Максим Шумков

Максим Шумков

В постели – тело пьяной дуры. 
Играет радио шансон. 
Волосья ржавой арматуры 
Растут сквозь спёкшийся бетон 
  
На обветшалом небоскрёбе. 
При бледной питерской Луне 
Он виден мне, в дождливом рёве, 
В моём гостиничном окне. 
  
Но звёзд не видно. Чашку кофе 
Я выпиваю в три глотка 
И меланхольных философий 
Приходит пошлая тоска. 
  
И мерзок мыслей ход, и страшно 
В стене зияет чёрный зёв 
Обоев старых. Тень от башни 
По полу на меня ползёт. 
  
И грани мрачной пентаграммы, 
Почти невидимые днём, 
Как свет неоновой рекламы 
Зелёным светятся огнём. 
  
Пятно беспамятного гула 
Шумит и давит в голове. 
В забвеньи память утонула. 
Так отражается в Неве 
  
Пейзаж размытой акварели 
Осенне-сумрачных тонов. 
Кто эта женщина в постели!? 
Отбросив пледовый покров, 
  
Она внезапно встала с ложа. 
Смещенье заданных орбит 
В её безумном взгляде. Ёжась 
Ознобно, тихо говорит: 
  
«Язык священного Шумера 
Осознан мною был во сне. 
Я вспомнила, что я Венера. 
Купаясь в Солнечном огне 
  
Была когда-то я богиней. 
Звездою, впаянной в янтарь, 
В табличках из кирпичной глины, 
Осталась с именем ИштарЪ. 
  
Теперь я вновь сумею словом 
Творить пространственную нить. 
Смогу судьбу всего живого 
Как пожелаю раскроить...» 
  
Я стал трясти её за плечи, 
Прервав словесный беспредел: 
«Полегче, женщина, полегче. 
Возможно, был тяжелый день 
  
У вас сегодня. Очень странно 
Всё то, что вижу я вокруг. 
Мне явно не хватает данных. 
Я даже вспомнить не могу, 
  
Представьте, собственное имя, 
И как я оказался здесь, 
Вдвоём с шумерскою богиней, 
Сошедшей, видимо, с небес. 
  
Или пришедшей с Междуречья, 
Или исторгнутой из недр 
Зелёного восьмиконечья 
Непостижимых огнесфер. 
  
И тень по грязному паркету 
Ползёт всё далее, тесня 
Свет, проявляющий предметы. 
А население планеты 
Кривляется, блюдя заветы 
Вечери трудового дня. 
  
И, кстати, вы совсем раздеты! 
Богиня, слышите меня!?... 
Безумья вязкое болото. 
Кошмар какой-то наяву...» 
  
И тут она: «Я знаю, кто ты. 
Твоё я имя назову. 
  
Ты – (и слова, со звонким стуком, 
в беспамятстве пробили брешь) 
Царь ограждённого Урука 
Всё повидавший Гильгамеш...»


Популярные стихи

Борис Поплавский
Борис Поплавский «Чёрная мадонна»
Александр Кушнер
Александр Кушнер «Был туман»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Трусиха»
Иосиф Бродский
Иосиф Бродский «Эклога 4-я (зимняя)»
Борис Заходер
Борис Заходер «Памяти моего пса»