Мила Машнова

Мила Машнова

Четвёртое измерение № 15 (363) от 21 мая 2016 г.

Подборка: Так забывают имя

* * *

 

Голос молчания – вязкая топь

В мире чернеющих ртов.

По языку барабанная дробь

Бьёт от несказанных слов.

 

Тени – на завтрак, дым – на обед,

К ужину – едкий туман.

У тишины одиночества цвет,

Запах – пьянящий шафран.

 

Крик распинает на клятом кресте,

Ржавые гвозди вбив,

Тот, кто услышанным быть захотел,

Срок немоты отбыв.

 

Так обнимают жизнь у черты

Смерти под куполом тьмы.

Так забывают имя, черты,

Тех, чьи тускнеют умы.

 

Голос – молчания вязкая топь

В мире метрических «до».

По барабанным – несказанность-дробь.

Из «решено» в «решето»...

 

 

Аэропорт, вокзал

 

Я стану ещё сочнее,

Когда перекрашусь в рыжий,
Когда изменю причёску
И стану дерзить в ответ.
С колье от Шанель на шее,
С билетом на рейс до Парижа
Я стану тебе нужнее,
Чем пища, вода и свет.

Молчанье ломает судьбы,
Оно – колыбель гордыни,
Которая мёртвой ночью
Таращит вовсю глаза.
За пояс его заткнуть бы,
Но мы, притворясь немыми,
Предпочитаем сухо…
Аэропорт, вокзал…

 

Ты не ездишь в метро

 

Ты не ездишь в метро и не пробуешь губы

Разных женщин на вкус, как напитки – гурман.

Судьбы близких людей для тебя – лишь зарубы

На бортах твоей жизни, где ты – капитан.

 

Ты не пишешь стихов или вычурной прозы,

Претендуя на славу, поклонников, спрос…

Только Бог о тебе может делать прогнозы,

Ну, а я продолжаю любить на износ.

 

Облачённый в тончайшее высокомерье,

С постоянством, в котором читается смерть,

Ты приходишь во сне, громко хлопая дверью,

Из-под ног выбивая небесную твердь.

 

Я гляжу на тебя взглядом раненой птицы,

Уронив телефон, заменивший перо…

Если б только ты знал, как, нарушив границы

Этих снов, я хочу тебя встретить в метро!

 

* * *

 

Я вдавлена молчаньем в сырость улиц,

Глаза-предохранители пусты –

Перегорели осенью. Сомкнулись.

Но не успели до конца остыть.

 

Свидетели моей печали немы,

Как я сама, то – луны фонарей.

Дань моде отдаю – борюсь с системой,

Шагаю каждый день в толпе людей.

 

Храню в крови четыре литра тайны,

Но тишина разносит на куски…

И вены замыкаются трамвайным

Кольцом на лучевой моей руки.

 

А счастье что? Оно – пустая гильза,

И этикет потерь его нелеп.

Ты, так же, как и я, давно нанизан

На дьявольский костяк его побед.

 

Забирай эти сны

 

Забирай эти сны одиночества

Или просто возьми напрокат,

Ощути, как целуется ночь в уста,

Когда месяц – мой враг, а не брат.

 

Обернись в паутину отчаянья,

Словно в шёлковую простыню,

И мелодию слушай молчания,

Я её пустотой начиню.

 

Ты услышишь, как время становится

На носочки и мимо идёт,

Как чужая душа-беспризорница

Истерит, когда чувствует гнёт;

 

Как безбожник за стенкою молится,

Отдавая от сердца ключи,

И приходит старуха-бессонница

И в безмолвии этом кричит.

 

* * *

 

Мне тебя не забыть,

даже если падут небеса,

даже если Земля

прекратит круговое вращенье,

среди тысяч других,

я твои распознаю глаза,

даже если их встречу

в ином, неземном измереньи.

 

Солнце может устать

совершать ежедневный маршрут,

время ластиком может стирать

мою хлипкую память…

Мне тебя не забыть

ни на миг, ни на десять минут –

Ты вплетён в ДНК,

как единственно верный орнамент.