Михаил Кузмин

Михаил Кузмин

Даже лошади стали мне слонов огромней! 
Чепраки ассирийские давят 
Вспененных боков ущелья, 
Ужасен зубов оскал!... 
И ливийских солдат веселье, 
Что трубой и горлами вождя славят, 
Тяжело мне, 
Как груз сплющенных скал. 
Я знаю, что был Гомер, 
Елена и павшая Троя. 
Герои 
Жрали и дрались, 
И по радуге боги спускались... 
Муза, музища 
Плоской ступней шагала, 
Говоря во все горло... 
Милая Музенька 
Пальчиком стерла 
Допотопные начала. 
Солнце, ты не гори: 
Это ужасно грубо, 
- Только зари, зари, - 
Шепчут пересохшие губы, - 
Осенней зари полоской узенькой! 
  
Сегодня странный день. 
Конечно, я чужд суеверий, 
Но эта лиловая тень, 
Эти запертые двери! 
Куда деваться от зноя? 
Я бы себя утопил... 
(Смерть Антиноя!) 
Но ужасно далеко Нил. 
Здесь в саду 
Вырыть прудок! 
Будет не очень глубок, 
Но я к нему приду. 
Загородиться ото всего стеною! 
Жизнь, как легкий из ноздрей дымок, 
Голубок, 
Вдали мелькнувший. 
Неужели так и скажут: «Умер»? 
Я никогда не думал, 
Что улыбку променяю на смех и плач. 
Мне противны даже дети, 
Что слишком шумно бросают мяч. 
Я не боролся, 
Был слаб, 
Мои руки - плети, 
Как неграмотный раб, 
Слушал набор напыщенных междометий. 
И вдруг, 
Мимо воли, мимо желаний, 
разверзся невиданных зданий 
Светозарный ряд, 
Из бледности пламя исторг. 
Глашатаем стал бородатый бродяга, 
И знание выше знаний, 
Чище любви любовь, 
Сила силы сильнейшая, 
Восторг, - 
Как шар, 
Кругло, круто, 
Кричаще, кипяще 
Кудесно меня наполнили. 
  
Эон, Эон, Плэрома, 
Плэрома - Полнота, 
До домного до дома, 
До тронного до трона, 
До звона, громозвона, 
Ширяй, души душа! 
Сила! Сила! Сила! 
Напряженные мышцы плети! 
Громче кричите, дети, 
Красный бросая мяч! 
Узнал я и смех и плач! 
Что Гомер? 
Сильней лошадей, солдат, солнца, смерти 
и Нила, - 
Семинебесных сфер 
Кристальная гармония меня оглушила, 
Тимпан, воркуй! 
Труба, играй! 
Вой, бей! 
Вихрь голубей! 
Орлов клекот! 
Стон лебедей! 
Дух, рей, 
Вей, вей, 
Дверей 
Райских рай! 
Рай, рай! 
В руке у меня был полированный камень, 
Из него струился кровавый пламень, 
И грубо было нацарапано слово... 
  
          1917


Популярные стихи

Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Шесть лет спустя»
Владимир Маяковский
Владимир Маяковский «Ко всему»
Уильям Батлер Йейтс
Уильям Батлер Йейтс «Когда ты состаришься»
Александр Твардовский
Александр Твардовский «Жестокая память»
Аполлон Майков
Аполлон Майков «Колыбельная песня»
Валентин Гафт
Валентин Гафт «Мосты»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Ты не сомневайся»