Кязим Мечиев

Кязим Мечиев

Я, скорбя, обхожу за могилой могилу. 
Здесь, Кязим, ты найдёшь свой последний 
     приют. 
Жизнь дана не навек, не храбрись через 
     силу, 
Верой дух укрепляй... Все однажды 
     уйдут. 
  
Ни один богатырь не укрылся от дани, 
Даже горы седые сравнялись с землёй, 
И в траву превратились пугливые лани, 
Что, пыля, по степям проносились 
     стрелой. 
  
И служивший добру, и злодей 
     бессердечный – 
Все страшились конца, но в могилу 
     сошли. 
Там, под спудом, в обители истинной, 
     вечной 
Им открылась обманчивость этой земли. 
  
Вот – плита предо мной... Бияслан 
     незабвенный, 
Ты, сражаясь в ущелье, боец удалой, 
Был мишенью для пуль – стала гибель 
     мгновенной. 
Много наших тогда не вернулись домой. 
  
Твоя речь была мудрой. Ты крепок был в 
     вере. 
С топором и рубанком отлично знаком, 
Ты для кузни моей сладил окна и двери – 
И меня никогда не считал должником. 
  
Да продолжится путь твой по райским 
     угодьям, 
С просветлённой душой мы да встретимся 
     в них! 
Помолюсь за него – ведь, когда мы 
     уходим, 
На кого нам надеяться, кроме живых? 
  
Вот – к другой подхожу я могиле, 
     хромая... 
Трудно жил ты, Шио, небогат был твой 
     дом. 
Ты построил нам мельницу, камни ломая, 
     – 
Не чужим твои дети питались трудом. 
  
Твоя мельница мелет – бежит и поныне 
По канавкам, прорытым тобою, вода. 
Тяжело нагрузив своим осликам спины: 
«Мы к Шио, на помол»,– говорят иногда. 
  
Вот валун. Здесь Чокур упокоился, 
     бедный, 
Что погиб, когда лошадь, взбесясь, 
     понесла. 
Ты, из рода Рахаевых самый заметный, 
Помню, дом свой поставил в возглавье 
     села. 
  
Был могуч ты: быкам неподъёмные брёвна 
На себе выволакивал, силы собрав. 
Натрудил свою спину... Кто скажет, что 
     словно 
В темноте век ты прожил,– не будет не 
     прав. 
  
А, Шакманов Тарюк! Память чту о тебе 
     я... 
Твоя жизнь – хоть и князь – не была 
     весела. 
Ни богатств, ни себя самого не жалея, 
Ты опорою был для родного села. 
  
В дни, когда в Безенги, всех кося без 
     пощады, 
Злую жатву сбирая, явилась чума, – 
Повернул ты обратно царёвы отряды, 
Не пустил их в ущелье – сжечь наши 
     дома. 
  
Спи спокойно, Тарюк. Жизнь ты прожил, 
     не тешась. 
Не гнушаясь, всегда помогал голытьбе. 
Ты при встрече со всеми здоровался, 
     спешась... 
Средь Шакмановых не было равных тебе! 
  
Вот – Шакманов же, Аслангерий... На 
     погосте 
Всё ли ладно – покоя ты не потерял? 
Нечестивец! Наверно, горят твои кости, 
Как припомнишь о том, что ты здесь 
     вытворял! 
  
Из князей самый лютый, лежишь ты в 
     могиле, 
А при жизни ты с бедных три шкуры 
     сдирал! 
Чабаны у тебя часто впроголодь жили, 
Ты, не зная стыда, чужой труд пожирал. 
  
На полях, на лугах плети слышались 
     звуки – 
Гарцевал ты над теми, что падали ниц! 
Уносил, словно паводок, всё, что их 
     руки 
Собирали... Не знал ты, мерзавец, 
     границ! 
  
Что забрал ты с собой – ты, что станешь 
     землёю, – 
В эту чёрную землю, в последний свой 
     дом? 
Всё оставив, пред Богом предстал сам 
     собою, 
В западню угодил, в преисподнюю – псом! 
  
Нет, Кязим, не суди, не казни тех, кто 
     умер. 
И неправый, и правый – суд Бога 
     пройдут... 
Сядь, Коран почитай, помолись и 
     подумай: 
В этой чёрной земле – твой последний 
     приют. 
  
          1934

Популярные стихи

Давид Самойлов
Давид Самойлов «Пушкин по радио»
Саша Чёрный
Саша Чёрный «Молитва»
Эдуард Асадов
Эдуард Асадов «Не бейте детей!»
Давид Самойлов
Давид Самойлов «Бандитка»
Николай Агнивцев
Николай Агнивцев «Жираф и гиппопотамша»