Марина Саввиных

Марина Саввиных

Четвёртое измерение № 15 (183) от 21 мая 2011 г.

Подборка: Словом единым...

* * *

 

Что поёшь мне, скворец, – упокой или здравие?

Колокольцев своих для меня не жалей!

Кто поставил багряное Слово в заглавие

Вовсе было законченной книги моей?

 

– Тот, кто помнит конечное всё и начальное:

Тьму начал без концов и концов без начал...

Это Слово багряное, Слово печальное –

Твой восход и закат, твой полёт и причал... 

 

Облака

 

Они медлительно кружили

Над нами в бездне голубой.

Наверное, не заслужили

Ни их вниманья мы с тобой,

Ни права истинное имя

Фамильной меткой в кулаке

Зажать, чтоб стать для них своими

И говорить, как с ровней, с ними

На докембрийском языке…

 

О чём они? О том, что снова

На горизонте вспыхнул свет…

О нас же, смертных, – ни полслова,

Как будто нас и вовсе нет…

 

И плыли, и преображались,

Рассеиваясь в тонкий прах,

И вместе с небом отражались

В твоих внимательных зрачках…

 

* * *

 

Из этой боли суть ее извлечь –

И превратить в единственное слово,

Да так, чтоб после не утратить речь,

Платя с лихвой за золото улова...

 

Немыслимое это мастерство

Исполнено такой смертельной муки,

Что впору отказаться от него

И навсегда окаменеть в разлуке!

 

Так что ж тогда и временный успех,

И гонка за земной непрочной славой,

Когда слова, что вожделенней всех,

На сердце оставляют след кровавый?!

 

* * *

 

Кто ощутил восторг именованья –

Испепелясь в пылу соревнованья,

Но всё-таки восстав среди руин, –

Тот Богу уподобился один!

 

Ни возгласа, ни шороха – ни звука...

Лишь ты да тьма... да вещей крови звон:

Себя перемогающая мука

Из ничего явившихся имён...

 

* *

 

О, мне не надо утешения –

Один Господь меня утешит:

Меж облачного мельтешения

Кору с души моей отешет!

 

Что ж! нет взаимопонимания,

Слияние недостижимо!

Но разве легче сочетание

Живого пламени и дыма?

 

Мой ангел! посвяти парение

Глухому обмороку тела –

Не вознесенья, а смирения

Я так хотела... так хотела...

 

Три сонета

 

1.

 

Разве ты не возвышен привычным порядком:

Стоит только тяжёлые веки сомкнуть.

Вылетает душа за таинственным взятком,

Обнаружив свою внетелесную суть?!

 

И каким бы тогда ни клубился упадком

Обомлевшей империи слякотный путь, –

Ты в своём словаре, неожиданно кратком,

Для вчера и для завтра найдёшь что-нибудь...

 

Но текущей минуты бряцанье и топот!

Но никчемность, но стыд, но больные глаза!..

– Не гнушайся, дитя! это – подлинный опыт!

Это страхом во прах, а судьбой – в небеса,

 

В кристаллический холод разумного мрака,

Под надзор справедливых светил Зодиака!

 

2.

     

    Суровый Дант не презирал сонета...

Пушкин

 

Не презирай сонета, милый друг,

За строгие формальные начала:

Когда ещё поэзия звучала,

Столь точно повторяя сердца стук?!

 

В решётку строчек втиснут каждый звук,

Чтобы строфа вздувалась и трещала,

Но мысль необозримую вмещала,

Замкнув и разомкнув собою круг.

 

Расставлены четырнадцать зеркал,

Друг другу сообщающих движенье,

И если остановишь отраженье –

Считай, что ты попался и пропал:

 

Коротенький щелчок – и ты внутри,

И вечно синим пламенем гори!

 

3.

 

Не жаль, что ничего не повторится,

Не жаль, что всё придумано не мной,

А жаль, что эта чистая страница

Мне не предстанет больше – целиной!

 

Останься же неведомой страной,

О, выдумка моя, о небылица!

Не торопись проститься с тишиной

И ливнем оглушительным пролиться,

 

Не нарушай округлость темноты

Младенческим своим косноязычьем,

Покуда не пресытилась безличьем

В живой воде немая тень звезды,

 

Предшественница зыбкая твоя,

Посланница иного бытия...

 

Из бездны…  

 

1.

 

Дрожит вокзал от пенья аонид…

Мандельштам 

 

Напрасно в свитках Мельпомены

Ты ищешь знаки перемен –

Все времена одновременны,

Как жесты каменных камен.

Что сколько стоит, что – бесценно?

И что есть истина? Как знать…

Судьба поставлена на сцену –

И каждый вынужден играть…

.............................................

Безглазый призрак наслажденья

Тебя пугает и манит,

Как незаметные движенья

Окаменевших аонид...

И лишь пред Богом сердце просит

Необоримый сбросить груз!

Душа тоскует – ветер носит

Мольбы прощающихся Муз,

Всё те же слёзы проливая,

Всё так же песни завывая…  

 

 

2.

 

Напиши обо мне, достославный филолог!

За кураж не брани, на слова не ропщи…

Век мой краток. Язык – неоправданно долог.

И за буквами смысла поди – поищи!

 

Я согласна с тобою вести разговоры,

Пусть по ходу ума растекается речь…

Отравивший вино моё перстень Изоры

Всё равно никому из него не извлечь!  

 

 

3.

 

Млечный Путь над рекою расплывчат и тощ.

Удержусь ли на шатком краю?

Я хочу в глубине этих шёлковых толщ

Испытать кистепёрость свою.

 

Мне не нужно сокровищ манящего дна:

Лишь бы телом волну проколоть:

Лунным льдом от макушки пронижет она

Мою тёплую тёмную плоть…

 

Расцвету в черноте серебристым цветком,

Блеском игл на лету изогнусь,

Шевельну, холодея, грудным плавником

И муреной под камень втянусь.

 

Если б только не жалобы ближних огней,

Не податливость лёгкой ладьи,

Не журчащая Речь под ладонью моей,

Не птенцы и не звёзды мои…