вечно сморкается.
– Слышь, Блоха!
– За Блоху получишь, – спокойно отозвался я. Мы оба знали, я его не стану бить.

№ 22 (514) Читать
Таня Лоскутова

Таня Лоскутова

А на правом берегу...

«... Ах, право, не стоило давешнюю историю вспоминать... Быльём, быльём поросло, было, да уж нету...» «...Два кусочка не передадите ли... Нет,
нет, я так, вприкуску...» «Ах, как Вы неловки, не обварились ли, случаем?..»
 
Вдоль правого берега, один за одним – овальные столики; крахмальные скатерти, падая на платья сидящих дам, ласково шуршат... Ветерок с реки подхватывает белый носовой платок с белым, шёлком вышитым, вензелем и несёт, несёт, неведомо куда...
Широкие поля шляп тоже покачиваются ветром; убаюканные ритмичными движениями дамы замолкают... Изредка, «белой лебедью», порхнёт над столом широкий рукав с двумя рядами оборок, да тут же и скроется вместе с выпростанной из него круглой рукою...
 
Иногда я открываю глаза, опускаю весло на покрасневшие от солнца колени и смотрю в небо... Мне нет резона смотреть на правый берег: платья бледных тонов, кружевные шали, легкий перезвон фарфоровых чашек, плавно ставящихся на блюдечки.

№ 21 (513) Читать