Марина Кудимова

Марина Кудимова

Семь камней, пять костей во дворе 
     забивают 
                                        
                                   с 
     эффектами грома. 
Домино доминирует – 
                                   как 
     отдуплишься из дома? 
  
И когда так бывало, что быть не могло 
     ещё хуже? 
Только небо не лжёт, и наплюй на 
     синоптиков, друже. 
  
Что они понимают в закате с прожилкой 
     бекона? 
Хватит булки отсиживать! 
                                        
      Ну-ка пойдём поглазеем с балкона. 
  
Вот и стартовый цикл темноты, 
                                        
             репетиция смерти безвидной 
     –  
Бутафорская старость 
                                  и 
     пыльная немощь с медлѝнкой, почти 
     не обидной. 
  
Ну, придёт и придёт, губоногая, как 
     сколопендра! 
Человек – это дом. 
                             
     Разрушается он постепенно. 
  
Постепенно и пиво не пенно, 
                                        
           и лира не лирна. 
И народ – это дом, 
                              
     многогласный и многоквартирный. 
  
Постепенно тишает соборное главное 
     слово, 
Постепенно слетается несыть, 
                                        
            кружѝт возле фонда жилого. 
  
Постепенно отходят обои от перегородок 
     фанерных. 
Что вам надо 
                      от наших панелек, 
     хрущобок и сталинок верных? 
  
Наши души оставьте архангелам, 
                                        
                или аль-маутам, 
                                        
                                        
       или харонам. 
Ошибаетесь! 
                    Мы ни хрена не 
     завидуем вашим хоромам. 
  
Мы, до колик наслушавшись ваших речей и 
     велений, 
Не забыли своих коммуналок, своих 
     подселений! 
  
Не забыли, как тырился вождь в 
     генеральские Горки, 
Как насильно впирался в модерн 
     Рябушинского Горький. 
  
Образами мы печки топили, 
                                        
        но с гаком и с верхом 
Все кровями отмыты 
                                подо 
     Ржевом и под Кёнигсбергом. 
  
И, пока не дошло до замеса, – короче, 
     до драки, 
По-хорошему просим: 
                                  не 
     трогайте наши бараки! 
  
Наши лавки лоснёные, наших дворняг, 
     наше дно городское, 
Гаражи с «ижаками», сараи с тисками 
                                        
                        оставьте в 
     покое! 
  
Наши окна в геранях 
                                 и баб 
     наших в платьях нелепых, 
На верёвках крахмальные простыни в 
     синих прищепах. 
  
И какое вам дело до нашего тощего ада? 
Мы свой ад заробили, 
                                  нам 
     вашего рая – не надо! 
  
Сквозь корявые ветки в пролёт 
     погружается солнце, 
Словно сетчатый давит ровнитель на 
     чёрное донце. 
  
Так и мы постепенно проваливаемся, 
     убываем. 
Только небо не лжёт. 
Только памяти знак водяной несмываем.


Популярные стихи

Наум Коржавин
Наум Коржавин «От созидательных идей»
Иван Жданов
Иван Жданов «Памяти сестры»
Белла Ахмадулина
Белла Ахмадулина «Август»
Арсений Тарковский
Арсений Тарковский «Я так давно родился»
Владимир Корнилов
Владимир Корнилов «Жена Достоевского»