Михаил Кузмин

Михаил Кузмин

Я шел дорожкой Павловского парка, 
Читая про какую-то Элизу 
Восьмнадцатого века ерунду. 
И было это будто до войны, 
В начале июня, жарко и безлюдно. 
«Элизиум, Элиза, Елисей», - 
Подумал я, и вдруг мне показалось, 
Что я иду уж очень что-то долго: 
Неделю, месяц, может быть, года. 
Да и природа странно изменилась: 
Болотистые кочки все, озерца, 
Тростник и низкорослые деревья, - 
Такой всегда Австралия мне снилась 
Или вселенная до разделенья 
Воды от суши. Стаи жирных птиц 
Взлетали невысоко и садились 
Опять на землю. Подошел я близко 
К кресту высокому. На нем был распят 
Чернобородый ассирийский царь. 
Висел вниз головой он и ругался 
По матери, а сам весь посинел. 
Я продолжал читать, как идиот, 
Про ту же все Элизу, как она, 
Забыв, что ночь проведена в казармах, 
Наутро удивилась звуку труб. 
Халдей, с креста сорвавшись, побежал 
И стал точь-в-точь похож на Пугачева. 
Тут сразу мостовая проломилась, 
С домов посыпалася штукатурка, 
И варварские буквы на стенах 
Накрасились, а в небе разливалась 
Труба из глупой книжки. Целый взвод 
Небесных всадников в персидском платьи 
Низринулся - и яблонь зацвела. 
На персях же персидского Персея 
Змея свой хвост кусала кольцевидно, 
От Пугачева на болоте пятка 
Одна осталась грязная. Солдаты 
Крылатые так ласково смотрели, 
Что показалось мне - в саду публичном 
Я выбираю крашеных мальчишек. 
«Ашанта бутра первенец Первантра!» - 
Провозгласили, - и смутился я, 
Что этих важных слов не понимаю. 
На облаке ж увидел я концовку 
И прочитал: конец второго тома. 
  
          1922


Популярные стихи

Расул Гамзатов
Расул Гамзатов «Журавли»
Андрей Дементьев
Андрей Дементьев «Я ничего и никому не должен»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Шаганэ»
Вероника Тушнова
Вероника Тушнова «Люблю?»