Наум Коржавин

Наум Коржавин

Кто на кладбище ходит, как ходят в 
     музеи, 
А меня любопытство не гложет — успею. 
Что ж я нынче брожу, как по каменной 
     книге, 
Между плитами Братского кладбища в 
     Риге? 
  
Белых стен и цементных могил панорама. 
Матерь–Латвия встала, одетая в мрамор. 
Перед нею рядами могильные плиты, 
А под этими плитами — те, кто убиты.— 
Под знаменами разными, в разные годы, 
Но всегда — за нее, и всегда — за 
     свободу. 
  
И лежит под плитой русской службы 
     полковник, 
Что в шестнадцатом пал без терзаний 
     духовных. 
Здесь, под Ригой, где пляжи, где крыши 
     косые, 
До сих пор он уверен, что это — Россия. 
  
А вокруг все другое — покой и Европа, 
Принимает парад генерал лимитрофа. 
А пред ним на безмолвном и вечном 
     параде 
Спят солдаты, отчизны погибшие ради. 
Независимость — вот основная забота. 
День свободы — свободы от нашего 
     взлета, 
От сиротского лиха, от горькой стихии, 
От латышских стрелков, чьи могилы в 
     России, 
Что погибли вот так же, за ту же 
     свободу, 
От различных врагов и в различные годы. 
Ах, глубинные токи, линейные меры, 
Невозвратные сроки и жесткие веры! 
  
Здесь лежат, представляя различные 
     страны, 
Рядом — павший за немцев и два 
     партизана. 
Чтим вторых. Кто–то первого чтит, как 
     героя. 
Чтит за то, что он встал на защиту 
     покоя. 
Чтит за то, что он мстил,— слепо мстил 
     и сурово 
В сорок первом за акции сорокового. 
Все он — спутал. Но время все спутало 
     тоже. 
Были разные правды, как плиты, похожи. 
Не такие, как он, не смогли 
     разобраться. 
Он погиб. Он уместен на кладбище 
     Братском. 
  
Тут не смерть. Только жизнь, хоть и 
     кладбище это... 
Столько лет длится спор и конца ему 
     нету, 
Возражают отчаянно павшие павшим 
По вопросам, давно остроту потерявшим. 
К возражениям добавить спешат 
     возраженья. 
Не умеют, как мы, обойтись без решенья. 
  
Тишина. Спят в рядах разных армий 
     солдаты, 
Спорят плиты — где выбиты званья и 
     даты. 
Спорят мнение с мнением в каменной 
     книге. 
Сгусток времени — Братское кладбище в 
     Риге. 
  
Век двадцатый. Всех правд острия 
     ножевые. 
Точки зренья, как точки в бою огневые. 
  
          1962


Популярные стихи

Саша Чёрный
Саша Чёрный «Вешалка дураков»
Александр Твардовский
Александр Твардовский «Июль - макушка лета...»
Евгений Винокуров
Евгений Винокуров «Москвичи»
Алексей Плещеев
Алексей Плещеев «Могила»
Владимир Маяковский
Владимир Маяковский «Из поэмы «Хорошо!»»
Маргарита Агашина
Маргарита Агашина «Ах вы, ребята, ребята...»
Фридрих Шиллер
Фридрих Шиллер «Пегас в ярме»