Михаил Кузмин

Михаил Кузмин

1 
  
Ложится снег... Печаль во всей природе. 
В моем же сердце при такой погоде 
Иль в пору жарких и цветущих лет 
Печаль все о тебе, о мой корнет, 
Чью прядь волос храню в своем комоде. 
  
Так тягостно и грустно при народе, 
Когда приедет скучный наш сосед! 
Теперь надолго к нам дороги нет! 
Ложится снег. 
  
Ни смеха, ни прогулок нет в заводе, 
Одна нижу я бисер на свободе: 
Малиновый, зеленый, желтый цвет - 
Твои цвета. Увидишь ли привет? 
Быть может, ведь и там, в твоем походе 
Ложится снег! 
  
2 
  
Я видела, как в круглой зале 
Гуляли вы, рука с рукой; 
Я слышала, что вы шептали, 
Когда, конечно, вы не ждали, 
Что мной нарушен ваш покой. 
  
И в проходной, на геридоне 
Заметила я там письмо! 
Когда вы были на балконе, 
Луна взошла на небосклоне 
И озарила вас в трюмо. 
  
Мне все понятно, все понятно, 
Себя надеждой я не льщу!.. 
Мои упреки вам не внятны? 
Я набелю румянца пятна 
И ваш подарок возвращу. 
  
О кошелек, тебя целую; 
Ведь подарил тебя мне он! 
Тобой ему и отомщу я: 
Тебя снесу я в проходную 
На тот же, тот же геридон! 
  
3 
  
Раздался трижды звонкий звук, - 
Открыла нянюшка сундук. 
На крышке из журнала дама, 
Гора священная Афон, 
Табачной фабрики реклама 
И скачущий Багратион. 
И нянька, наклонив чепец, 
С часок порылась. Наконец 
Из пыльной рухляди и едкой, 
Где нафталин слоями лег, 
Достала с розовою меткой 
Зеленый длинный кошелек. 
Подслеповатый щуря глаз, 
Так нянька начала рассказ: 
«Смотри, как старый бисер ярок, 
Не то что люди, милый мой! 
То вашей матушки подарок. 
Господь спаси и упокой. 
Ждала дружка издалека, 
Да не дошила кошелька. 
Погиб дружок в дороге дальней, 
А тут приехал твой отец, 
Хоть стала матушка печальней, 
Но снарядилась под венец. 
Скучала или нет она, 
Но верная была жена: 
Благочестива, сердобольна, 
Кротка, прямая детям мать, 
Всегда казалася довольна, 
Гостей умела принимать. 
Бывало, на нее глядим, - 
Ну, прямо Божий Херувим! 
Волоски светлые, волною, 
Бела, - так краше в гроб кладут. 
Сидит вечернею порою 
Да на далекий смотрит пруд. 
Супруг же, отставной гусар, 
Был для нее, пожалуй, стар. 
Бывало, знатно волочился 
И был изрядный ловелас, 
Да и потом, хоть и женился, 
Не забывал он грешных нас. 
Притом, покойник сильно пил 
И матушку, наверно, бил. 
Завидит на поле где юбки, 
И ну, как жеребенок, ржать. 
А что же делать ей, голубке, - 
Молиться да детей рожать? 
Бледней, худее, что ни день, 
Но принесла вас целых семь. 
В Николу, как тебя крестили, 
Совсем она в постель слегла 
И, как малиной ни поили, 
Через неделю померла. 
Как гроб был крышкою закрыт, 
Отец твой зарыдал навзрыд; 
Я ж, прибирая для порядка, 
Нашла в комоде медальон: 
Волос там светло-русых прядка, 
А на портрете прежний, «он». 
С тех пор осиротел наш дом...» 
Отерла тут глаза платком 
И крышкою сундук закрыла. 
«Ах, няня, мать была святой, 
Когда и вправду все так было! 
Как чуден твой рассказ простой!» 
«Святой? Святой-то где же быть, 
Но барыню грешно забыть. 
Тогда ведь жили все особо: 
Умели сохнуть по косе 
И верность сохранять до гроба, - 
И матушка была как все». 
  
          Сентябрь 1912

Поэтическая викторина

Популярные стихи

Наум Коржавин
Наум Коржавин «Дети в Освенциме»
Вероника Тушнова
Вероника Тушнова «А знаешь, все еще будет!»
Роберт Рождественский
Роберт Рождественский «Раскачивается вагон»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Пустые слова»
Илья Сельвинский
Илья Сельвинский «Юность (Венок сонетов)»